Александр Фадеев – Мануловы путешествия (страница 30)
Настала моя очередь сильно удивиться – что-то мы с собеседником перестали понимать друг друга.
Предпринял еще одну попытку прояснить ситуацию:
– Ты сказал: "Президент-дрын". Что ты имел ввиду? Дрын – это дубинка такая. Кстати, а почему "президент"? В мое время он был министром.
– Удачный момент спросить о том, сколько времени прошло с тех пор, как мы исчезли – подсказал внутренний голос. – Раз уже памятники стоят, то не меньше полгода прошло.
– Не у него, – ответил я, – все-таки, он пока подследственный. Потом у "манулят" спрошу ненавязчиво.
Все это время собеседник молча смотрел на меня, шевеля губами. Потом медленно, тщательно подбирая слова, ответил:
– Мне не совсем понятно, в каких целях господин Манул задает столь странные вопросы… Но, как вам, безусловно, известно, что господин Раскун является президентом независимого государства, которое называется Демократическая республика Норэлтир. Буквально в прошлом месяце они праздновали уже пятый ежегодный День Демократии, – после этих слов он вопросительно посмотрел на меня, – поэтому я и сказал "президент-дрын".
– Президент ДРН! – беззвучно завопил внутренний голос. – Он сказал: "Президент ДРН", – затем ядовито добавил, – а все заметили в его ответе мягкий намек на наши невысокие умственные способности?
– Пятый ежегодный праздник…- медленно повторил я про себя, – здесь прошло целых пять лет… Раскун – президент независимого государства… Сомневаюсь, что сегодня способен удивиться еще больше.
– Судя по всему, нам с ними скоро воевать, – добавил Дадкор.
Оказалось, что способен!
Настя толкнула меня в бок и шепнула в ухо: "Удачно вилянгцы время для вторжения выбрали".
Ни убавить, ни прибавить – самый умный и изворотливый из бывших соратников во главе враждебного государства, а к нашим берегам в скором времени оправится гигантская армия вторжения. Да еще, оказывается, пять лет прошло со времени моего первого визита в Норэлтир. Задача из труднейшей превратилась в неразрешимую. Войну на два фронта Империи не потянуть при любом раскладе. Да ладно бы нам противостоял Совет Народного Спасения – его я способен переиграть с закрытыми глазами, а вот Раскун… матерый контрразведчик, интриган, аналитик. Как все неправильно и не вовремя!
Так, хватит разбираться с пешками – мне надо в столицу к императрице. Только там я смогу оценить картину в целом. Мало ли что тут лепечет провинциальный офицер полиции. Может все не так плохо.
– Конечно, все не так плохо, – бодро заверил меня внутренний голос, – все гораздо хуже! – и зловеще хохотнул.
Все может быть…
Пора здесь закругляться и выдвигаться в столицу – все ответы там.
– Так, – я сделал знак часовому, – этого отдельно от остальных под охраной в любой свободный кабинет. Лейтенанта Марсдера ко мне!
Через минуту вбежал командир роты "манулят".
– Вызывали, господин Манул?
– Как быстро мы сможем выступить?
– Пленных забираем с собой или как? – спросил офицер.
Чувствуется, что военный, а не из полиции – тот сказал бы "арестованных".
– Да, берем с собой офицеров и сержантов. Рядовых в камеры. Здесь оставить один взвод под командой толкового сержанта – нельзя же оставлять город совсем уж без полиции. И ускоренным маршем в столицу. Младшего лейтенанта, что я сейчас допрашивал, содержать отдельно от остальных – он нужен мне живым.
– Через пятнадцать минут будем готовы, господин Манул. Разрешите исполнять?
– Действуйте!
Лейтенант козырнул и стремительно двинулся к выходу.
– Стойте! – крикнул я вслед. – А что вы подразумевали под словами "или как"?
– Не понял? – обернулся Марсдер.
– Вы сказали: "Пленных забираем или как?"
– А, понятно. Забираем или здесь расстрелять? Ваш крутой нрав в войсках до сих пор помнят! – улыбнулся лейтенант.
– Прекрасную память в сердцах людей оставил легендарный манул, – пафосным тоном продекламировал внутренний голос.
Боковым зрением я увидел огромные глаза Насти. Повернулся к ней, состроил заискивающую улыбку, с самым зверским выражением морды (интересная игра слов) посмотрел на лейтенанта и зловеще прошипел:
– Это когда я приказывал пленных расстреливать?
Марсдер побледнел, сообразив, что глупость сморозил – хотел польстить первому командиру батальона, а вышло некрасиво. Можно было подумать, что Манул – кровожадный мясник, не гнушающийся использовать самый грязные методы ведения войны.
– Так говорите же, – поторопил я смущенного лейтенанта, – что обо мне помнят солдаты Империи? Какие события прошлых военных лет дают вам право утверждать, что офицер нашей армии способен расстрелять военнопленных?
Ротный опустил голову и молчал, не находя слов в свое оправдание.
– Не спорю, – продолжил я, – дисциплина и беспрекословное подчинение являются, с моей точки зрения, безусловной необходимостью в армии, но причем здесь бесчеловечные действия?
– Виноват, – вскинул голову Марсдер. – Глупость сказал.
– Если мы потом и расстреляем арестованных полицейских, то только после скрупулезного расследования и официального суда. Все, лейтенант, свободны. И впредь думайте, что и кому вы говорите.
Командир роты "манулят" виновато козырнул и пулей выскочил из кабинета. Я повернулся к лоторине. Девушка старательно делала вид, что рассматривает пейзаж за окном. К вороху недомолвок и тайн о моем первом путешествии добавилось еще чуть-чуть.
– Настя, – негромко позвал я девушку, – поговори со мной.
– О чем? – ровно спросила она. – О том, что твое первое путешествие было столь увлекательным, что с завидным постоянством я узнаю о нем все новые и новые факты? Пока размышляла, почему ты, скромный путешественник между мирами, оказался командиром элитного батальона, оказалось, что твоя популярность гораздо шире! Ты – фигура армейского масштаба! Прошло пять лет, но все войска помнят какого-то там комбата. – Последние слова девушка произнесла с иронией.
– Кстати, – продолжила Настя, – поздравляю! Твой успех впечатляет – командир крутого имперского спецназа! Мне же удалось дослужиться лишь до звания "экспонат имперского зоопарка Вилянги".
Ирония последних слов превратилась в едкую щелочь и разлилась в моей душе.
– Да расскажи ты ей все! – в сердцах воскликнул внутренний голос. – Изображаешь из себя скромного серого программиста, а девушка в растерянности!
Действительно, чего меня так заклинило на контрасте между моей настоящей жизнью и приключениями в Норэлтире? Уже самому непонятно. Дурацкое упрямство – вот сказал, что позже все расскажу и точка!
– А "позже" когда наступит? – поинтересовался невидимый собеседник. – В столице или на ее окраинах?
– Да тьфу на тебя! И так тошно. Марсдер этот еще со своими подхалимскими намеками на мой крутой нрав. Чего уж там сурового было? Даже пленных после взрыва и пожара во дворце не стал расстреливать.
– Не успел потому что.
– Ну да…
Вот и поговорил сам с собой. Да какие сейчас объяснения и длинные разговоры – в столицу нам надо! По дороге постараюсь найти слова, попытаюсь сформулировать так, чтобы это не выглядело слишком хвастливо, но и без излишней скромности. Эдакий отчет: случайный путник в лесу – глава партии – Манул Ее Величества.
– Давно бы так, – проворчал внутренний голос.
Рота "манулят", как и обещал ее командир, за пятнадцать минут подготовилась к свершению марша. Арестованных погрузили в конфискованные в этом же участке повозки, оставили один взвод для поддержания порядка в городе и выступили.
Проблема объяснений с Настей разрешилась сама собой – девушка демонстративно избегала моего общества и игнорировала все попытки завязать беседу. Вот и чудесно! Не очень-то и хотелось! И вовсе я не расстроен, привычка у меня такая – рявкать налево и направо. А Марсдер сам виноват – нечего было лезть ко мне с дурацкими вопросами!
Кому я вру? Даже внутренний голос насуплено молчал, обидевшись на едкое замечание об его умственных способностях. Он только и сказал напоследок, что мозги-то у нас одни на двоих…
К обеду следующего дня ничего не изменилось: Настя дулась, Марсдер держался в отдалении от нашей повозки (мы с лоториней путешествовали с комфортом в карете для задержанных), погода стояла прекрасная. Моя хандра постепенно сошла на нет, испарившись под натиском любопытства. Пришлось окликнуть лейтенанта "манулят" и принести извинения за вчерашний совершенно беспочвенный разнос. Полученные в ходе допроса связиста сведения были проанализированы и выстроились в стройную картину мира. Требовалось уточнить кое-какие детали. При зрелом размышлении я предположил, что после моего исчезновения Традорн с Раскуном все-таки решились двинуть войска на республику. Под натиском нашей победоносной армии режим СНС пал, и границы Империи простерлись от моря и до моря. Неясен момент спасения императрицы (кстати, а Кэтина, Ресей, дети, Эрпа?). Далее следует сцена раздела страны между Раскуном и Роланой. Непонятно только, зачем она это сделала, а вот устремления старого чекиста мне вполне ясны. О своих планах по захвату власти он рассказывал Традорну еще во время той памятной встречи, когда бедному манулу пришлось прыгать из окна второго этажа. Кстати, а где и чем занимается наш Главком? Почему он остался в стороне от дележки? Или на этом континенте уже три независимых государства? Финал всех империй одинаков – верные вассалы лидера после его смерти становятся правителями суверенных государств. Примеров тому множество: государство Александра Македонского, империя Карла Великого, Киевская Русь, да что далеко ходить – падение СССР привело к образованию сразу полутора десятков самостоятельных государств. Очевидно, образование нашей Империи послужило толчком к развалу республики Совета Народного Спасения. Не удивлюсь, если каждая из бывших областей стала отдельной страной, а Раскун, благодаря своей хитрости и коварству, стал во главе крупнейшей из них. Вот только как это допустила Ролана? Неужели Ресей не предостерег ее от столь губительного шага, как раздел государства? А жив ли он сам?