Александр Гедеон – Когда устанет даже смерть (страница 86)

— Джек-пот! — дочитав протокол допроса одного из захваченных гостей «Иллюзии», воскликнул он.

Пленные пели заливаясь, на зависть идиллийским птахам. Особенно старались те, кому «повезло» близко пообщаться с Чимбиком — пережитого ужаса хватило, чтобы союзовские политиканы и толстосумы прониклись до глубины своих мерзких душонок, полностью настроившись на сотрудничество. Единственное, что немного портило вкус победы — осознание того, что всю ту мразь придётся оставить в живых до конца войны. Если разработанные в развдуправлении планы сбудутся полностью, то пленники станут первым подарком от Доминиона Союзу в рамках налаживания отношений. Если нет — публичная казнь тоже станет неплохим подспорьем, прибавляя симпатий Доминиону в глазах простых союзовцев.

Полковник читал допрос за допросом, привычно абстрагируясь от нелицеприятных подробностей вроде любимого способа проведения досуга у допрашиваемого. Отдельно шли протоколы допроса выжившего персонала станции и рабов. Последних даже не нужно было просить — люди сами горели жаждой мщения. Полковник выделил из них несколько человек, пригодных для вербовки. Не Лорэй, конечно, с их природными особенностями, но тоже ничего, сойдут для работы. Например, из одного аккадийца получится прекрасный оратор, а при должной подготовке — и организатор. Самое то для создания партизанского движения на Акадии, с её феодальным строем.

Выжившие корпораты тоже не особо упрямились. Взятые с поличным, с уголовным прошлым за плечами, они не питали особых иллюзий в отношении своего будущего. Особенно зная, что расскажут бывшие рабы. Потому тоже вполне охотно давали показания, надеясь заработать снисхождение суда добровольным сотрудничеством.

Всё это в сумме представляло собой информационную бомбу огромной мощности. Такой, что её «взрыв» грозил смести всю правящую элиту Союза, а то и развалить сам Союз. Ну а то, что прикормленные журналисты ряда ведущих союзовских СМИ максимально эффективно используют попавшим им в руки материал, Хоар не сомневался.

Доминион не зря вкладывал серьёзные деньги, обеспечивая карьерный рост этих людей.

Да, корпораты тоже задействуют все рычаги, распространяя версии об информационной атаке противника, подлоге и фальсификации показаний. Многие даже поверят им, но тут настанет очередь главного калибра — видеозаписей.

Ушлые корпораты кропотливо записывали и сохраняли все «маленькие шалости» своих марионеток. Вздумай кто из клиентов станции взбрыкнуть и не выполнить приказ хозяев — в полиция и пресса тут же получили бы убойный компромат на упрямца.

Свежие записи уже попали в руки Доминионцам, но дешифровка архивов прежних лет могла занять неделю, а может и несколько. Ожидая эти данные они рисковали опоздать, прозевав атаку на Идиллию, а потому руководство приняло решение действовать в два этапа: свидетели, а уже затем записи.

Хоар перекинул материалы помощнику с приказом передать нужным лицам.

Из текущих дел полковника оставалось ещё одно.

Он в очередной раз изучил побоище, устроенное Чимбиком в каюте с идиллийкой. Что это: сбой, чётко рассчитанная акция устрашения, или штамповка действительно настолько привязался к идиллийцам, что воспринимает агрессию против них как личное? Для сбоя действия репликанта были слишком расчётливыми. Переломы, удары нейрохлыстом, а затем — оказание первой помощи идиллийке и последующий бой с противником.

Полковник ещё раз прогнал запись с шлема репликанта. Анализу мешали показания медицинского блока брони: ожоги и введёные препараты стимулировали дополнительный выброс адреналина в организм репликанта. Может, в этом и есть основная причина всплеска ярости? Тем более что в бою и после него Чимбик вновь превратился в дисциплинированного, выдержанного коммандос. Стоит ли говорить об этом Тайреллу? Возможно.

Но сейчас не до возможного сбоя штамповки. Впереди финальный этап операции.

За столом царила мёртвая тишина. Собравшиеся переваривали новость о захвате «Иллюзии». Шкатулка секретов Консорциума оказалась вскрыта ловким вором, и теперь украденное грозило многими бедами как самом корпоратам, так и их союзникам.

— Как это получилось и кто виноват — разберёмся потом, — председатель Совета Корпораций на корню пресек попытку членов совета отыскать виновного. — Сейчас главное — минимизировать потери. Если ввести в Союзе военное положение, у нас есть шанс оставить своих людей на местах до конца войны. А там — заменить на других, не успевших замазаться.

— Многих придётся менять, — сухо заметил начальник СБ. — Очередные крупные траты.

— Мы может потерять ещё больше, — отмахнулся председатель. — Вплоть до наших собственных голов, если останемся без союзников и сырьевой базы. Поэтому предлагаю форсировать события. Экспедиционный Корпус готов?

— Почти, — начальник СБ. взял планшет. — Есть некоторые недостатки…

— Они критичны? — перебил его председатель.

— Нет. В основном — слаженность подразделений, и небольшой некомплект личного состава.

— Где именно?

— Боевая группа «Атилла», отвечающая за оккупированные территории.

— Которую возглавляет генерал Александр Прокофьев? — уточнил председатель.

— Да.

— Тогда не проблема. Прокофьев — отличный организатор. Справится.

Председатель оглядел собравшихся и завершил:

— Предлагаю немедленно начать операцию. Нужно успеть до раскручивания скандала. Голосуем.

Посмотрев на поднятые руки, он резюмировал:

— Единогласно.

— Равняйсь! Смирн-а!

Рам оглядел замершие на ангарной палубе коробки батальонов.

— Ввести приговорённых!

При этих словах лицо командира штрафного батальона скривилось так, словно корпорат целиком разжевал лимон.

«Ничего», — мстительно подумал Костас, глядя на эти гримасы. — «Ты у меня ещё не так скривишься, пока будешь учиться сброд в кулаке держать».

Караул вытолкнул на палубу пятерых смертников. Хукер и его шайка старались держаться вызывающе, но было видно, что им страшно до чёртиков. Особенно денщику лейтенанта — рядовой периодически нервно сглатывал и вздрагивал.

— Интересно, — услышал Рам негромкий голос Нэйва.

Контрразведчик стоял за его плечом, среди других офицеров штаба, и разглядывал приговорённых с брезгливым интересом.

— Почему, — продолжал капитан, — вся эта мразь убивает по своей прихоти, но как только дело доходит до них самих — тут же пытается давить на жалость?

— Не знаю и знать не хочу, — также негромко отрезал Рам.

Активировав гарнитуру, он начал:

— Господа офицеры, сержанты и солдаты!

Усиленный динамиками голос раскатами разнёсся по ангару, слышимый даже в самых глухих его уголках.

— За покушение на убийство по предварительному сговору лейтенант Хукер, рядовой первого класса Денвер, рядовой первого класса Анджело, рядовой первого класса Юпп, рядовой первого класса Гомес решением трибунала приговорены к смертной казни через выкидывание в шлюз.

Караул затолкал приговорённых в шлюзовую камеру. Рядовой Юпп, потеряв от страха рассудок, попытался выскочить наружу, но получил в лицо прикладом и растянулся на палубе. Люк закрылся, но камеры и микрофоны, установленные в шлюзовой камере, транслировали происходящее внутри на установленные перед строем голопроекторы.

Весь полк видел, как открывается люк и истошно орущих приговорённых выносит в открытый космос. А наружные камеры заботливо транслировали смерть преступников.

— Так будет с каждым, забывшим о том, что он — солдат, — отчеканил Рам. — Мне насрать, кто вы и с какой планеты, мне плевать на ваши личные убеждения.

На формулировке речи настоял представитель от Консорциума. По его мнению, нельзя указывать исключительно на штрафников — те окончательно обозлятся, решив, что из них делают козлов отпущения. На эти аргументы обозлился было Рам, но, немного подумав, вынужден был признать правоту корпората. Сброд действительно мог взбунтоваться, а это было нужно Костасу меньше всего. Поэтому, поскрипев зубами, он принял предложение.

— В первую очередь вы — солдаты Союза, — продолжал Рам. — Мы все — солдаты Союза, выполняющие наш общий воинский долг. И среди нас нет места преступникам. Прошу всех уяснить это раз и навсегда.

Нэйв, слушая его речь, внимательно осматривал строй. Взгляд капитана задержался на Ракше. Дёмина стояла в идеальной строевой стойке, а на её лице читалось чувство удовлетворения от хорошо проделанной работы. Грэм покосился на Рама, заподозрив, что всё произошедшее не было личной инициативой его приёмной дочери.

— А теперь — р-разойдись! — закончилсвою речь Костас.

Ряды распались на отдельные фигуры, сливающиеся в ручейки, потянувшиеся к выходам из ангара. Грэм бросил последний взгляд на плывущие в вакууме трупы и пошёл к своей каюте.

Включив терминал, капитан в очередной раз перечитал пришедший утром приказ явиться на допрос на Новый Плимут, в отдел собственной безопасности.

Вот и всё.

Конец карьеры и — скорее всего, — короткого жизненного пути капитана Грэма Нэйва. Созданная с помощью Лорэй легенда не выдержит тщательной проверки. Слишком много недочётов, слишком много нестыковок.

Вариантов выкрутиться нет. Нет ни единого свидетеля. Похоже, это действительно конец.

Рёв тревожной сирены отвлёк капитана от мрачных мыслей.

— Экипажу и десанту разойтись по местам и приготовиться к старту! — прогремело из динамиков.