Александр Федоренко – На звездных крыльях Времени. Обратный отсчет (страница 32)

Евгению удалось настроить рацию, и он орет:

— Джигиты вы где? Меня тут уже ведут…

— Кацо крутани что-нибудь — мы уже близко.

— Удерживай их, чтобы не разлетелись — это Семен.

— Кто кого удерживает — буркнул Жека — прямо как в анекдоте. "Я поймал медведя. Так тащи его сюда. Так он меня не пускает". Ладно, рискнем…

И Евгений, намеренно сбросил скорость, устраивая сваливание, и ввел самолет в управляемый штопор. "Лавочкин" потрухивало, скорость падала все больше, вращаясь по малой спирали, он несся к земле. Немцы повторять маневр не рискнули, но постарались сбить ускользающую добычу. И Жека начал выводить свой носитель, из падения-вращения, которое могло стать и не контролируемым.

Ему это удалось, и он искусно и стремительно маневрируя, помня, что промедление смерти подобно, решил показать настоящий мастер-класс. Клонено многие фигуры высшего пилотажа, появившиеся в конце двадцатого века, на этом самолете было не выполнить, но… Но бой на горизонтали, хоть и имел для него больше преимуществ, не был рассчитан против четверки асов. И он начал выписывать в небе, все возможные фигуры, и их комбинации.

Немецкие летчики, собрались было вновь, попробовать заполучить такой трофей, и попытались его догнать и зажать, он не давал им это сделать, да еще и огрызался короткими пушечными очередями. И асы совсем увлеклись, чего и требовалось добиться. И не прошло и пары минут, они сами стали дичью. И получился своеобразный поединок — пара на пару. А Евгений предпочел, уйти вверх, так сказать на потолочную высоту, и оттуда начинать атаку.

Его товарищи, были бывалыми летчиками, выполнявшими задания практически всегда такие, где численные перевес противника, имел место. А сейчас бой получился на равных, и тут мастерство и опыт, были на первом месте. И привыкшим легко побеждать фашистским летчикам, пришлось несладко. И Жека решил только корректировать бой, огнем направляя немцев в невыгодные положения. И дело отчасти было сделано, некоторых асов проучили, но их аэродром по-прежнему был не выявлен. Оставалось надеяться, что один из немецких пилотов, выбросившийся с парашютом, будет схвачен советскими солдатами.

— "Полосатый" идем домой — передал Семен — горючее заканчивается.

— Понял.

Жека заложил вираж, и пристроился к звену, они развернулись, чтобы лететь к себе. Полет обратно был рядовым, и был ничем ни примечателен. Вернулись, сели, вылезли, и, обсуждая этапы боя, отправились на КП. Радостно доложили.

— Молодцы. — Выслушав доклад — похвалил комполка. — Объявляю благодарность.

Жека чуть помедлил — так и не привык, что именно орать в ответ: Служу трудовому народу или Советскому Союзу? Оказалось второе, и он подхватил вместе с товарищами.

— На сегодня все — продолжил Подорожный — можете отдыхать. Идите, подкрепитесь.

По уставу, но немного разболтано, отдали честь, сказали — есть, и потопали.

— Как бы я хотел сейчас стаканчик, прохладного, домашнего вина — мечтательно проговорил Реваз.

— А я кувшин айрана — протянул Георгий, с травами, из подвала…

— Тю на вас — усмехнулся Матвей — мне бы и кумыса хватило, без всяких трав, лишь бы прохладного.

— Говорят, верблюжий еще и пьянит — заметил Семен — вот то было бы вещь.

— Градус есть много в чем — усмехнулся Жека — только выпить нужно бочку. Я бы пивка выпил, но и квас сойдет. У нас… — Он осекся — в жару много чего пьют…

— У вас это где? — Спросил проходивший мимо капитан Нечаев, который как подозревал Жека, и подкинул идею с наживкой.

— В Советском Союзе — выкрутился Жека — в Азии — зеленый чай и кумыс, на этой стороне — квас, компот, настои и воду. Все из погребков.

Они дошли до навеса, где повара, чем-то кормили припоздавших к обеду летчиков. На обед по причине еще не особо налаженной кухни, был простой суп с клецками, или учитывая местонахождения — с галушками. На второе картофельные клубни с зажаркой, и котлетой. Запили персиковым компотом с коржиками, и отправились омыться и освежиться. И побриться тоже — утром может быть срочный вылет.

В жару ни заниматься спортом, ни вообще делать какие-либо усилия не хотелось, да и только поев, больше тянуло прилечь. И Жека окончательно убедившись, что назад дороги нет, принялся вспоминать путь полка описанный в книге своего боевого товарища, и вообще знаменательные события, вплоть до весны сорок пятого года. Вот только использовать свои знания, он мог лишь в малом — здесь в полку. Ни подняться до штаба дивизии, ни еще выше, ему не светило. А значит, и повлиять на ход войны он не мог. Да и чтобы повлиять, нужно было стать не менее чем маршалом, или войти в верхушку Ставки.

— Так что тяни Жека лямку, почти рядового летчика — подумал он — и надейся что дотянешь…

Вечер, все еще короткая ночь, и получите дубль два. Не успели все, толком изучить район, привыкнуть к ориентирам — тринадцатого августа, войска Степного фронта прорвали фашистский оборону в нескольких километрах от Харькова. Сразу возникла необходимость в новых разведданных. Но на этот раз добыть их должны не летчики полка.

Требуется прикрыть действия разведчика "ПЕ-2" из авиасоединения генерала Полбина. Экипажу разведчик, поставлена боевая задача: — во-первых, сфотографировать отход противника в районе Харькова, во-вторых, подход вражеских резервов к линии фронта из района Полтавы. Работенка не из легких. Так что выделен, один из лучших экипажей. Да и у летчиков полка уже накопился немалый опыт по сопровождению, но одиночные самолеты, они еще не прикрывали.

На подготовку времени нет, встретить "Пешку" предстоит в воздухе. И вести "Петлякова" будет третья эскадрилья. Но Евгений полетит вместе с ними, вместо одного из летчиков, и не на своем самолете — таков приказ. Что-то там планируют в будущем командиры, и он должен понять манеру вести бой ее комэска. Для каких-то совместных заданий в смешанной группе. Жеке это на руку — в последнее время он как затычка всех прорех.

Все уже в кабинах, ждут сигнала, и вот над аэродромом проносится "Пе-2". Взлет. Выстраивание в боевой порядок, и вперед. Жека летит ведомым у Павла Брызгалова, хоть опыта у него и больше, такова стратегия. Помимо всего прочего, Евгений должен приноровиться к Ла-5, чтобы уже в ближайшем будущем, не вырываться вперед, не отрываться от группы, и не унижать комэска, своими выкрутасами.

Они следовали задаваемым разведчиком курсом. Высота полета три тысячи пятьсот метров. Под крылом кучевые облака. Облачность где-то три-четыре балла. Жеке порой казалось, что они летят над ледяными торосами, над которыми светит яркое солнце, и нет больше ничего. Разведчик летит впереди, а шестерка "Лавочкиных" позади, огибают его подковой. Опасности не видно, все спокойно.

Но вот и он — Прорыв. Теперь нужно углубиться во вражеское расположение, километров на двадцать.

— Производим круговой поиск — раздается в наушниках.

Стараясь ничего не выпускать из вида, Жека осмотрелся. Они над немецким аэродромом. Внизу заметны клубы пыли — вероятно, взлетают истребители.

— Усилить осмотрительность! — Раздается предупреждение.

Жека покрутил головой — они залетели еще глубже, и к ним, с набором высоты приближаются "мессеры".

— Когда они успели набрать высоту? — Изумился Евгений, и сообщил товарищам: — Сзади ниже нас — "худые"! Более десятка!

"Мессеры" приближаются. Силы явно неравные.

— Приготовиться к бою! — Раздается хладнокровный голос Ивана. — Четверке Брызгалова — атакой сверху связать боем "худых".

Это касается и Жеки, и он должен не просто вступить в бой, и атаковать, но и прикрывать ведущего. Бежит время, летят секунды, и они устремляются к истребителям противника, а пара комэска неотступно следует за разведчиком. Всем понятно — противник в первую очередь постарается сбить именно его.

Сработали на опережение — внезапная атака врага сорвана. Но он, очевидно, пойдет на все, лишь бы сбить разведчика. И действительно, один из "мессершмиттов" пытается его атаковать. Но не на тех напали — Кожедуб идет на сближение с фашистским истребителем. Огонь. Длинная очередь и немецкий истребитель поражен.

Дальше Евгений не видит — становится жарко — группа ведет ожесточенный бой, и ему приходится, как в первый раз вертеться ужом. Постоянно маневрировать, отсекать "худых" от его в данном вылете ведущего — Павла Брызгалова. И при удачном положении, стрелять в подставившихся немцев. А разведчик, делая свое дело, все это время, кружит в стороне. Воинский долг обязывает его любой ценой выполнить задание. Но риск велик, положение сложное, Жека слышит как несколько раз, Иван передает "Пешке":

— Немедленно уходи домой!

Эффекта ноль, нет и ответа, хотя радиомолчание они не соблюдают. Видать попался смельчак, как говорится ходящий по грани. Но что удивляться — каков командир, таковы и летчики.

Кожедуб уже возбужденно орет:

— Немедленно уходи, немедленно уходи!!!

Наконец раздается, немного приглушено:

— Еще минуту!

— Рисковые парни — подумал Жека — иди, пойми — то ли это безрассудная храбрость, то ли бахвальство?

Жека старательно изучал построение боя комэском третьей эскадрильи, его действии, и действия его подчиненных. Пытался предугадать уловки врага, и реакцию на них. У него уже есть опыт в ведении сложных групповых воздушных боев, но не в составе другой эскадрилии, и не с недавно принявшим ее комэском. Но, тем не менее, их шестерка слаженно и четко, отбивала атаки наседающих "мессеров", защищая, и разведчика и друг друга.