Александр Гальченко – Узник брошенной планеты (страница 39)
Ужин был быстрым и немногословным. Перед уходом Отто выдал Насте устройство, крепившееся на предплечье. На нём, были видны несколько кристаллов и сеть мудрёных схем и узоров, всё было залито прозрачной смолой и лишь один подвижный элемент слегка выступал по середине и был не законсервирован – это медный флажок, который можно было регулировать. Настя поблагодарила его за средство защиты, и отправилась в свою комнату. Она легла на кровать и долго смотрела на темнеющий потолок, угасающий в последних лучах заката. Ей было одиноко, и она ничего не могла поделать с этим одиночеством. Эхом долетал до неё звенящий голос Лисы, что-то рассказывающей Льву на непонятном ей языке, и звуки эти не приносили ничего кроме раздражения. Она закрыла пальцами уши, опустила веки и успокаивая дыхание попыталась уснуть. Как и любой человек она не уловила тот миг, когда сознание провалилось в небытие, и вот она сидит в маленькой комнатке под тусклым светом полуваттной диодной лампы. Лампочка находится в крупном плафоне и свет падает только на неё, слабо освещая руки и пустую столешницу. В комнате приятно пахнет миндалём. Человек напротив не досягаем для взора, его присутствие выдаёт лишь несколько очертаний силуэта.
- У тебя хорошие оценки. – прозвучал мужской голос и запах миндаля смешался с запахом выкуренного табака.
- У меня лучшие оценки. – ответила она.
- Практические занятия несомненно, что касаемо остального я бы поспорил.
- Не вижу для этого причин.
- Не ужели? – электро-зажигалка раскалилась и передала жар сигарете. – Мне кажется случай с исключением участника БП один, бросает тень на всё звено. Не так ли?
- Если рассматривать обучение как задание, - уверенно произнесла Настя, дважды ударив пальцем по столу. – я могу полагать что оно завершено?
- Можешь.
- Могу доложить о ходе задания?
- Я слушаю. – сделал затяжку неизвестный, и девушка увидела в этом свечении уложенную чёлку и глубокую залысину слева.
- В ходе задания я добилась лучших результатов за все годы, обновив несколько рекордов в боевой и стрелковой подготовке.
- Несколько, это сколько?
- Девять личных, шесть общих.
- Участник БА три, он мастер боевых, как одолела его в спарринге? – вновь затянулся незнакомец и Настя рассмотрела глубокие морщины на его щеках.
- Я напоила его за день до этого.
- И всё?
- И пообещала… - она запнулась. – сделать ему приятно если поддастся. – улыбнулась она.
- Считаешь это смешным?
- Считаю это слабостью.
- И как, он поддался?
- Сначала. Потом видать передумал, но было поздно. Позже я его не видела, - продолжила она. – так же мне пришлось сдружиться с участницей АЛ семь. Это единственный участник, в котором я видела конкурента. Она была мне приятна, и я с удовольствием продолжила бы с ней общение.
- И что ты сделала?
- Она, как и я осталась без отца, только раньше меня лет на пару. Её мама болеет, несколько фраз об одиночестве в больничной палате, не прямо, в скользь конечно, постоянные напоминания о том, что она может не вернуться с задания… мы можем не вернуться. Она сломалась.
- Проблема не в том, что она отказалась от задания, - две короткие затяжки, так чтоб уголёк сильно не разжигался. – проблема в том, что она решила покинуть общину. Ты толкнула её на смерть, ты знаешь?
- Мне жаль. Она достойный человек.
- Что насчёт проникновения? БП один, проник к компьютеру и изменил результаты ваших тестов, и зачётов. Есть сомнение и в твоих оценках, он показал себя как человек, на которого можно повлиять.
- Кто? БП первый? Он дурачок, не понимаю, что он здесь делал. Он никуда не проникал. Я заметила, что с момента как я осталась одной девушкой в группе, наши кураторы стали завышать оценки некоторым участникам. Я решила исправить эту несправедливость. Когда обман вскрылся, я не знала, что существует письменная копия оценок, хоть Вы и говорите, что её нет, кураторы стали искать нарушителя, я дала им его. Он кстати сознался в содеянном? – приподняла голову она.
- Нет. Мы ему пару балов добавили за то, что не сломился.
- Поэтому не сомневайтесь в моих оценках, если Вам тяжело посмотреть в копии, повторюсь, я занижала чужие, но не меняла свои.
- Что-ж… - кресло скрипнуло, он откинулся всем весом на спинку стула. – Если я попрошу тебя сделать сейчас, то что ты обещала участнику под номером БА три, и скажу, что после этого, мы утвердим твою кандидатуру.
- Пожалуй… - Настя на миг задумалась, глядя как окурок начал плавить ногти неизвестного, она не видела этого в темноте, но ей казалось именно так. – пожалуй я откажусь. У меня нет причин это делать, я и так лучшая в группе. Пусть попытается подкупить тот дурачок, который не доказал своё превосходство. Всё удачно складывается, закон об уголовной ответственности за однополую любовь как раз отменили, впрочем, это будет не единственный грех нашей общины, не так ли?
- И я надеюсь ты искренне ей верна. – он затянулся, заставив фильтр застрекотать и бросил окурок на пол. – Ступай. Мы сообщим решение позже.
- Можно вопрос? Личный.
- Ну?
- АЛ седьмая, она мертва?
- Тебе что до неё?
- Жалко, достойный представитель общины. – почти спокойно произнесла Настя.
- Это на твоей совести. Иди.
Глава 31/32.1
Глава тридцать первая
Утром шёл дождь, вызывая у Лисы приступы неудержимой радости. Дождь шёл стеной мелкой сыпи, заполняя шумом всё вокруг. Воздух был пропитан необъяснимым цветочным ароматом, смешанным с запахом серы.
- Раньше такого не было. – произнёс Лев. – Я помню об агрессивных дождях.
- Что ты, его не стоит бояться! – радостно отвечала Лиса. – Это праздник, это… - Пионер сбился с мысли. – что-то вроде праздника плодородия земли, или плодородной земли, но это не точный перевод.
- Главное он не опасен. – успокоился парень.
- Нужно идти за дровами, дождь может идти долго, многие дни.
- Многие это сколько?
- Первый раз при моей жизни он шёл тридцать шесть дней, второй раз два. Как теперь будет никому не известно.
- А в другие разы?
- При моей памяти он шёл всего дважды, после него ты не узнаешь нашу планету, здесь всё расцветёт, всё будет зелёным и огромным. Яблоки размером с голову! – радовалась она. – Больные деревья окрепнут. Здоровые потянутся ещё выше к звёздам. Пустыни зарастут. Самые редкие растения дадут плоды. Надеюсь он будет длится долго. Но нам нужно много дров, может быть холодно.
- Пионер, ты кажись говорил, что здесь нет перепадов температур. – произнёс парень.
- Он есть, - ответил тот. – но он не велик. Я не исключаю наличие климатических аномалий.
- Понятно. Что-ж. пойдём за дровами, готовить всё равно придётся на печке. Благо этого добра здесь навалом.
- Не забудь, - напомнил гаджет. – Отто просил тебя подключить стыковочные.
- Мог бы и сам справиться, тяжело десяток разъёмов набросить? Ладно, сейчас.
Лев выбежал на улицу и спускаясь по лестнице наступил на свинью, чуть не выронив заряды. Она даже не подумала пошевелится, или хоть как отреагировать на данную наглость. Лев застегнул молнию куртки и, быстрыми шагами, направился к шаттлу. Постучать в дверь ему пришлось трижды пока она не открылась.
- Докладываю. – ответил немец. – За ночь неизвестных целей не обнаружено.
- Это радует. – ответил Лев. – Думаю если он один, то весьма вероятно побоится нападать на нас, тем более что у нас есть тяжёлое вооружение.
- Возможно. Но я не буду полагаться на случай. Я должен быть готов. Должен во всём разобраться. Взрывчатку принёс?
- Да. – Лев протянул небольшой пластиковый свёрток.
- Отлично. – выхватил его немец.
- Тут Лиса говорит, что дождь может быть затяжным, и что может похолодать. – инженер смотрел на сонные глаза, на посветлевшие синяки Отто, и только сейчас осознал насколько отталкивающее и неприятное у немца лицо. – В общем мы планируем дров заготовить.
- Что? – словно включился сержант.
- Дров, говорю планируем...
- А, ну да. Подключи движки, мне нужно отъехать. А вы тут разберитесь, с дождём, с дровами.
Лев спустился в тех помещение и принялся за работу. На всё у него ушло не более десяти минут и как только он покинул челнок, Отто закрыл дверь и направился прочь от лагеря. Он постоянно смотрел по сторонам, окно помощника было разбито и в него залетали капли, растекаясь по панели управления. Но вода не смущала Отто, его смущало что в это окно спокойно мог влезть человек, а значит мог влезть и крон. он чувствовал себя в безопасности лишь во втором отсеке, за металлическими дверьми с надёжными замками из крепкой стали.