Александр Гарин – Восстание Архидемона (страница 21)

— Почему без штанов? — искренне изумился Дайлен.

— Хватит, — предвосхищая приближавшуюся ссору, решил Кусланд. — В Лотеринге могут быть люди Логейна. Из Остагара путь в Северный Ферелден только через эту деревню, значит, он мог оставить тут стражу для отлова выживших и дезертиров.

— Обойдем? — Амелл деловито мотнул головой. — Ты прав, Командор. Я бы на его месте оставил. Чтобы не разносили, что на самом деле случилось при Остагаре. Сам-то он, должно быть, привносит в народ какую-то собственную точку зрения.

— Я бы все же рискнул, — Алистер покосился на Морриган, о присутствии которой временами вообще забывали. — Сейчас слишком много беженцев со всего юга. Вряд ли они останавливают каждого…

— Ну да, похожи мы на беженцев. Конечно, — опасения насчет ведьмы подтвердились. Никак не комментируя высказывания Кусланда и за редким исключением не трогая Амелла, ведьма вовсю отыгрывалась на Алистере.

Ответить Алистер не успел. Из-за поворота дороги, скрытого за небольшим холмом, откуда они совсем недавно пришли, вынырнула небольшая двухколесная телега. Телегу тащила приземистая серая лошадь. Весь задок был забит хорошо перевязанными ящиками и тюками, а на передке сидели двое. Низкий ширококостный мужчина, едва достававший бы макушкой до пояса Кусланду, и такой же юноша с каким-то нелепо-радостным выражением на простоватом лице.

— Гномы, — сквозь зубы процедил Амелл, выпрямляясь. — Тоже беженцы. Должно быть, свернули с бокового тракта.

Телега поравнялась с ними. Старший гном с любопытством оглядел их компанию и натянул вожжи.

— Приветствую славных воинов и госпожу хасиндку, — произнес он с как будто бы искренней сердечностью. — Я Бодан, торговец из Орзамара. Не желаете сделать почин моей торговле?

— Почин? — удивился Алистер, кивая на небо. — Солнце садится!

— Дорога была долгой, — гном пожал плечами. — Все деревни к югу опустели. Не с кем было торговать. Так не сделаете почин? Госпожа ваша не мерзнет? У меня тут отличное платье, шерстяное и теплое. И плащи найдутся… целых два. Они, правда, мужские, но, быть может, госпожа взглянет хоть глазком?

— В самом деле, Морриган, — рискованно решился высказать свое мнение Алистер. — Мы-то привыкли, и не… смотрим. Но если ты в таком виде пойдешь в деревню…

— Что сказать ты хочешь?

— Мы и так очень заметны, — поддержал Кусланд, мотнув головой на отряд. — Доспех Алистера, мои волосы, шрамы Дайлена — все это способно вызвать пересуды и привлечь ненужное внимание. Но твое одеяние…

— Смотреть и боязно и тянет, — как всегда без церемоний высказался Амелл. — В деревне, где полно мужичья, все будут пялиться только на тебя. Ну, и на нас заодно.

— Да вы взгляните! — пока они говорили, гном поспешно копался в одном из тюков и, наконец, выкопал что хотел. — Хорошее платье, считай, новое. Ну как, госпожа? Нравится?

Светло-коричневое шерстяное платье и вправду смотрелось неплохо. Оно вполне могло принадлежать зажиточной деревенской женщине. Морриган привычным жестом сложила руки на груди.

— Не буду я вот это надевать! С какой-то падали он снял…

— Вовсе не с падали, — обиделся торговец, потряхивая платьем. — Нашел в брошенном доме. И плащи там же. Вы смотрите, смотрите. Я их сверху положил, такие вещи всегда берут первее всего.

— У нас хоть деньги есть? — вполголоса поинтересовался Дайлен у товарищей по ордену, пока гном суетился, раскладывая товар.

Алистер со вздохом полез за отворот кольчуги и за тесемку вытащил тощий кожаный мешочек.

— И много еще всего висит у тебя на шее? — не выдержал Айан. Сын Мэрика пожал плечами, не понимая, чего от него хотят.

— Тут сохраннее, — все же ответил он и развязал мешок. — Мы будем что-то брать, Командор? Плащ я бы взял. Даже два. У Дайлена нет. Да и у Морриган… считай, тоже нет. Сколько ты хочешь за эту одежду, друг гном?

Пока Алистер и даже заметно оживившийся Дайлен торговались с гномом, Кусланд бросил еще один внимательный взгляд на деревню. Идти туда было опасно. Но в деревне они могли узнать новости. А также получить помощь. Последнее было сомнительно, но полностью сбрасывать со счетов этого не стоило.

— Двадцать медяков! — Айан обернулся на возмущенный голос Алистера. — Да за такую поношенную накидку это настоящий грабеж!

— Покупай, она широкая, — решился Кусланд, оценивающе окинув взглядом предмет спора. — Завернешься в нее по шею, прикроешь доспех. Мне нужна такая же. Дайлену отдашь свой плащ. Ему доспехи прятать не обязательно, они у него обычные. И… Морриган. Коли не хочешь платье, то завернись, как мы, в накидку. Не гоже девице… женщине молодой разгуливать так, как ты ходишь. Не на людях.

Монеты, наконец, перекочевали из мешочка Алистера в кошель торговца, и довольный гном передал Дайлену проданный товар. Однако, пока путники переоблачались по указу Командора, не уезжал, словно бы чего-то ожидая. Его сын продолжал бессмысленно и доброжелательно улыбаться. Уже было заметно, что молодой гном был слабоумным. Толи родившись, толи сделавшись таким от неосторожного обращения с лириумом.

— Тебе что-нибудь нужно, друг гном? — спросил Кусланд, затягивая повязки на плаще. Проданная торговцем накидка действительно оказалась широкой и просторной, скрывшей под собой почти весь его доспех. Правда, недостаточно теплой, и кое-где с прорехами.

— Да вот, вишь ли, отважный господин, — Бодан кивнул головой в сторону Лотеринга. — Деревенька-то вот она. Вы ведь туда идете? Стало быть, пойдем вместе? Там, небось, от беженцев проходу нет и в харчевне не заночевать. Доводилось мне такое видеть к югу отсюда. А у меня в повозке — отличный просторный полог. Ежели его натянуть, то все там поместимся, тем более вон дождь собирается какой.

Над холмистой долиной, которая лежала перед Лотерингом тучи действительно висели так низко, что казалось, с холма их можно было потрогать руками.

— Ну, так что, господа воины? С чего б вам сомневаться? — торговец улыбался радушно и открыто. — Будете моими гостями. Смотрю, с деньгами у вас негусто. Так и быть, угощу вас хлебом с сыром. Два дня назад выменял такую головку…

— Боишься, что беженцы товары отберут? — прозрел Дайлен, которого очень заинтересовали последние слова гнома про сырную головку. — С нами безопаснее?

Бодан помялся.

— В общем, да, — вынуждено признал он. — Мор ведь… беженцы опять же… Народец всякий встречается. Кто-то просто от чудищ бежит, а кто-то и разбойничает на дорогах. Кто-то — прямо в деревнях. Мы — мирные торговцы. А вы, господа, воины знатные, всяк это видит, у кого глаза на месте. На таких лишний раз нападать заопасаются. Только кошели у вас тощие. Я вам помогу, вы мне. В вашей компании всяко безопаснее. А завтра разойдемся по-хорошему. Ну как? Согласны?

Стражи переглянулись.

— Идем в деревню, друг гном. В обиду не дадим. Только не забудь о своем обещании.

Бодан заулыбался с видимым облегчением и тронул вожжи. Телега медленно покатилась вперед по раскисшей после недавнего дождя дороге. Серые Стражи и лесная ведьма шли следом, чуть приотстав, чтобы грязь из-под колес не летела на них. Говорить никому не хотелось. Кусланд и Амелл, которые утомились больше других, мечтали только о привале. Даже мабари, весь день рыскавший по кустам в поисках пропитания, шел медленно и тяжело, не отходя от хозяина.

Внезапно он насторожился. Телега гномов как раз добралась до небольшой рощицы, откуда рукой было подать до первых домов Лотеринга. Внезапно из-за деревьев, не особенно хоронясь, показалось около десятка вооруженных мужчин. Впрочем, вооружены они были как попало — ножами и топорами. Меч был только у одного. Неторопливо, даже с ленцой они вышли на дорогу, перегородив ее. Бодан вынужденно натянул вожжи. Его спутники тоже остановились, не опуская капюшонов. Накропавший мелкий дождь вот-вот собирался перейти в настоящий ливень.

— Ты совсем не думаешь о других, проклятый гном, — не теряя времени на приветствия сразу заговорил тот, у которого был меч. — Вот-вот хлынет дождь, а ты вынуждаешь нас работать.

Бодан не ответил, умоляюще обернувшись на сопровождающих. Кусланд без слов шагнул вперед.

— Привет вам, путники, — тут же переключился на него владелец меча. — Вы что, охрана? Или сами по себе?

— Разбойники, — Алистер мотнул головой, отчего его капюшон упал на плечи. — Должно быть, грабят тех, кто бежит от порождений тьмы.

— У них хватило глупости преградить нам путь, — Морриган смотрела на главаря и ее взгляд не предвещал ничего хорошего. — Предлагаю их проучить.

— Э, да разве так здороваются вежливые люди? — обладатель меча тоже шагнул вперед, вытаскивая свое оружие. — Всего десять серебряных монет — и ступайте своей дорогой. А мы пока потолкуем с торговцем. Ты же торговец, гном, я не ошибся?

— Так вы, значит, сборшики пошлин? — Кусланд обошел повозку, остановившись неподалеку от главаря. Почуяв угрозу, разбойники перестали заслоняться руками от дождя и позевывать, и схватились за оружие. Впрочем, пока никто кроме обладателя меча вытаскивать его не спешил. Хотя, непохоже было, чтобы главарь пока особо беспокоился.

— Именно, — он обнажил в улыбке кривоватые и гниловатые зубы, растущие через один. — Собираем денежки на ремонт Имперского тракта. Вон какой у него плачевный вид.

Краем глаза Айан увидел, что Алистер теребит завязки у самого горла, готовый в любой момент рвануть их и сбросить плащ для большей свободы движений. Дайлен стоял с другой стороны повозки в довольно расслабленной позе. Но несмотря на всю неопытность этого Стража, Кусланд был в нем уверен — по меньшей мере, одного разбойника взять на себя тот сможет.