Александр Гаврилов – Мангака 4 (страница 4)

– Не переживай, отец. Я буду осторожен и аккуратен. И у нас будут свидетели того, что это был обычный спарринг, на который он сам согласился, – растянул губы в холодной улыбке папаша, – А если он вдруг вздумает в полицию обратиться, то мы подадим встречный иск за доведения тебя до инфаркта. Тут уже никакого урона твоей чести не будет. К тому же, ты ведь и сам знаешь, что полиция не любит связываться с крупными корпорациями. Пойду я. Сразу и займусь этим вопросом. Только Кастета с Гансом с собой возьму, на всякий случай.

– Я с тобой! – тут же подскочил я.

– Даже не думай об этом! – жестко отрезал отец, – Мы-то скоро уедем, а вот ты – останешься. Не надо, чтобы тебя связывали с этим делом. Да и зачем тебе это?

– Просто хотел посмотреть, как ты дерёшься, – пожал я плечами, – Я ещё ни разу этого не видел. Хотелось бы оценить уровень твоих умений.

– Всё равно не успеешь, – усмехнулся отец, – Я не буду там показательных боёв устраивать. Два-три удара, и всё будет закончено. А потом у нас будет с ним долгий разговор, и я не хочу, чтобы ты его слышал. Цензурных слов там будет мало, – ещё шире оскалился он в недоброй усмешке.

– Да я, вроде, не ребёнок уже… Переживу, – буркнул я.

– Ну, раз не ребёнок, то и веди себя как взрослый, – пожал он плечами, – Побудь с дедом. А то как бы он не переволновался тут, пока вестей от нас ждать будет.

– Ладно, – нехотя проворчал я, а сам стал нащупывать телефон. Напишу Кастету, и попрошу его записать драку. Потом, естественно, удалю видео, чтобы оно в дальнейшем случайно не всплыло нигде.

***

– Слушай, дед, – начал я, когда отец вышел из палаты, – Я у тебя насчёт этой Наоки хотел спросить. Чего она злая такая? Или это только нам так повезло? Как она выживает-то с таким характером? У нас же таких девушек не любят. Нигде в мире не любят, – поправил себя я, – Но у нас – особенно.

– А с чего ей доброй быть? Жизнь её прилично потрепала, знаешь ли… – грустно улыбнулся дед, – Ей ведь всего семь лет было, когда её родители погибли в автокатастрофе. Потом её взял к себе дедушка, но характер у него очень сложный был. Он сразу к ней стал как ко взрослой относиться, и приучать к самостоятельной жизни, готовя к тому, что в любой момент его может не стать. И методы у него в этой учёбе порой бывали очень жестокими… Затем умер и он, и она почти год провела в детском доме, пока я сумел оформить опеку над ней. Такая жизнь её одновременно и закалила, и ожесточила. В школе, конечно, ей поначалу было очень тяжело, но потом одноклассники всё же приняли её. Городок у нас маленький, так что все быстро узнали подробности её жизни. Это немного смягчило людей, и они стали закрывать глаза на её особенности. Друзей, конечно, у неё нет, но и врагов тоже, а это уже не мало. Она, на самом-то деле, не такая уж и злая, как кажется. И заботливая. Ворчит, но помогает мне.

Зашибись… Ещё одна девушка с непростой судьбой, – мысленно поморщился я, – Что ж мне так везёт-то на них? Психованная дочь соседки, Ханако, с её сложными отношениями с родителями… Кого ещё забыл? У Мидори тоже не всё хорошо с родителями, несмотря на её внешне благополучный социальный статус и богатство семьи. Из всего моего женского окружения разве что Мия самой нормальной была, да и та, с заскоками. Эталону японского общества ни одна из них не соответствовала. Впрочем, да и пофиг на неё. Её жизнь меня никак не касается. Хочется ей из себя хамку изображать – пусть изображает, это её дело, и ей с этим жить. Правда, это в школе на её странности глаза закрывают и в этом маленьком городке, где все всё знают друг о друге, а если будет поступать куда-то, то там на подобное закрывать глаза не будут. Это жизнь, а не аниме, и девушкам с жестким характером тут жить очень сложно, если они не из богатых и влиятельных семей. Но, опять же, – это не моё дело! Вот, кстати, насчёт богатства…

– А почему она на двух работах работает? У вас настолько плохо с деньгами? – решил я всё же ещё кое-что узнать у деда про Наоки. Не столько из-за неё, сколько из-за деда. Если у него финансовая проблема, то я просто обязан ему помочь.

– Да нормально у нас всё с деньгами, – отмахнулся он, – Школа, может, и не такой большой доход приносит, как мне хотелось бы, но на жизнь хватает. Выплаты, которые я за опеку над Наоки получаю, я ей отдаю. Видимо, она прекрасно понимает, что если со мной что-то случится, рассчитывать ей будет не на кого, вот и решила финансовую подушку сделать, как я думаю. Со мной она эту тему неохотно обсуждает. Сколько раз я ей говорил, что лучше бы на учебе сосредоточилась, вместо этой работы – всё без толку. Если тебе так уж интересна эта тема, то лучше с ней поговори. Может, с тобой она пооткровеннее будет?

Ага, делать мге больше нечего, можно подумать. Самое главное я услышал, что дед не нищенствует, а остальное мне не интересно.

– Слушай, а ружьё-то тебе зачем? – уже перед самым уходом вспомнил я, так и не дождавшись никаких сообщений ни от отца, ни от Кастета, что немного напрягало.

– На охоту в молодости ходил, вот и осталось с тех времён, – неохотно буркнул дед, – Давно уже хочу избавиться от него, да всё забываю. Теперь уже точно продам его ко всем екаям. И вали уже отсюда, я спать хочу.

Глава 4

– Ну, наконец-то! – проворчал я, когда отец с Гансом и Кастетом ввалились в дом. Судя по их внешнему виду, никто из них не пострадал. И по радостным ухмылкам на лицах сразу стало ясно, что всё прошло хорошо.

– Вы хоть позвонить могли, что у вас всё нормально? Я ж тут места себе не находил! – накинулся я на них.

Уже часа три прошло, как я вернулся с больницы, на улице давно наступил вечер и подступала ночь, и я весь извёлся, пока их ждал.

За это время я успел обойти весь участок деда, изучив его спортивную площадку, на которой слегка размялся, добрался до додзё, которое, как оказалось, находилось здесь же, за домом деда. Приехали мы сюда поздно, а точнее будет сказать, очень рано, и как встали, почти сразу уехали в больницу к деду, так что рассмотреть до этого я ничего не успели, и поспешил исправить это упущение, тем более, что всё равно надо было чем-то себя занять.

Выглядело додзё вполне традиционно – одноэтажное деревянное здание, с классически изогнутой черепичной крышей, вокруг которого росли карликовая сосна и японский клён.

Когда я подошёл к нему поближе, то сразу стало понятно, что додзё очень старое – пошарпанные чуть покосившиеся стены, с местами облупившейся краской, прямо кричали о том, что дому уже много лет и ему нужен хороший ремонт.

Двери оказались не заперты, так что я не удержался и заглянул внутрь. Впрочем, там и рассматривать то особо нечего было. Большой, практически пустой, зал, с деревянным полом из японского кипариса, со святилищем синдзэн в передней части додзё, со специальной полкой камидана, на которой располагался маленький синтоистский алтарь синдэн.

Я побродил несколько минут по пустому залу, рассмотрел алтарь, деревянное тренировочное оружие, развешанное на одной из стен, да и вышел оттуда. Ещё насмотрюсь. С завтрашнего дня я, похоже, начну тренировать учеников деда.

Вот только пока очень смутно представлял себе, как буду это делать и чему учить. Я ж даже не знаю толком, чему их тут учили. Дед из своего боевого искусства очень мало успел мне показать. В основном, мы с ним физической подготовкой занимались, да спарринги проводили. Причём, я использовал умения из муай тай, и дед вовсе не пытался меня переучить. Скорее, учил тому, чтобы я мог успешно противостоять разным стилям боевых искусств.

Может, этим и заняться? Поучить их умению противостоять бойцу муай-тай? Нет, не выйдет, – чуть подумав, понял я, – Для этого надо знать сильные стороны боевого искусства деда, чтобы понимать, что из него использовать. Скорее всего, придётся всё же сосредоточиться на том, о чём дед говорил – поднатаскать их в ударах ногами, да и общую физическую подготовку проверю. В принципе, для тех двух-трёх недель, которые будет отсутствовать дед, этого более чем достаточно.

Я вернулся в дом, и решил заняться ужином. Всё равно кроме меня его никто не приготовит. Наоки как ушла с утра, так и не пришла до сих пор, и вряд ли после тяжёлого рабочего дня она захочет кормить непрошенных гостей.

Проинспектировав запасы деда, и сделав себе мысленную пометку, что обязательно надо их пополнить завтра, я сварил уже поднадоевший мне за последние дни рис, пожарил мясо с овощами, и выложил из банки на тарелку маринованный дайкон. Получился вполне традиционный для Японии ужин.

И как раз к концу моей готовки они и заявились, так что и разогревать ничего не придётся.

***

– Сорян, – опять по-русски произнёс Кастет, пока отец лишь молча усмехнулся на моё возмущение, проходя мимо меня. Я давно уже заметил, что Лёха предпочитает разговаривать со мной на русском, видимо, очень скучая по родной речи.

– Пока пробили адреса этого типа, пока дождались начала его занятия, много времени прошло, – рассказывал Кастет, скидывая берцы, – Так что мы так-то недавно только закончили с этим делом и сразу домой поехали. Деду написали, что всё ок, и он может забыть об этой проблеме, а тебе не стали, так как подъезжали уже. Смысл? Жрать есть чего? – переключился вдруг он, – С утра ни крошки во рту не было. Живот аж прилип к позвоночнику.