Александр Гедеон – Альбом третий: Вестники рока (страница 29)

— Ага, — жизнерадостно сообщил Зверь. — И не только это твоё.

— Не поняла…

— Ща, допрём баулы — расскажу.

При этих словах Макс, оправдывая страусиное прозвище, как–то подозрительно сник, сунул голову в груду багажа, ухватил самый тяжёлый кофр и бодрым лосиком поскакал следом за басистом. Страус. Наш постоянный золотой призёр премии «Сачок года»… В воздухе запахло жареным, и как оказалось — в прямом смысле.

— В общем, Кир, — начал Страус, когда мы раскидали шмотье и уселись на кухне, — ты… это. В общем…

— Он квартиру сжёг, — «помог» ему Витя и радостно заржал.

Юрка и Гарик тоже попытались спрятать улыбки за чашками.

— Да не сжёг я! — горестно завопил Страус. — Ну… да, там горело… Но мало! Даже пятен не осталось… Только ковровое покрытие немного пострадало.

Я переводила взгляд с радостно ржущего Витька на виновато сопящего Страуса и размышляла, кого из них хочу придушить больше. Страус лидировал с немалым отрывом.

— Ты… — с трудом выговорила я, подыскивая цензурное слово. Потерпев сокрушительную неудачу, я просто высказала клавишнику всё, что думаю о нём и всей его родне вплоть до седьмого колена.

Страус стоически переносил поношения, а Витюха веселился всё больше, опасно приблизившись к лидеру гонки с удушением победителя в финале. Излив свой гнев, я перевела дух, залив тлеющие остатки ярости остывшим чаем, и уже куда спокойней потребовала:

— Жалуйся, убогий, как докатился до жизни такой.

— Ну… Витя рассказал, как готовит Пал Андреич… — Страус показал глазами на Пашу.

Не знаю, почему, но лётчика он, Гарик и Чарский называли лишь по имени–отчеству, пусть и в сокращённо–дружеском варианте.

— Девку свою он удивить решил, — опять встрял Витёк.

Обилие подробностей, которые знал Зверь, наводило на мысль, что в своём подвиге клавишник был не одинок.

— Нас с Игорем там не было, — предупредил мой вопрос Чарский.

— Ну, да, — кинув на записавшегося в стукачи Зверя яростный взгляд, выдавил из себя Страус. — Я подумал — чем я хуже? И решил приготовить завтрак. Сам, без имитатора.

На этом моменте Пашка, старательно изображавший интерес к своей чашке, навострил уши.

— Ну, посмотрел я рецепт яичницы, — продолжил Макс. — Взял сковородку, налил масла. Оно вроде закипело. Мне показалось — мало, нас же вон скока было… — теперь уже Витя взглядом пообещал Страусу все кары земные. — Ну, я бутылку с маслом взял, она выскользнула, масло всё разлилось… Я и кинул в сковородку маргарин.

— Холодный? — уточнил Паша.

— Ну да, — убито признался Страус. — А оно кээк полыхнёт…

Теперь уже заржал Паша.

— Ну чё ржёте–то, Пал Андреич? — обиделся Страус. — Я ж откуда знал, что так будет? Схватил сковороду, а пол от масла скользкий, я чуть сам не рухнул, сковороду выпустил… Ну тут ковролин полыхнул, противопожарка включилась, кухню к чертям залила химией вонючей, а этот козёл–имитатор хозяйке набарабанил, да ещё и пожарных вызвал. Я в одних труселях, с тряпкой, а тут звонок в дверь, вваливается весь этот шарабан, хозяйка давай причитать, а тут Ленка…

Ленку эту я знала. При всех, бесспорно, выдающихся внешних данных, характер и воспитание означенной особы оставляли желать лучшего. Точнее, они желали заклеить ей рот липкой лентой в пять оборотов.

Честно говоря, слушая это, я ржала вместе с остальными. Даже тот факт, что речь шла о моей (теперь, очевидно, бывшей) квартире не делал историю менее комичной.

— И что эта бесноватая сделала? — просипела я, вытирая выступившие на глазах слёзы.

Придушить Страуса всё ещё хотелось, но только после того, как тот расскажет всю историю.

— Ты б это видела, — не выдержал гоготавший в голос Витя. — Тут пожарные, участковый, хозяйка, а из комнаты выпадает Ленчик в чём мать родила, шлёпает к холодильнику, достаёт пивасик, высасывает с пол–бутылки, одупляет, что что–то тут не так, оглядывает всех и выдает: «- А хера вы тут все делаете? Макс, это чё за курица?» — и тычет рукой в хозяйку.

— Короче, Кирка, ты теперь официально БОМЖ, — обрадовал меня Чарский. — Мы часть вещей тебе привезли, а остальное в гараж свалили.

Несмотря на печальное известие, он так и не сумел стереть с лица широкую улыбку.

— За…бись оставила хату другу, — резюмировала я.

Странно, но финал рассказа почему–то погасил Пашино веселье. Поставив чашку на стол, лётчик упёр в Страуса палец и отчеканил:

— Вы, сударь, долбоёжик. Вопрос такой: неужели мозгов не хватило швырнуть сковороду в мойку? Ты понимаешь, что было бы, вылейся всё это на тебя?

— Ну обжёгся бы, — пожал плечами пристыженный Страус. — Ниче, пережил бы.

Паша молча подтянул к себе служебный комм, повозился с полминуты, а потом раскрыл голограмму из тех, что обычно квадратиками ретушируют.

— Ожог от кипящего масла, — спокойно прокомментировал лётчик жуткий снимок. — И это, дружище, не учитывая того, что маслице вполне могло плеснуть на твоё прикрытое дезабилье хозяйство. Последствия представляешь?

Страус вмиг побледнел и с видимым усилием сдержал рвотный позыв, а я мысленно порадовалась, что впервые увидела Пашку уже порядком восстановившимся. Открой мне дверь подобное изображённому на снимке — обблевала бы весь порог.

— Пережить ты, конечно, пережил бы, — продолжал Пашка. — Только вместо репетиций получил недельку в ожоговом, и массу незабываемых впечатлений. Так что в следующий раз не паникуй, а просто включи мозги. И ещё вопрос: что в это время делал твой суфлёр?

— Кто? — не понял Страус.

— Витя, — пояснил Паша.

— А. Да в зале на диване пузыри пускал, — махнул рукой Страус.

— Балбесы, — резюмировал лётчик и выключил комм. — Радуйтесь, что обошлось.

— Ну, кому обошлось, а кто потерял залог и съёмное жильё, — не согласился с ним Юрка. — Если Кирюха в ближайшую неделю не заключит новый договор аренды, ей светит очень навязчивое приглашение в социальное общежитие и подключение в Барлиону. И что–то мне подсказывает, что ещё месяц–другой и они законодательно сделают принудиловку.

Я лишь вздохнула. Как же мне нереально повезло с полумиллионом на счету. По крайней мере, бомжевать не придётся.

— Ну, пока с этим проблем нет, — спокойно объявил Паша. — Поживёт у меня. Я всё равно скоро обратно в часть, хоть будет, кому за домом присмотреть. Договор заключить не проблема.

Заметив мой удивлённый взгляд, он, как ни в чём не бывало, добавил:

— Прапора я заберу с собой. Кира ему не нравится.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я лётчика и недобро посмотрела на Страуса. — А я пока заставлю одного угребана искать мне новую квартиру за ту же цену и с теми же удобствами.

Означенный «угребан» понуро кивнул и поспешно перевёл тему:

— Замётано. Так чё там с реп–базой, Кирюх?..

-------------

Уважаемые читатели, вы хоть иногда проявляйтесь. Авторам важно знать, что вы есть. А то у нас большое искушение просто включить подписку, видеть поимённо кому книга ещё интересна и писать для этих двух–трёх десятков ;)

Глава 15

Конечно же, никто не попёрся на базу сразу по приезду. Ребята скромно отметили прибытие и отправились в квартиру к Снегову. Санёк любезно предоставил своё пустующее жилище в качестве временного прибежища, пока мы не подберём недорогой вариант в аренду. Потом в планах группы было посещение офиса Барлионы и съём капсул во временное пользование в игровом зале. Не слишком удобно добираться туда–сюда, но устанавливать прокатные капсулы в квартире, с которой скоро съезжать — глупо.

Пока ребята утрясали бытовые вопросы, мы с Пашей полезли в игру. И сразу же зазвонил амулет.

— Лорелей, я нашёл! — раздался возбуждённый голос археолога Тороама. — Я знаю, как изгнать подселённую сущность!

— Так чего мы ждём?

— Я не уверен, что всё пройдёт гладко, — остудил мой пыл археолог. — Сущность из тела девочки я изгоню, но она может попытаться найти себе новый сосуд. Мы ничего не знаем о её силе. Тебе может понадобиться помощь друзей, чтобы справиться с задачей.

Задание «Возвращение домой» обновлено.

Троам готов изгнать подселённую сущность из тела Аники, но предупреждает о возможных осложнениях. Максимальная группа для выполнения задания: 10 игроков.

— Мне нужно немного времени для сбора группы, — предупредила я.

— Жду.

Не прошло и получаса, как группа отважных приключенцев переместилась на окраину тихой деревеньки. Рисковать я не стала и укомплектовала группу полностью, оставив последнее место для ожидавшего в лесочке Чипа. Из «Слуг великой госпожи» присутствовала только сама «госпожа». Оставшуюся часть группы составляли проверенные бойцы бывшего «Дня гнева»: Фро, Ксюпипр, Маниту, и другие, имён которых я раньше не видела. Над головами всех игроков висели иконки ведущейся записи.

— Какой план? — деловито осведомился Чип. — Так просто вломимся в деревню и похитим ребёнка?