Александр Гедеон – Когда устанет даже смерть (страница 7)

— Запал, Брауни, Сверчок, Диего — со Стилетом, обеспечить прикрытие, — скомандовал Чимбик. — Блайз, держим оборону.

С той стороны тоже дураков не водилось. Потеряв две машины, корпораты сменили тактику. По стене прошла цепочка взрывов, и в образовавшиеся проломы шустро влетели дроны-разведчики.

— Огонь! — скомандовал Чимбик, нажимая спуск.

Двое репликантов повторили его действия. Вспышки выстрелов выдали их позицию, и по остовам аппаратуры защёлкали ответные пули.

Пока враг сосредоточил внимание на стреляющей троице, остальные репликанты с помощью термического заряда прожгли в стене дыру на уровне пола и один за другим покинули сожжённый цех. Чимбик удовлетворённо улыбнулся.

Теперь осталось удерживать внимание врага на себе как можно дольше, отвлекая от группы Стилета.

Следующие несколько минут превратились для сержанта в череду непрерывной стрельбы и перебежек. Выстрелил — перебежал — укрылся. Выстрелил — перебежал — укрылся. Сменил магазин. Красных точек, обозначающих единицы противника, становилось всё больше и больше, словно каждый подстреленный враг распадался на двух новых.

Самоходные мины, малые комплексы огневой поддержки, летающие дроны-охотники лезли непрерывным валом, прикрывая огнём киборгов.

Чимбик полез в подсумок за очередным магазином, стараясь не думать о том, что подсумки показывают дно.

Проклятые новые штурмовые киборги оказались на редкость хорошо бронированы и живучи, и для гарантированного вывода их из строя требовалось либо попасть в голову кумулятивной или бронебойной гранатой, либо два-три попадания в торс. А гранат этих запас далеко не бесконечный и вот-вот подойдёт к концу. Хорошо ещё, что мелочь вроде дронов и мин уязвима для пуль. Главное — следить, чтобы мины не подобрались близко. Даже с учётом работы РЭБ, забивающей сенсоры, «мозг» мины ориентировался по выстрелам и инициировал подрыв, если засекал вспышку в зоне поражения.

Одна из зелёных «союзных» точек зажглась оранжевым. Брауни получил тяжёлое ранение — травматическую ампутацию руки. Чимбик скрипнул зубами от бессильной ярости. Неизбежное всё же случилось — репликанты начали нести потери.

Чимбик высунулся и выстрелил в мину, целенаправленно бегущую к его укрытию. «Мозг» мины инициировал подрыв в тот же миг, как «увидел» вспышку выстрела. Рой смертоносных шариков, разогнанных до скорости двести метров в секунду, пронёсся рядом. Правое плечо ожгло болью: один из поражающих элементов пробил-таки наплечник и застрял в мышце. «Умная» ткань скафандра моментально затянула пробоину, автодоктор вколол набор необходимых препаратов, выдав рекомендацию удалить посторонний предмет в ближайшие часы.

Упав в укрытие, Чимбик мысленно выругался. Ещё максимум минута — и придётся уходить вслед за группой Стилета.

Если доживут, конечно.

В заунывный вой тревожной сирены добавилась новая тональность. Киборги моментально прекратили сжимать кольцо окружения и попятились, продолжая обстреливать позиции репликантов.

— Чего они, садж? — поинтересовался Блайз.

— Не знаю, — признался порядком озадаченный такой сменой тактики Чимбик.

За его спиной в дыру просунулся Запал. За ним неловко протиснулся однорукий Брауни и тут же привалился к стене.

Его броня сработала исправно, моментально пережав культю и затянув дыру, чем спасла репликанту жизнь.

Впрыснутый автодоктором «коктейль» и усовершенствованный организм дали Брауни возможность хоть и ограниченно, но продолжать выполнение задачи ещё несколько часов.

— Задание выполнено, — сообщил Запал, но сержант уже сам видел остальных диверсантов, пролезающих обратно в цех.

Сразу стала ясна причина изменения поведения киборгов: очевидно, комендант завода, получив сигнал о мине, не стал рисковать и объявил эвакуацию.

Чимбик оказался прав: на обратной дороге никто репликантам не встретился. Но лёгкой обратную дорогу назвать было нельзя: комендант заблокировал двери на маршруте диверсантов и оставил мины. Приходилось терять время, прожигая двери или стены, затем пережидать подрывы сбежавшихся на вспышку мин, достреливать их оставшихся товарок и бежать к следующему препятствию.

Снаружи веселье продолжалось. Выбравшиеся из здания корпораты угодили под слаженный обстрел групп прикрытия. Оказать помощь избиваемым уже никто не мог: выдвинувшаяся по тревоге из города бронегруппа угодила в грамотно организованную засаду и полегла полностью. Остовы их машин виднелись в километре от завода.

Но комендант доказал, что должность получил не зря. Сориентировавшись в обстановке, он разбил свою часть на три группы — прорыва, сопровождения гражданских специалистов и арьергард.

Группа прорыва, состоящая из штурмовых киборгов, была уничтожена полностью, но свою задачу выполнила, пробив коридор в жидкой цепи репликантов. В прорыв тут же устремились бронетранспортёры, набитые штатскими.

Оставшиеся киборги продолжали атаковать позиции доминионцев, не давая тем добраться до уходящих машин и уничтожить ценных специалистов.

Группы Чимбика и Стилета подоспели к развязке боя, когда преследовать уходящую колонну было уже поздно.

С досадой поглядев вслед замыкающему бронетранспортёру, Чимбик приняся отдавать распоряжения:

— Блайз, головным. Запал, Сверчок — несёте Брауни…

— Садж, я могу идти… — запротестовал было раненый, но был оборван жёстким:

— Заткнись! Диего — замыкающим. Легко бегом, марш!

Группа двинулась к точке сбора, а вдали уже виднелись огни дюз спешащего за репликантами транспорта.

Глава 4

Уход диверсантов с Боливара вошёл во вторую фазу. Эвакуация с поверхности планетоида прошла ровно, теперь оставалось лишь пересадить солдат с одного корабля на другой.

Сцепленные репом репликанты выстроились в шлюзе. На спине у каждого висел массивный «горб» реактивного ранца с дополнительными баллонами с воздушной смесью.

Стоящий первым Чимбик вскинул руку. По этому сигналу каждый репликант осмотрел себя и соседа, после чего доложил о готовности. Получив пять докладов, сержант нажал рычаг люка. Металлическая плита отъехала в сторону, открывая выход в пустоту.

«Ненавижу космос», — подумал Чимбик, делая шаг.

Отделение последовало за ним. Сержант бросил тревожный взгляд на Брауни, но тот держался молодцом, вися посреди «гирлянды» репликантов.

Опустевший автоматический транспортник откорректировал курс и теперь быстро удалялся от летящих по инерции репликантов. Обречённый кораблик нагонят и уничтожат корпораты, уверившись в гибели диверсионной группы.

Репликантов же через пару часов должен подобрать корабль китежской торговой компании. Если всё пройдёт по плану.

Репликантов готовили к такому, но впервые всё происходило по-настоящему. Чимбик просмотрел показания такблоков солдат. Немного нервничали все, включая самого Чимбика: одно дело — учения и совсем другое — когда всё происходит на самом деле. Корабль-эвакуатор может опоздать из-за ошибки штурмана или неполадки оборудования.

Его может задержать для проверки сторожевой корабль. В конце концов, его просто могут задержать в порту, пока не уляжется поднятый репликантами шум.

— Делаем всё, как на учениях, — вслух сказал Чимбик. — Брауни, ты как?

— В норме, садж, — откликнулся тот. — Рука немного болит. Ну, то, что осталось.

Чимбик дал приказ автодоктору Брауни сделать раненому укол обезболивающего. Рана самого сержанта тоже болела, но эта боль не шла ни в какое сравнение с той, что должен был испытывать перенёсший травматическую ампутацию солдат. Будь на месте репликанта обычный человек, в лучшем случае, он пребывал бы в бессознательном состоянии, по уши напичканный препаратами. В худшем — умер от болевого шока.

Но несмотря на браваду Брауни, сержант решил не оставлять его без контроля. Шок от ранения может наложится на шок от болтания в пустоте, и тогда неизвестно, что может произойти.

— Садж, — Брауни перешёл на приватный канал. — Я не облажался?

— Нет, — ответил Чимбик, прекрасно понимая причину вопроса.

Брауни опасался списания. Тяжёлое ранение могло быть воспринято контрольной группой как ошибка, вызванная дефектом изделия. Брак. А брак списывают.

— Ты всё сделал правильно, — не кривя душой, продолжал сержант.

Да, рядовой действовал грамотно. И не его вина, что сбитый вражеским выстрелом кусок стенной панели сыграль роль гильотины, отрубившей Брауни руку. Но как на это посмотрят при разборе операции? И не сочтут ли нерентабельным лечение повреждённого репликанта?

— Тебя подлатают и вернут, — убеждённо заявил Чимбик.

А сам решил, что не позволит списать Брауни. Даже если для этого придётся выжечь и сотрудников контрольной группы. Как тех тварей совсем недавно.

— Принял, — в голосе Брауни звучало неподдельное облегчение.

В эфире воцарилась тишина.

Репликанты плыли сквозь пространство, и каждый из них боролся со страхом перед пустотой по-своему. Кто-то читал, кто-то смотрел предусмотрительно скачанное из сети видео, кто-то слушал музыку, а кто-то просто молча думал о своём. Как сержант.

«Звёзды — холодные игрушки».

Чимбик читал эту книгу древнего земного писателя. Сержант вообще много читал с того момента, как репликантам предоставили неограниченный доступ к информации. Эта книга Чимбику не понравилась: фантастика седой старины представала в нынешнее время глуповатой и наивной. Но вот образ, подобранный писателем, бил в самую цель.