Александр Федоров – Великий Север. Хроники Паэтты. Книга VII (страница 16)

– Кто там меня зовёт? – через некоторое время раздался знакомый уже голос.

По лестнице в караулку спустился Логанд. Сегодня он был в камзоле стражника, но без доспехов, а ворот его был совершенно не по уставу расстёгнут. Судя по всему, перед этим он спал, поскольку лицо его имело характерные помятости, а светлые волосы были всклокочены с одного бока.

– А! Так это тот самый балбес Линд Ворлад собственной персоной! – улыбнувшись, воскликнул лейтенант, разглядев гостя в полумраке. – Кот, взгляни – это тот самый недотёпа, из-за которого я не пришёл на встречу вчера!

Удивительно, но эти нелестные слова почему-то не вызывали в Линде того чувства жгучего стыда и обиды, что пробудили речи старого Гувара, сказанные перед обедом его друзьям. В этих грубых словах было что-то дружеское и совсем не обидное.

– С виду – полный кретин! – подтвердил один из стражников, улыбаясь при этом так открыто, что Линд и не подумал оскорбиться. – Что ж ты, парень, не глядишь куда идёшь? Как можно было не заметить такую оглоблю? Да он фонари без шеста зажигать может!

– А тебе нечего пыхтеть, раз природа обделила! – беззлобно парировал Логанд. – Что, Линд Ворлад, неужто сапоги принёс?

– Я… – Линд вновь глупо замялся, хотя всю дорогу сюда готовил себя к тому, чтобы говорить с Логандом максимально независимо. – Я куплю, обязательно.

– Таких не купишь! – несколько театрально отмахнулся Логанд. – С меня только за замену подошвы мастер запросил полтора стравина!

Лейтенант явно завирал – Линд знал, что за такую цену в Тавере можно купить несколько пар отличных сапог. Однако спорить он не стал, чтобы не выставить себя в ещё более глупом свете. Эти люди явно за словом в карман не лезли, и пока что лучшей стратегией казалось просто стоять и молчать, надеясь сойти если и не за умного, так хоть за не слишком глупого.

– Ладно, – видя затруднение Линда, рассмеялся Логанд. – Говори, зачем пришёл?

– Я хочу поступить в городскую стражу, – неожиданно для самого себя выпалил Линд.

– А как же карьера военного? – хитро усмехнулся Логанд. – Не задалась, что ли?

– Вы были правы, – выдохнув, быстро заговорил Линд. – В городской страже я принесу больше пользы.

– Но мы здесь не белоручки, парень, – встрял тот самый Кот, на встречу с которым спешил накануне Логанд. – Не то, что твои вояки-легионеры. Охранять улицы Кидуи – это тебе не штаны в дозорной башенке просиживать. Сам видел, с какими экземплярами дело приходится иметь.

– Да те трое были швалью, – небрежно отмахнулся лейтенант. – Кабы на улицах орудовали одни такие, пожалуй, и стража была бы ни к чему!

– У нас на севере тоже случаются заварушки, – пытаясь говорить с равнодушным презрением, ответил Линд. – Когда келлийцы приплывают.

– Это точно!.. – фыркнул Кот. – Да келлийца сейчас от палатийца и не отличишь! Осталась кучка разбойников где-то, да они и носа не кажут на материк! Сам-то видал хоть раз живого островитянина-то?

– Не видал, – вынужден был признать Линд. – Смирные-то заплывали в Тавер, конечно, торговать, а вот про буйных давно не слышно ничего.

– То-то и оно! – наставительно поднял палец Кот.

– А скажи-ка, Линд Ворлад, – прищурившись, поинтересовался Логанд. – Пошёл бы ты к нам простым стражником?

– Я бы пошёл… – сглотнув, ответил Линд. – Но отец… Он будет в бешенстве…

– Так ты, стало быть, сразу в офицеры нацелился? – присвистнул Кот.

– Имеет право! – тон Логанда был, вроде бы, вполне серьёзен, но отчего-то Линд сразу понял, что тот насмехается. – Видишь ли, наш Линд Ворлад таких голубых кровей, что аж жуть!

– Ого! – издевательски присвистнул Кот. – Так это что ж, парни, у нас тут теперь собственный барин завёлся?

– Ну пока ещё не завёлся, – возразил Логанд. – Ну что, Линд Ворлад, если не передумал – пойдём со мной к начальству, замолвлю за тебя словечко. Пожалуй, сержантом-то тебя примут, коли нос не станешь воротить.

– А может и лейтенантом возьмут! – желая подначить товарища, подмигнул Кот.

– Всё лучше, чем тебя-дурака! – беззлобно огрызнулся в ответ Логанд. – Ну так что, малец, согласишься быть сержантом? Должность поганая, вон и Кот-дуралей тебе подтвердит. Но зато и не рядовой, так что папаша твой, пожалуй, как-нибудь это переживёт. А через пару-тройку лет, глядишь, и в лейтенанты выбьешься с твоей-то родословной.

– Соглашусь, – тут же кивнул Линд.

– Ну, тогда пошли. Дай только в порядок себя приведу. Ежели я в таком виде перед капитаном предстану – мне полгода увольнительных не видать!

Вскоре Линд уже поспевал за широко шагающим Логандом. По счастью, идти далеко не пришлось – они добрались, по-видимому, до штаба городской стражи, или чего-то в этом роде. Само собеседование оказалось коротким и довольно унизительным – в основном, говорил Логанд, будто бы Линд и впрямь был ещё малышом.

Всё вышло так, как и предсказывал лейтенант – узнав о родовитости соискателя, капитан без лишних разговоров согласился навесить на Линда сержантские нашивки, заручившись обещаниями Логанда взять юношу под своё крыло. Всё завершилось быстро и буднично словами капитана: «Добро пожаловать в городскую стражу, сынок». Впрочем, по его равнодушному виду Линд понимал, что он забудет об этом эпизоде уже через четверть часа.

Что ж, несмотря на то что он ожидал большей торжественности и значимости момента, юноша всё же был рад. Теперь он был сержантом городской стражи! Его распирало от гордости, даже несмотря на мимолётную мысль о том, что отец, пожалуй, не слишком-то обрадуется этому известию.

Глава 8. Шервард

Что сталось с этими проклятущими кабанами? То ли пищи поубавилось в лесах, то ли волки гоняют их целыми днями просто ради забавы? Почему они все как на подбор такие тощие? Даже матёрые звери попадаются теперь со впалыми боками, а уж на этого полугодовалого поросёнка, которого он подстрелил, и вовсе больно глядеть. Мяса – на один укус. Его семье этого хватит едва ли на неделю.

Шервард сын-Стокьян осторожно вырезал стрелу, стараясь не повредить наконечник. Здесь вам не материк, где хорошие стрелы, похоже, растут прямо на деревьях, а железа столько, что из него можно делать какие угодно безделицы! Здесь, на островах, с металлом приходится обходиться куда бережливее. Стрелы с металлическим наконечником он использовал только на крупного зверя, когда нельзя было иначе. На мелкую дичь вполне подойдут каменные и костяные.

Увы, проклятый кабан обломал древко, но это неважно – дерева вокруг в достатке. Главное – цел наконечник. Удивительно – этот малохольный поросёнок пробегал довольно долго, покуда наконец не истёк кровью, хотя казалось, что такого тощего можно сшибить с ног одним выстрелом.

Некоторые охотники предпочитали разделывать добычу прямо в лесу, чтобы не тащить на себе ненужные отходы. Конечно, будь кабан покрупнее, так же поступил бы и Шервард, но сейчас времени на это не было. Скоро стемнеет – он слишком много времени потратил на поиски, да потом ещё пришлось гоняться за подранком, покуда тот наконец не издох. Поэтому, крякнув, Шервард закинул кабанчика себе на плечи, не слишком-то заботясь о том, что его кровь может испачкать одежду.

До деревни он добрался аккурат до самой темноты. Это была обычная прибрежная деревушка под названием Скьёвальд – два десятка домов, небольшие поля, рыбацкий причал. Вопреки тому, что думали об островитянах жители большой земли, не все здесь рождались воинами и проводили жизнь в набегах.

Вот и обитатели Скьёвальда занимались самыми миролюбивыми делами. Старший брат Шерварда, к примеру, был рыбаком, а отец мастерил мазанки – корзины из ивовых прутьев, которые затем обмазывали глиной и сушили на солнце. Жена Шерварда помогала в этом отцу, а младшая сестра с золовкой ухаживали за небольшим клочком земли, пытаясь выжать из него побольше зерна и овощей за недолгое северное лето.

Сам Шервард, главным образом, занимался продажей мазанок, отвозя их в Реввиал – большое село (хотя сами островитяне называли его городом) неподалёку. Ну а в свободное время промышлял и охотой, чтобы разнообразить их небогатый стол.

Жизнь келлийцев была трудной и не особенно радостной. Здесь всё нужно было отбирать у природы силой, и ничто не доставалось просто так. Холодные воды Серого моря были полны рыбой, но ловля была делом опасным – непредсказуемые ветры, постоянное волнение на море, туманы и другие прелести жизни каждый год собирали свою дань из рыбацких душ. Скудная каменистая почва с трудом годилась для земледелия и требовала столько внимания, сколько не нужно было и самой высокомерной кокетке. В лесах водилась дичь, но, на взгляд Шерварда, её становилось всё меньше, да и зверь нынче был какой-то тощий, словно постоянно недоедал.

Впрочем, Баркхатти был велик, и другие охотники говорили, что дичь почему-то уходит к северу, где было меньше поселений. Якобы, там попадались жирные кабаны и олени, а ещё там было много пушного зверя, до которого были так охочи жители материка. Но Шервард даже и не думал переселяться туда – он не мог бросить отца. Тробб, старший брат, был неплохим рыбаком, но любил пригубить браги, и потому не был надёжной опорой для старика.

Кроме того, северная часть Баркхатти, поговаривают, являлась студёной преисподней. Скалистый остров был похож на показавшуюся из воды рыбью спину – с востока на запад его пересекал горный хребет, который якобы защищал южную часть от ветров, дувших с севера, отчего здесь было относительно тепло. По ту строну острова же, как говорили, даже летом люди ходили в меховой одежде.