Александр Гаврилов – Кровавый (страница 2)

Девушка спешно засунула желтый пакет с рукописью в рюкзак, развернулась и, не сказав ни слова, спустя секунды исчезла в густом тумане, который медленно подступал к берегу со стороны залива. Я докурил сигарету и щелчком пальцев отправил ее в полет в туман, где она упала в воду и прошипела. После этого из моего рта показалась бледная струя дыма. Я набросил на голову черный капюшон, который являлся частью куртки, и прогулочным шагом потопал вдоль набережной.

4

Я следовал по выложенной, затертой и местами потрескавшейся плитке набережной и рассматривал лодки вдали от берега. В одних сидели сгорбившиеся рыбаки, другие были пустыми: просто пришвартованные к пирсу. Но рыбаки меня не волновали, я пытался занять свой мозг любой ерундой, дабы дотянуть до ближайшего ларька или магазина, где бы смог купить сигареты. Несмотря на рак легких первой степени, я продолжал курить, вопреки советам и возмущениям врачей. Даже чудовищный сухой кашель не заставил расстаться с вредной привычкой. Она предавала мне уверенности в завтрашнем дне, несмотря на то, что даже в голове это звучало бредово.

Однако, если говорить про врачей, то по их действиям и советам можно было смело заявлять, что им было плевать на мою болезнь. Они гоняли меня от одного врача к другому. Заставляли сдавать всевозможные анализы и тратить огромные деньги на процедуры, которые ни к чему не приводили. По крайней мере, мои легкие как были поражены раком, так и остались пораженные им же. И все это время я просто сидел дома и с ужасом ждал, когда мое состояние окончательно ухудшится. Все это время я был готов принять помощь от кого угодно, главное, чтобы был результат. Но, к сожалению, был обречен, как и многие граждане города с похожими онкологическими заболеваниями.

В течение последних пяти лет город претерпевал страшную нужду в молодых специалистах. Утечка мозгов утроилась, и молодые люди массово уезжали за границу в поисках лучшей жизни. Их манила не только материальная выгода, а надежда на светлое будущее. У большинства жителей было желание покинуть этот размазанный по стенкам сельского туалета город, в котором почти сто тысяч человек глушили свою нищету алкоголем и наркотическими веществами. Но не каждый был готов оставить свой дом. Помимо молодых людей город покинула четверть зрелого населения. Большинство из них отправились за границу, именно туда, где они могли обрести свое новое будущее. Элитная мужская часть населения также стянулась туда, считая, что именно там находится их место. Именно там они могли создать все необходимые условия для строительства собственной семьи.

5

Выкурив пачку сегодня, я мечтал не проснуться на следующий день. Умереть во сне спокойно, без агонии и последнего вздоха. Просто перестать дышать. Идеальная счастливая смерть для человека, который мог сдохнуть в этой стране от банальной простуды или шпаны, что заполонила собой каждый город и, словно вонючая зараза, паразитировала на теле страны, разрываемую коррупцией, воровством, нищетой, мошенничеством и прочими малоприятными факторами.

Вне всякого сомнения, при желании я мог бы пройти курс химиотерапии. Но всё было не так просто. У меня не было семьи. Жить и работать на одни лекарства я не собирался, да и здоровье перестало меня волновать. После смертельного приговора в лице рака я решил начать другую жизнь. Пусть и короткую, но вольную и местами безумную и безрассудную. В ней не будет вранья и лицемерия. Однако видит Бог или кто там следит за жизнью людей, в современном мире лгать и лицемерить стало привычным и вполне прибыльным делом. Современные люди не видят в этом ничего аморального или омерзительного.

Добравшись до ближайшего ларька с сигаретами, я купил пару пачек. Не отходя от ларька, распечатал одну из них, вытянул сигарету, чиркнул спичками и закурил. Дым, словно бесформенный токсичный слизняк, мгновенно скользнул по ротоглотке и на секунды заполнил собой тридцатилетние легкие, отчего я тут же начал кашлять. Прокашлявшись, сделал еще пару затяжек, оставил сигарету в зубах, с трудом и дикой одышкой поднялся по лестнице, добрался до трамвайной остановки и отправился к своему дому, который находился метрах в десяти от остановки.

6

Моя квартира на втором этаже пятиэтажного дома на окраине города, неподалеку от кладбища, не представляла собой ничего необычного. Обычная холостяцкая берлога, в которой я проводил в одиночестве практически всё свободное время. Я редко покидал квартиру, исключением были походы в магазин за сигаретами, продуктами и обратно, работать над очередным текстом ленивого студента. С другой стороны, подростков можно было понять. Преподаватели в городских колледжах и институтах были не прочь высосать из студентов последние деньги за одобрительную отметку в зачетной книжке. Впрочем, подобное творилось не только в городе, но и по всей стране. Коррупция, взятки — всё, чем так богата прогнившая система. Но я смотрел на это с равнодушием. Я давно избавился от розовых очков. Мне нужны были только деньги. И если подобная работа приносила доход, то мне было плевать, каким образом я заработаю. Если бы работа заключалась в сборке человеческих душ, которые люди постоянно продают дьяволу, я бы с радостью занялся сбором этих самых душ. Почему бы и нет. Если Бог наградил меня раком легких, то почему бы не работать на дьявола, который способен вылечить меня за отличную работу.

7

Зайдя в провонявший сигаретным дымом, плесенью и мочой подъезд, я закрыл двери и постарался поскорее подняться на свой этаж, дабы не вдыхать тошнотворное зловоние и без того больными легкими. Войдя в квартиру, я разулся, снял верхнюю одежду, поправил черные волосы и прошел по коридору вперед. Достав из кошелька деньги, я зашел в спальную комнату и спрятал их в один из томов «Война и мир», который пылился на верхней полке книжного шкафа. Далее отнес на маленькую кухню продукты и хаотично разложил их в холодильнике. Потом достал холодную бутылку пива и открыл ее. Прозвучало специфическое шипение. Я сделал глоток, прополоскал рот и проглотил прохладную хмельную жидкость. Затем сделал еще один глоток, достал из кармана пачку сигарет, закурил и отправился в комнату, в которой находился тесный уголок — мое рабочее место. Рядом находилась тумба, на которой красовался старый кактус и аквариум.

Мой рабочий стол был наполнен канцелярскими предметами: калькулятором, карандашами, скрепками, папками, ножницами, ластиками и многим другим. Все вещи, на первый взгляд, связанные между собой невидимой нитью. Это были стопки сложенных в определенном порядке бумаг и дипломные работы студентов. Был один кусок картона, где были наклеены вырезки из газет и журналов. А больше ничего не было. Впрочем, нет. Над головой на потолке висел плакат, на котором большими буквами было написано «Работай». Казалось бы, неплохая мотивация с одним «НО». Надпись не справлялась со своей задачей, и мне чертовски не хотелось приступать к очередным стопкам дипломных работ.

Поставив бутылку рядом с пыльным кактусом, я закурил и присел в удобное кресло. В комнате было мрачно, но после того, как включил настольную лампу, половину комнаты осветил белый свет. Я взял случайную папку с рукописью и положил ее перед собой. Потом сделал глубокую затяжку, пару глотков пива и внимательно начал просматривать рукопись. На просмотр у меня ушло два часа. Достаточно времени для того, чтобы опустошить бутылку пива, скурить пару сигарет и выпить две пары кружек крепкого кофе. К сожалению, я не мог сконцентрироваться над творениями студентов, которые писали в разных жанрах. Мне необходимо было выпить кофе, иначе я ничего не понимал в происходящем. Сейчас я думал только об очередной чашке крепкого напитка. Кофе был определенно полезен для меня. И чем больше я его пил, тем яснее я понимал, на что надо было обращать внимание. Однако работы студентов я не жалел. Я был хладнокровным и непредвзятым.

8

На улице быстро стемнело. Настолько быстро, что я потерял из виду дома, расположенные, напротив. Отчасти это было связано с туманом, который медленно наползал на город. Для этих мест туман — обычное явление, но со временем он стал вызывать у меня страх. Мне казалось, что в следующий раз туман поглотит город навсегда, и это будет прекрасный конец. Сегодня туман был особенно непереносим. Окна запотели, и я почти ничего не мог разглядеть, кроме чёрного неба и редких огней. Похоже, сегодня мне не суждено было уснуть. Я встал с дивана и направился в ванную. Включив воду, я встал под тёплые струи и думал только о том, как скорее уйти из жизни. Это должно было произойти в ближайшее время, и чем скорее, тем меньше страданий мне предстояло пережить.

Я закончил работу над рукописью, оделся и вышел на улицу, чтобы прогуляться. Мои мысли были заняты тем, что в скором времени рак может распространиться по всему организму, и моя жизнь превратится в кошмар, полный боли и страданий. Я опасался, что ухудшится зрение, появится сильная одышка, и я начну кашлять кровью. Стоило мне превысить допустимые для сердца нагрузки, как пульс начинал зашкаливать. Однако я не мог ничего изменить. В нашей стране не было качественной медицины и лекарств, которые могли бы помочь справиться с болезнью или замедлить её распространение. Поехать за границу, где могли бы оказать помощь, я тоже не мог — у меня не было на эти средства.