Александр Гарин – Восстание Архидемона (страница 65)

Дайлен несмело протянул руку и сжал ее плечо.

— Послушай, Кейт. Слышишь? Послушай меня. Если ты позволишь попробовать, я мог бы попытаться сделать что-нибудь для твоего брата.

Девушка оторвала лицо от обмотанных передником ладоней. Ей показалось, что она ослышалась.

— Ты… хочешь помочь моему брату? Но как? Ты целитель? Моему брату нужен…

— Проводи меня к нему. Я плохой целитель, но обещаю сделать все, что смогу.

Не веря, но затаенно на что-то надеясь, Кейтлин поднялась, промокая передником глаза. И, хотя участие постороннего человека в судьбе ее семьи могло показаться необычным, от нежданно появившегося в ее доме товарища по детским играм веяло уверенностью и силой. Кейтлин хорошо помнила Дайлена, сына капитана стражи замка Редклиф, под началом которого служил ее отец, и отчего-то прониклась к нему доверием еще там, на площади перед храмом. К тому же, несчастье, случившееся с ее братом, не оставляло ей выбора. Кроме Дайлена помощи ждать было неоткуда.

— Только тише, господин. Он уснул только теперь, а до того от боли не спал два дня.

Обстановка соседней комнаты могла показаться богаче, чем входной. Бевин лежал на высокой кровати. Рядом на столе и табуретах были расставлены тазы с водой, бинты и притирки. Заметив скользнувший по ним взгляд гостя, девушка чуть заметно стушевалась.

— Мама учила меня своему ремеслу, — Кейтлин скупо указала на разложенные вещи. — Но я не знаю, как вправлять кости. Я пыталась… но, по-моему, ему сделалось только хуже.

Дайлен склонился над мальчиком. Даже на расстоянии можно было чувствовать жар, исходящий от тела ребенка. Страж опустил руку на лоб Бевина, потом взял его за плечо и легонько встряхнул.

— Твой брат не уснул, — медленно и с сожалением пояснил он умоляюще взглянувшей на него девушке. — Он потерял память, и вот-вот отправится по дороге к Создателю. Но я не могу понять, отчего… — он отогнул край одеяла, обнажая больную ногу мальчика. — … это произошло, — спустя некоторое время сумел докончить он.

Нога Бевина безобразно распухла и была уже почти черной. Но даже сквозь опухоль было видно, что кость сдвинута, сильно натягивая мясо и жилы. Дайлен, едва касаясь пальцами, ощупал ногу мальчика и покачал головой.

— Если ты позволишь, я могу попробовать… облегчить… то, как ему теперь. Ты позволяешь мне?

— Ну конечно! — Кейтлин взглянула недоуменно и с затаенной обидой. — Если ты можешь, сделай хоть что-нибудь. Помоги, прошу!

Дайлен опустился на табурет перед кроватью, и растер ладони. Он вовсе не был уверен в своих силах. Молодой маг не лукавил, уверяя товарищей в своей неспособности к целительству. Но жалость к страдающему ребенку и желание заслужить благодарность его прекрасной сестры придавали ему решимости.

Руки Амелла окутались едва заметным синеватым свечением. Все же усталость его была слишком велика, а способность к целительству — слишком мала для того, чтобы всерьез помочь несчастному больному. Стараясь не обращать внимания на прижатую ко рту ладонь Кейтлин, теперь только догадавшейся, какое именно лечение предлагал гость, Дайлен вновь прикоснулся к ноге мальчика, и попытался вложить всю бывшую в нем ману в единое целительское действо.

Спустя какое-то время он опустил руки. Благодаря его усилиям страшная чернота больного места превратилась в синеву. Но кости по-прежнему не были сложены, как подобает, и не срощены, а жар продолжел иссушать детское тело. Дайлен бросил еще один взгляд на бессознательного мальчика и покачал головой, поднимаясь.

Все это время зачарованно наблюдавшая за ним Кейтлин очнулась. Шагнув вперед, она с силой стиснула руки Дайлена, словно желая выдавить из них больше магии.

— Ты обещал исцелить моего брата! Прошу тебя, маг! Проси, что хочешь! Умоляю! Ну… ну пожалуйста! Помоги! О, Андрасте… скажи, чего ты хочешь? Я все сделаю… все…

Амелл осторожно высвободился. Умоляющий взгляд девушки жег его сильнее огненного заклятия. Но еще большее беспокойство задавала обида — быть может, о том, что Кейтлин так ни разу и не назвала его по имени. Маг прикрыл больную ногу Бевина одеялом и ободряюще кивнул его сестре, продолжавшей глядеть на гостя с мольбой.

— Я не целитель. Прости меня, я не могу помочь твоему брату. Но… — он заторопился, видя, что Кейтлин готова была опять заплакать, — знаю того, кто может. Подожди. Просто подожди, я вернусь быстро!

Кейтлин проводила гостя до порога. Дайлен с третьего раза сумел все-таки забраться на лошадь и пустил ее крупной рысью по направлению к замку. Девушка прикрыла дверь и вернулась в комнату брата, не зная, что подумать.

Однако не прошло и четырех мер времени, когда под ее окнами опять раздались цокот копыт и лошадиное ржание. Узнав голос Дайлена, хозяйка дома впустила его самого и высокую, статную старую женщину, одетую в мантию Круга магов. Старая магиня выглядела порядком утомленной, однако нашла в себе силы ласково улыбнуться взволнованной девушке.

— Проводи меня к мальчику, дитя. Посмотрим, что я смогу для него сделать.

Кейтлин повиновалась. Больше всего на свете хотелось ей теперь чтобы эти нежданно посетившие ее хижину маги спасли ее брата. Как и до нее Дайлен, старая магиня некоторое время пристально изучала больное место, оглаживая его пальцами. Потом подняла лицо, на которое легла тень заботы.

— Кость не просто треснула, а переломилась во многих местах, — не отводя руки, и словно к чему-то прислушиваясь, медленно проговорила она. — Некоторые осколки прорвали мясо и жилы, по которым бежит кровь. Кровь, не находя выхода наружу, начала собираться внутри. И портилась, а за нею — мясо. Оттуда зараза пошла во все остальные жилы и вызвала жар.

— Ты можешь что-то сделать? — мрачно спросил Амелл, поглядывая на бессильно привалившуюся к дверному косяку Кейтлин. Винн, а это была она, пожала сухими плечами.

— Я могу отнять ногу, — магиня покачала головой. — Это самый верный способ. Или сейчас можно уменьшить опухоль и, сложив все кости, срастить их. Но не уверена, что все ляжет, как подобает. Осколки кости очень мелки.

— О благая Андрасте, — Кейтлин всхлипнула, опуская голову и обнимая себя за плечи. — Как он мог так неудачно упасть!

— Есть еще путь, — Дайлен поморщился, и нехотя продолжил. — Из магии крови. Я излечил им Первого Чародея Ирвинга, когда… не важно. Но целительный малефикарум — очень тонкая магия. Прошел не один месяц прежде, чем я овладел ею. К сожалению, я не могу провести это действо более ни над кем, кроме Серых Стражей. Скверна в моей крови не позволит разделить ее, не навредив больному. Но если ты, Винн, сможешь… Я буду показывать тебе, как и что делать.

— Я нИкогда не творила малефикарума, — голос магини звучал резко. — И теперь не стала бы, даже если смогла. Смотри, ты напугал бедную девочку. Постыдись!

Дайлен бросил взгляд на девушку, слышавшую его слова и взиравшую на него с ужасом, и покачал головой. Однако неожиданно Кейтлин удивила обоих гостей.

— Если малефикарум поможет… если хотя бы что-нибудь поможет… умоляю вас… спасите его!

Винн улыбнулась.

— Ты смелая девочка. Но, увы — Дайлен прав. Я не смогу применить магию крови. А ему этого делать нельзя, или брат твой умрет от скверны. Что ж… я сделаю, что могу. Постараюсь сохранить его ногу. Но ты должна быть готова к тому, что твой брат… его тело может не справиться с жаром.

— Винн, — обратился Дайлен, угрюмо разглядывае увечье мальчика. — Я верю, что ты можешь его спасти.

Старая магиня дернула плечом и возложила руку на больное место. Ее лицо приняло отрешенное выражение.

— Пойдем отсюда, — Амелл мягко подтолкнул Кейтлин к выходу из комнаты. — Мы будем только мешать.

Оставив целительницу наедине с больным, они прикрыли дверь, и некоторое время сидели молча, скашивая глаза на синеватые магические всполохи над порогом. Наконец Кейтлин, все чаще бросавшая несмелые взгляды на Дайлена, не выдержала.

— Господин, прости мне мою дерзость. Я не уверена, что поняла правильно твой разговор с госпожой магиней. Ты… маг, и… Серый Страж? Это правда?

Амелл отчего-то смутился, будто бы правдивый ответ на этот вопрос мог показаться бахвальством.

— Моя семья уехала потому, что у меня начались сны из Тени, — помедлив, пояснил он. — Отец попытался спрятать меня от Церкви, но не смог. Я провел в Круге магов девять лет. Несколько месяцев назад меня призвали Серые Стражи.

Кейтлин улыбнулась. История Дайлена помогла ей на некоторое время забыть о бедах.

— Удивительно. Не могу поверить. Ты — маг и Страж. Это… это здорово…

— Дайлен. Раньше ты не стеснялась звать меня по имени. Создатель, помнится, ты даже не стеснялась обливать меня помоями с крыльца!

Девушка улыбнулась шире, обнимая себя руками.

— Откуда мне было знать, что из тебя получится такой важный господин? И при том, разве это не ты кидал в меня камнями? А еще вы с дружками подглядывали за нами на озере, во время купания. Вспомни!

Амелл улыбнулся в ответ. Возникшее поначалу стеснение начало постепенно проходить.

— Я не мог забыть. Твоя мать пришла жаловаться к моей, и отец устроил мне такую взбучку… после нее я долго не мог присесть. Нужно было тебе из всех подглядывальщиков запомнить именно меня!

— Это было не мудрено, — Кейтлин пожала худенькими плечами, обтянутыми сукном грубого платья. — Из всех ты был самый красивый. И… остался.