Александр Фадеев – Мануловы путешествия (страница 67)

– Там же вроде бы только снаряды и порох хранились? – ошарашено спросил я, – Ну и ящики какие-то… на том складе, где все началось. Не помню там никакого угля…

– Это был единственный склад с боеприпасами, – улыбнулся Раскун. – Для кораблей охраны порта. Вся остальные хранилища под завязку были забиты первосортным углем. Уже брикетированным и подготовленным к погрузке. Можно сказать, вы в одиночку остановили вторжение! Ну не остановили, а отложили на неопределенный срок, – поправился глава тайной полиции.

– У меня два вопроса, – встряла Настя. – Почему на неопределенный, и в чем причина такой спешки с восстановлением запасов угля? Потратили бы еще полгода, не торопясь, заполнили бы склады, а то реквизируют у частников, вычищают госрезерв. Куда, кстати, возят – в порту же мы все сожгли? – с последними словами лоториня хихикнула.

– Отвечаю по порядку, – весело ответил Раскун. – Первое: пленный не знает новой даты начала вторжения – это государственная тайна; второе: Вилянга старается максимально быстро собрать необходимый запас угля и отправить корабли в море, потому что войска десанта сорваны со своих постоянных мест дислокации и живут в палатках под открытым небом – это плохо влияет на дисциплину и создает проблемы со снабжением; третье: на территории порта построено открытое хранилище, туда и сгружают. Последнее, кстати, еще один веский повод торопиться с вторжением – через два месяца, по словам пленного, начинается сезон дождей. Вы удовлетворены ответами?

– Не совсем, – буркнул я. – Мы просили захватить кого-нибудь из интендантской службы, а они нам жандарма притащили. Не отрицаю, теперь известна причина отсрочки, но время начала операции так и осталось загадкой. Тыловик мог бы много нам поведать о системе снабжения, аналитики сделали бы какие-нибудь полезные выводы, а сейчас… эх, – горестно махнул лапой и набрал воздуха, чтобы дальше занудно разглагольствовать, но Раскун меня опередил:

– Извините, Сергей, но мы изменили задание разведчикам без вашего ведома, – самодовольно (мол, и сами с усами!) сказал глава тайной полиции. – Гаругх рассказал нам о структуре армии Вилянги, и выяснилось, что охрана порта входит в состав тыловой службы, так что захваченный офицер занимает высокий пост в системе снабжения. Инспекция караульной службы лишь одна из его многочисленных функций. Основная же задача – обслуживание центрального углехранилища. Вот поэтому он хорошо осведомлен о проблемах с топливом для кораблей.

– То есть у вас в руках офицер, владеющий информацией о состоянии запасов угля и график движения грузовиков? – на всякий случай уточнил я, чтобы ответная плюха стала весомей.

– Да, – осторожно ответил Раскун, почувствовавший в моих словах какой-то подвох.

Настя сидела вне поля моего зрения, но спинным мозгом чувствовал ее улыбку и уверенно продолжил:

– Аналитики уже ознакомились с результатами допроса? Какие выводы? – Отрезал все пути к отступлению для собеседника.

– Ознакомились. Я же вам все рассказал, – удивился хозяин кабинета, – вы чего-то не поняли? – добавил он участливо.

– Сейчас получишь "не поняли"! – прошипел внутренний голос.

– Вот смотрите, господин Раскун, – тоном учителя, объясняющего недалекому ученику элементарные вещи, – у нас есть определенный объем угля, который необходимо собрать в одном месте для заправки кораблей. Еще мы знаем количество грузовиков, прибывающих с ним ежедневно в порт, и грузоподъемность каждого из них. Дальше простая арифметическая задачка: объем хранилища равен массе груза в одной машине умножить на количество машин в день и умножить на требуемые для его заполнения этого дни. Из этой формулы нам неизвестно только время, необходимое для всей операции по загрузке углехранилища. Думаю, будет несложно рассчитать количество дней, а? – И подмигнул Раскуну.

Тот сначала удивленно вскинул брови, потом хлопнул себя по лбу и покраснел – задачка-то, действительно, элементарная! Все параметры известны – подели размеры склада на количество машин в день и получишь искомое! Подсчеты, конечно грубые – плюс-минус крокодил, но с погрешностью в пару дней вполне можно определить время, отпущенное нам на подготовку.

– Здорово мы его уели! – развеселился внутренний голос.

Следователи получили задание повторно допросить "языка" с целью уточнения данных. В этот раз решили обойтись одним Гаругхом – он уже доказал свою лояльность. Аналитики обещали в течение часа обработать информацию, а мы с Настей отправились порадовать Ролану полученной отсрочкой.

Уже выходя из министерства внутренних дел, девушка тихо сказала:

– Неплохо получилось. Хоть мысль и лежала на поверхности, но они до нее сами не дошли.

Я гордо задрал нос и напустил важный вид:

– А то! Манул Ее Величества – это не только красивый мех, но и аналитический ум!

– Добавь патологическую скромность, – рассмеялась лоториня. Помолчала и добавила с хитринкой в голосе. – Результаты расчетов будут через час, а хочешь, я прямо сейчас назову крайний срок вторжения?

– Ну?

– Через два месяца!

– Почему ты так решила? – страшно удивился я.

– По твоему методу мы получим примерную дату с небольшими отклонениями, но в рассказе вилянгца есть прямое указание на дедлайн операции погрузки топлива.

– На что?

– Извини, – смутилась Настя, – дурацкая привычка в дизайнерской конторе, где я работаю – злоупотреблять жаргонными словечками. Дедлайн – смертельная черта по-английски, ну крайний срок исполнения чего-либо. У нас так говорили о стремительно приближающейся сдаче проекта.

– А, понятно. Ну, так и что там с дедлайном по углю?

– Два месяца!

– Почему… а, стоп – это же где-то мелькало в рассказе Раскуна: "Два месяца… открытое хранилище… сезон дождей!" Настя! – вскричал я. – Так уголь же намокнет! Плевать на армию под открытым небом – корабли вторжения снова останутся без топлива, если они упустят момент! Представляешь?

– Да что ты говоришь?! – сделала большие глаза ехидная лоториня, – а мне и голову это не пришло!

– Да е-мое! – выругался внутренний голос. – Она нас прикалывает! Мы тоже хороши – смеялись над Раскуном, а сами-то! Еще задачку вслух решали…

Пришлось серьезно посмотреть на девушку. Та кокетливо похлопала ресничками и мило улыбнулась.

– Прикалываешь, – утвердительно сказал я.

– Конечно, – бесхитростно ответила Настя. – У тебя был такой гордый вид, когда ткнул носом Самого Хитрого Чекиста в элементарные расчеты, что не могла отказать себе в удовольствии почувствовать тоже самое.

– Ну и ладно, – буркнул я. – Ты посчитала крайний срок, а по моей методике рассчитают точную дату.

– Именно с этого и начала, если ты прослушал, – улыбнулась девушка. – Еще раз повторить?

Ничего не оставалось делать, как махнуть лапой и побрести в сторону дворца.

– Сергей! – окликнула меня Настя.

– Да? – хмуро обернулся я.

– Может, дождемся окончания расчетов? Аналитики обещали через час – как раз перекусим и отдохнем. Все равно же Ролана с Ресеем потребуют конкретные цифры. Придется либо возвращаться, либо связываться по колдовскому радио…

Так мы и сделали.

Надо было видеть лицо (мордочку?) Насти, когда к нам в кабинет Раскуна принесли результаты расчетов. Кстати, и лицо хозяина кабинета тоже порадовало своим выражением в тот момент, когда мы вернулись обратно. Он-то рассчитывал первым узнать заветную дату, а здесь пришлось делиться радостью с Манулом и его спутницей. Так вот на бумаге аналитиков красовалась однозначная запись: "Два месяца". Лоториня честно боролась с ухмылкой, но получалось плохо…

В результате мне осталось непонятным только одно – почему противник сложил, так сказать, все яйца в одну корзину? Неужели нельзя рассредоточить запасы угля по разным точкам и одновременно загружать несколько флотилий? Конечно, при отсутствии нормальных средств связи тяжело координировать действия сотен кораблей в разных портах на побережье, но вот так нелепо – один пожар и нет топлива для вторжения… мягко говоря, нелепо!

Два знаменательных события – разгром агентурной сети Вилянги и отсрочка вторжения дали мощный толчок подготовке Империи к грядущей войне. Ролана выступила на заседании Широкого круга с грандиозной речью о предстоящем испытании для страны. Текст ее выступления напечатали газеты, афиши с краткими тезисами доклада украсили площади и базары всех городов – Норэлтир всколыхнулся. Теперь не осталось причин скрывать усилия по созданию мощного оборонительно рубежа на южном побережье. Оружейные фабрики получили официальные заказы на производство пулеметов и подводных мин – конструкторы наконец-то справились с пресловутыми взрывателями.

Традорн предложил временно отойти от принципов формирования армии на контрактной основе и возобновить призыв. Ведущие промышленники и землевладельцы выступили с инициативой частично отложить расчеты с ними за военные поставки до окончания войны, мотивируя это тем, что им, как истинным патриотам, негоже напрягать имперскую казну в такое тяжелое время – деньги требовались на армию и флот. На самом деле все было гораздо проще: Ресей собрал их и популярно объяснил, что если они не помогут родной Империи сейчас, то после вторжения лишатся всего и будут работать на Вилянгу простыми рабочими и крестьянами. И это в лучшем случае! Местные олигархи прониклись и быстренько подписали документ об отказе от немедленных выплат. Пилюлю подсластили – обещали рассчитаться с процентами после войны. Вроде как Империя берет товары и услуги в кредит.