Александр Гальченко – Каким я С.Т.А.Л… (страница 1)
Александр Гальченко
Каким я С.Т.А.Л…
ПРОЛОГ
Я быстро собирал вещи, маршрутка отправлялась через семь минут. Надел защитные штаны, берцы, на свитер кожаную куртку. Я плохо знал парня, который тащил меня туда, но он обещал деньги и деньги не малые. Знал бы я тогда чем это закончиться… Тормозок на скорую руку, пару сотен на всякий пожарный, да короткая записка на столе: «Сестра, ма, я уезжаю, нашёл работу, вернее не работу – так, заработки. Когда вернусь, не знаю, позвонить не смогу. Ждите»
Хлопнула дверь, и я семенящим шагом сбежал вниз, чётко отбивая каждый шаг о ступени каблуками. Было начало третьего утра, одиннадцатое сентября две тысячи… А, впрочем, какая разница какого года. В неосвещённом дворе стояла синяя ГАЗель. Я вошел в неё и захлопнул за собой дверцу, которая жутко скрипела. В салоне сидели трое, они явно не знали друг друга, так как сидели порознь и не общались между собой. Я прошел и уселся на заднее сиденье, положив рядом с собой небольшой походный рюкзак, с которым отец ходил на охоту. Хорошие были дни, он всегда пытался взять меня с собой, и я никогда не отказывался. Я любил стрелять, но никогда даже не направлял дуло на живых существ, мне было их жалко, неважно лис то был, утка, или заяц. Нет более охоты, и отца нет.
Усевшись, я сильно расстроился, вспомнив батю. Вдруг за руль сел тучный мужик и произнёс:
– Ну? Готовы?
– Да. – невольно ответил я. – Может я, вернусь за ружьём?
– А. Не стоит, там этого добра навалом.
– Надеюсь, ты не соврал… – про себя проговорил я, вспомнив своего недавно появившегося знакомого.
Двигатель завелся, и автомобиль медленно двинулся, пытаясь выбраться из тесного дворика. Мы двигались вперёд, петляя по улицам города, и ещё дважды останавливались возле подъездов многоэтажек. Один раз кто-то вышел и, что-то шепнув на ухо водиле, удалился, а мы тут же уехали. Во второй раз к нам присоединился ещё один человек. Было темно и лицо его я не мог разглядеть. Он тоже подошел к заднему сиденью и я, схватив рюкзак, потянул его к себе, нащупав в кармане что-то твёрдое. Лишь потом я понял, что это был отцовский охотничий нож.
Мы покинули пределы города, за окном не было ничего видно, и я задремал. Сквозь сон я слышал, что мы пару раз останавливались, когда я проснулся, нас уже было восьмеро, вместе с водителем. Мотор заглох, и мы с вещами вышли на улицу. Было уже достаточно светло, хотя солнце еще не встало. Мы находились на окраине какой-то деревни, у полуразрушенного дома. Толстяк вылез из-за баранки и своеобразным жестом головы показал, что нам надобно двигаться за ним. Все вошли в дом, из прихожей вёл длинный коридор, с которого можно было попасть в пять комнат, нас завели во вторую дверь справа. Это была небольшая комната, из мебели лишь шесть столов, у которых стояли по два стула как в любом классе обычной школы. Как только мы уселись, в комнату вошёл лет пятидесяти мужик. Он был крепкого телосложения, короткая коричневая борода, тяжёлый взгляд и потёртый костюм без галстука, вот и всё, что я могу вам сказать о нём.
– Как зовут? – обратился он ко мне, раздавая каждому по листку с ручкой.
– Алексей, – тихо ответил я.
– Фамилия?
– Костяников.
– Кличка?
Я немного растерялся, а он, увидев моё замешательство, продолжил:
– Каждый из вас имеет кличку, если она вас не устраивает, придумайте новую, главное не забудьте, что вы там наизобретали.
– Кощей, а зачем…
– Значит, слушайте внимательно, повторять я ничего не буду. Сейчас вы заполняете эти вот не хитрые бумажки. Смысл простой, никакой работы здесь нету, экскурсия и только. Нелегальная, но экскурсия. После, всех вас фотографируем, фотки прикладываем к копиям бланков, и они хранятся у меня. Оригиналы будут у ваших экскурсоводов, если спалят, то отделаемся штрафом, в общем, это не ваши проблемы. Когда вернётесь, лично я, сверяя фото с вашими фэйсами, выдам вам скромный гонорар за то, что вы вели себя примерно во время поездки. А если экскурсовод похвалит, то вполне возможно, что кто-то получит небольшую премию, – он говорил чётко, чеканя и подчёркивая каждое ударение, в каждом слове так, что эти слова въедались в голову. – Ну, всё понятно?
– А если что-то случиться? – спросил один из сидящих за столами.
– Таких случаев были единицы, главное слушайте провожатого.
– А если с провожатым что-то случиться? Что тогда?
Мужик поднял глаза и после короткой паузы ответил:
– Молитесь. Больше не знаю, что вам посоветовать. Держитесь того, кто раньше бывал в периметре. Выберетесь, найдите меня. В любом случае я захочу узнать, что произошло.
– А гонорар?
– Доживём, увидим. И так. Вас разделят на несколько групп. С каждой будет оснащённый опытный человек, который будет выполнять всю работу. Ваша задача, стрелять. Стрелять во всё что движется, кроме своих, разумеется, а то, что вам дают – складывать в поясок. Понятно?
– Да. – ответили я и ещё пара человек.
– Главное! – повысил голос бородач. – Главное запомните, вокруг вас дикая, заражённая, изуродованная, донельзя, человеком природа. И эта природа так и рвётся отыграться, если не на всём людском роде, то хотя бы на вас. Прошу, не надо хватать руками все, что плохо лежит или красиво блестит. Спросите экскурсовода, – говорил он нам, словно малым детям, сюсюкая. – А он в свою очередь решит, что с этим делать. А то знаете, как бывает, лежит вещичка, блестит, мигает, решили подобрать, моргнуть не успели, а рядом с вещичкой уже чья-то ручка лежит. А то и хуже, припалит так, что жёнам более не понадобитесь, никогда. Ну вот, думаю, инструктаж я провёл достаточно доходчиво. Остальное вам объяснят непосредственно на месте. Спасибо за внимание, на выход.
Нас попросили по одному подыматься и выходить из комнаты. Когда очередь дошла до меня, я вышел и тут же шагнул в комнату, напротив. Меня без какого-либо предупреждения сфотографировали, прямо в проходе, и человек в резиновых медицинских перчатках попросил сесть на стул. Я выполнил его указания и положил руку на стол, предварительно сняв куртку и закатив рукав. Посмотрев в окно, я увидел, что за домом стоят ещё несколько микроавтобусов, около которых сидят, наверное, человек десять.
– А эти? – спросил я. – Тоже с нами.
– С вами, – ответил парень и, достав новый двух кубовый шприц, набрал в него что-то из ампулы с синей полосой. Подойдя ко мне, он капнул из шприца мне на руку и сделал глубокую царапину иглой, после чего внимательно глядел на часы.
– Смелые вы парни, – произнёс он. – я бы не решился. Хотя если из медицинского попрут, может и присоединюсь к вам.
Будущий врач стёр ватой кровь, проступившую из царапины и быстро оценив увиденное, пережал мне руку резиновым жгутом.
– Что это? – Кивнул я, глядя на парня.
– Это твоя защита, – произнёс он и ввёл мне иглу в вену. Первое впечатление, будто тебе вкололи кальций хлористый, горячий укол. Я часто болел простудными, и меня лечили с их помощью. Но потом всё прошло, мышцы наливаются, и чувствуешь не слабый прилив сил. Мед брат взял со стола синий маркер и сделал хорошо заметную черту, сантиметров на пять ниже укола.
– Это зачем?
– Смотри, красный, это препарат, который очень быстро и эффективно выводит из организма всякую гадость, которая там не очень нужна. Работает примерно часа два, может меньше, зависит от среды. Синий, чуть поинтереснее, эффективен часов двадцать, на протяжении которых, препятствует проникновению в организм всякой дряни. Как понимаешь, чтобы защищать от химии, бактерий, инфекций, облучения и так далее и тому подобное, коктейль сделали что надо. Поэтому пять уколов любого препарата, хоть синего хоть красного, хоть вперемешку, пройдут почти бесследно. Месяцок отдохнёшь и вновь за ограду.
– Если больше? – проявил своё любопытство я.
– Больше пяти? Начнёшь тормозить понемногу, на долго ли не могу сказать, может и навсегда. – как-то будто шутя, рассказывал парень. – А вот если больше десяти. Не знаю. Может в овощ превратишься, может печенью в туалет сходишь. Честно, никто наверно не знает. Поэтому следи, что бы каждый раз после инъекции тебе ставили чёрточку. Родным не нужен овощ, даже с деньгами.
– Спасибо. – произнёс я ему напоследок.
В следующей комнате меня попросили одеть под одежду тонкие подштанники и водолазку. Они были словно накрахмаленные, как позже выяснилось, их чем-то пропитали, опять-таки в целях защиты. Выйдя на улицу, мы увидели деревянный стол, неплохо накрыт, здесь были и жареная курятина, и овощи, и фрукты. Водки, правда, выделили только по три стопки, и ту многие боялись пить после ядрёного укола. Позавтракав, не знаю, как у других, а мой организм немного успокоился, и мы словно бурсаки построились в неровную шеренгу. С нами построились и те, кто дожидался нас за домом. Нас разделили на группы, как и говорили раньше. Погрузились мы в коричневый Volks Wagen, народный микроавтобус, с помятой дверью и треснутым на ней стеклом, подклеенным скотчем. Впереди, рядом с водилой, сидел важный, лысый мужик, мне он был похож на фантомаса из фильма с Луи де Фюнесом. Судя по его одежде, он и был нашим провожатым. На нём был комбинезон, похож на одежду космонавтов NASSA, рядом лежали толстые кожаные перчатки, и респиратор со стеклянным щитком для защиты глаз. На груди у него висело несколько приборов размером примерно с пачку сигарет. Не особо я силен в этих делах, но что-то похожее на дозиметры. В салоне кроме меня сидели ещё трое. Один светлый с уложенными на сторону волосами, которые всё время пытался поправить маленьким двухсторонним гребешком. Ему было лет сорок с небольшим. Второй лет тридцати, в очках, с короткой стрижкой и тонкими смешными усами. Третий худощавый, лет на пять моложе меня, выходит, ему было чуть больше двадцати.