Александр Фест – Пазл Миров (страница 11)

— А есть один нюанс… — я движением заправского фокусника снял с эльфийки капюшон.

— Ну симпатичная. Я не мамка в борделе, чтобы девочек по внешности принимать, — скептически хмыкнул шеф.

— Да на уши блин посмотри, ловелас престарелый.

Суровый уже начал открывать рот, чтобы наорать на меня, но не произнес ни звука. Так и стоял пару секунд с отвисшей челюстью. Увидел, наконец-то. Он силился что-то сказать, но не мог подобрать слова. Нам удалось вызвать у шефа на лице хоть какие-то эмоции кроме недовольства, что уже само по себе огромное достижение.

Я усадил девушку в кресло и отвёл задумчивого Петра к окну. Подсунул ему трофейную сигарету, про себя тоже не забыл. Мы покуривали в тишине, периодически бросая взгляды на эльфийку. Удивительно, что она до сих пор не взбесилась от такой реакции окружающих. Наверное, не самое приятное, чувствовать себя диковинным зверем. Я бы начал глаза выкалывать излишне любопытным, если бы на меня так смотрели.

— Тебе не отдам, найди себе свою и постарше, — прервал я наше молчание, заставив Сурового поперхнуться дымом.

— Да иди ты, шутник. Много людей знают?

— Я, Ты и Док с медсестрой. Обещали молчать.

— Это хорошо, пусть так пока и останется. В общий блок её не поселишь, мне не нужна паника.

— Ответственность я на себя возьму. Сам нашёл, мне же и отвечать. Пусть временно у меня поживёт. Кровать только ещё одну выдели.

Суровый задумался над моим предложением снять с него часть проблем.

— Ладно, пусть пока будет так.

— Присматривай за ней, а то мало ли, — добавил уже гораздо тише, чтобы услышал только я.

Вернувшись за стол, начальник облокотился об него, сцепив пальцы вместе.

— Как зовут тебя? — обратился уже к эльфийке.

И снова молчание. Только взгляд говорил о том, что она слушает.

— Не говорит. Не понимает или не хочет, — я ответил за неё.

— Попробуем по-другому.

— Пётр, — указал рукой на себя шеф и протянул ладонь к девушке.

— Аннристаль Лорак Чис Досаак, — неожиданно произнесла эльфийка.

Я хлопнул себя рукой по лбу. И как только сам не догадался!?

Её речь звучала непривычно для нашего слуха. Она растягивала гласные. Непонятно, всё это имя или титул, или фамилия, как у нас?

— Будешь Аня — обрубил Суровый, — нечего выделяться.

Эльфийка одарила начальника возмущённым взглядом за новоприобретённое имя. Видимо, осталась недовольна таким самоуправством, но увы, решали без её согласия.

— Ну всё, размещайтесь. И на, возьми — Шеф отсчитал мне стопку купюр, — премиальные и на содержание.

Деньги всё ещё были в ходу. На натуральном обмене далеко не уедешь. Бумагу постепенно заменяли на монеты из золота и серебра, но процесс шёл медленно. Слишком много надо подготовить, чтобы сменить ценности. Банковская система развалилась, а карточки превратились в обычный пластик. Даже не представляю, какие суммы потерялись на счетах. Интернет не работал, но локальные сети остались. Компьютеры никуда не делись. Вернулась норма делиться флэшками с инфой. Видосики, игры, музыка, надо же было чем-то заниматься по вечерам. У меня тоже лежал в комнате ноутбук, правда обычно я был занят и без него. Связывались в основном по рации — старая надёжная технология. Присутствовала и радиостанция развлекательного вещания. По ней крутили важные объявления, последние новости, если такие имелись, и музыку. Мы пытались связаться с соседними городами, но пока ничего не вышло из этой затеи. Не думаю, что наш город единственный остался в этом мире. Когда-нибудь подкопим силы и отправимся в экспедицию на поиски. Такие планы давно обсуждались. У многих остались родственники в других городах, от которых со времён столкновения не было вестей. Некоторые люди шли по одиночке или группами, но ещё никто не вернулся из ушедших достаточно далеко. Часть мы нашли во время коротких разведывательных вылазок. Обглоданные трупы в основном. Другие пропали без вести, как будто Город находился в огромном капкане.

Мы пришли в мою комнату. Надеюсь, вторую кровать сегодня притащат. Спать на одной лучше, конечно, но когда она шириной больше метра. Правда слухи по штабу всё равно поползут, о том, что у меня в комнате обитает девушка. Больше ни с кем её не поселишь, а отдельное помещение для новичка — слишком жирно.

— Ну вот наш временный дом, — я широким жестом обвёл своё обиталище.

— Располагайся, только мои вещи не трогай. Всё равно ничего не понимаешь.

Аня зашла внутрь, осмотрела скромное убранство и завалилась на кровать, заняв собой всё свободное место. Давно уже на ней не лежала девушка, я был слишком нагружен делами Города и времени на сближение с кем-то банально не хватало.

Понятно, послеобеденный сон мне не грозит. Букварь бы ей детский найти, может хоть говорить начнёт. Понятия не имею, как ещё обучать языку, только тыкать на предметы и проговаривать. Так себе развлечение с неизвестным результатом.

Девушка зевала, лёжа на кровати. Ну ещё бы, поела как два взрослых мужика. Меня бы тоже в сон клонило после такого.

— Отдыхай, я вернусь.

Взял рюкзак из шкафа, оставил Аню обживаться и вышел. Если начудит в моё отсутствие — выгоню нафиг. Сиделкой не нанимался, следить за каждым её шагом, у меня и другие дела есть. Надо пройтись по местным лавочкам, пока ещё день. Ну и подготовиться к вечеру, надеясь, что Мира ещё не знает о белобрысых обстоятельствах в моей комнате. Объяснять, как так получилось, нет никакого желания. Ещё только ревности на этой почве не хватало, момент крайне неудачный выдался бы.

На складе дежурил колоритный персонаж. Выходец с ближнего зарубежья, а если точнее — горного. Горячий кавказский мужчина, по крайней мере, он себя таковым считал. Пушистая борода, в которой можно спрятать всё что угодно, здоровенная волосатая грудь и такое же объёмное дружелюбие, если не пытаться получить у него что-то со склада. Бывших прапорщиков не бывает, и он это отлично демонстрировал. Даже снега зимой не отдаст, если не положено. Но девушек страсть как любил и все знали об этой его слабости.

— Здарова, Ваха, как сам? Жену ещё не нашёл?

— Здарова, брат. Куда там, все тощие как воблы. Даже посмотреть не на что, а пощупать тем более. Не то что наши женщины. Волосы чёрные как воронье крыло, грудь пышная, что моя подушка. Губы сочные как спелые вишни, попка персик, — лукавил Ваха.

Ни для кого был не секрет, что он ухаживал за каждой девушкой, которая попадала в его поле зрения, не перебирая внешностью и не делая исключений. Дошло даже до того, что наших местных дам отправляли к нему что-то забрать в качестве наказания за провинности. Наверное, даже пытки были бы гуманнее комплиментов кладовщика.

— Слушай, а есть пара бутылок хорошего вина? Ты же разбираешься лучше всех — польстил я ему, — без палёнки, настоящего.

— На свидание с красавицей собрался? В наше то время?

Кто бы говорил, блин.

— Есть одна, покоя мне не даёт. Помоги брату. А там у неё, может, и подруга есть, с тобой познакомлю.

— Ну раз такое дело, будет вино, — повёлся он на мои слова.

Ваха полез куда-то за ящики, покопошился там минут пять и вылез обратно, держа две бутылки в руках.

— Вот, от сердца отрываю. Ты же не забудь про брата, — ещё раз напомнил он.

— Не забуду, рука руку моет.

Засунув алкоголь в рюкзак, поспешно ретировался. План сработал как надо — главное, знать слабости человека. Естественно, никого знакомить с ним я не собирался, себе дороже. Потом лови разбежавшихся от «восхищения» подруг. Возможно, мне это потом аукнется, ну или договорюсь с кем-то из обречённых на знакомство, за ответную услугу с моей стороны. Вино, кстати, было средненькое, судя по этикетке, которую успел мельком рассмотреть. Обычный масс маркет, который раньше продавался в любом магазине у дома. Но и в сильно дорогих я не особо разбирался. Куда уж там, бывшему студенту, учившемуся на заочке и работавшему на не самой престижной должности. Осталось заглянуть в оружейную, обновить арсенал и раздобыть эльфийке хоть пару комплектов адекватной одежды. Моя с неё будет падать, а вечно просить у девушек поделиться как-то несерьёзно.

Большая кузница находилась на другом конце города. Её специально расположили в промзоне, чтобы не мешала людям жить громкими звуками и постоянным дымом. Да и территория большая нужна, разместить всё: кучи металлолома, ждущего обработки и переплавки, плавильные печи, станки для обработки. Процесс более-менее наладили, хоть завод и не покрывал пока что все нужды города.

Общественный транспорт уже давно не ходил по своим маршрутам, пришлось идти пешком. По пути встречались люди на велосипедах, даже несколько мопедов, в основном посыльные. Бензина не хватало, его мог себе позволить далеко не каждый человек. Топливо тратилось на генераторы для электричества. Некоторые подстанции всё ещё работали, но многие требовали ремонта. На наших ветряках постоянно дежурил отряд охраны. А немногие солнечные батареи не покрывали весь дефицит. И это отопление сейчас не нужно, а вот зимой вообще кошмар. Приходилось греться по старинке — буржуйками, да самодельными печками.

Человек — такое существо, которое ко всем условиям приспособится. Даже огороды организовали на месте бывших лужаек и парков. И домашняя скотина завелась — кого на мясо, а кого на другие нужды. То же молоко или яйца. Не все жители родились в городе, кто-то ещё помнил, как ухаживать за животными. В основном, старшее поколение. Вот и сейчас я шёл мимо импровизированного курятника. Смотришь на это и не верится, что цивилизация рухнула. Вроде просто в деревню отдохнуть приехал, а потом поднимаешь взгляд выше и видишь заброшенные многоэтажки бывшего спального района. Те, кто помоложе из жителей, наоборот, стали охотниками или исследователями. Воспитанные на играх и фантастических фильмах, они не хотели копаться в грязи, выращивая помидоры, когда вокруг целый новый мир. Откровенные психи погибли в первое время, трусы отсеялись и выбрали работу попроще. Так и сформировался основной костяк отчаянных ветеранов, которые многое видели и пережили, часть из этого стараясь забыть.