Александр Эрот – Сборник эротических рассказов (страница 3)

"Я не думал ни о чём другом", – признался он.

Она улыбнулась – медленно, как кошка, потягивающаяся на солнце. "И что ты решил?"

"Что я хочу продолжения".

Слова вырвались сами, без обдумывания, и он почувствовал облегчение, сказав их вслух.

Анна встала, подошла к окну. Свет, пробивающийся сквозь жалюзи, рисовал на её лице и шее полосатый узор. "Это опасно, Алексей. Ты понимаешь?"

"Да".

"Максим – твой лучший друг".

"Я знаю".

"И всё равно?"

"И всё равно".

Она повернулась к нему. Её глаза в полумраке казались почти чёрными. "Тогда давай установим правила. Никогда, слышишь, никогда, когда Максим дома. Никаких намёков, никаких взглядов. Мы встречаемся только тогда, когда он далеко. И если ты когда-нибудь почувствуешь, что не можешь продолжать – скажи мне. Без объяснений, без оправданий. Просто скажи".

"Я согласен", – сказал он, хотя в глубине души знал, что никогда не скажет "стоп". Не теперь, когда попробовал её вкус.

Она подошла к нему, взяла его лицо в ладони. "Ты уверен? Последний шанс отступить".

Вместо ответа он поцеловал её. Нежно сначала, затем со всей страстью, которая копилась в нём эти долгие часы ожидания. Она ответила тем же, её руки обвились вокруг его шеи, тело прижалось к его.

"Хорошо", – прошептала она, отрываясь от его губ. "Тогда начнём".

Она взяла его за руку и повела не в гостиную, а в свою спальню. Комната была залита мягким светом, пахло её духами и свежим бельём. Большая кровать с белоснежным покрывалом занимала центр комнаты.

Алексей замер на пороге, внезапно охваченный сомнениями. Он был неопытен. У него было несколько неуверенных попыток с девушками из школы, но это… Это было другое. Это была женщина, которая знала, чего хочет, и знала, как этого добиться.

"Боишься?" – спросила она, стоя перед кроватью.

"Немного".

"Не бойся", – она подошла к нему, начала расстёгивать его рубашку. Каждая кнопка открывалась под её пальцами с лёгким щелчком. "Я научу тебя. Я покажу тебе всё".

Рубашка упала на пол. Её руки скользнули по его груди, животу, спине. Её прикосновения были изучающими, но не холодно-клиническими. Она словно читала его тело, как книгу, запоминая каждую главу.

"Ты прекрасен", – прошептала она. "Такая юность. Такая сила".

Она сняла с себя сарафан одним плавным движением. Под ним не было ничего. Ничего, кроме её кожи, загорелой до золотистого оттенка, и нескольких родинок, разбросанных, как созвездия.

Алексей задохнулся. Он видел её почти обнажённой вчера, но это… Это было иное. Она стояла перед ним во всей своей наготе, не стыдясь, не прикрываясь. Красивая женская фигура, и приятный аромат ввёл его в ступор.

"Подойди", – сказала она.

Он подошёл, и она начала расстёгивать его джинсы. На этот раз без прерываний. Молния пошла вниз, ткань упала на пол. Он стоял перед ней полностью обнажённый, чувствуя, как стыд борется с гордостью в его груди.

Её руки обняли его, притянули к себе. Кожа к коже, тепло к теплу. Алексей почувствовал, как всё его существо вздрагивает от этого контакта. Её грудь прижалась к его груди, бёдра к бёдрам.

"Ляг", – прошептала она, направляя его к кровати.

Он лёг, и она последовала за ним, оказавшись сверху. Её волосы рассыпались по его лицу, пахнущие шампунем и чем-то ещё, сугубо её. Она начала целовать его – сначала губы, затем шею, грудь. Её губы были тёплыми, влажными, её язык оставлял влажные следы на его коже. Он застонал.

"Тише", – улыбнулась она, глядя на него снизу вверх. "Соседи услышат".

Она отпустила его, поднялась, чтобы поцеловать его в губы. "Не сейчас. Не так быстро".

Мгновение сопротивления, затем погружение. Тепло, теснота, совершенство. Алексей зажмурился, пытаясь удержать это ощущение в памяти навсегда.

"Двигайся", – прошептала она, и её голос звучал хрипло от наслаждения.

Он начал двигаться, сначала неуверенно, затем, следуя её ритму, увереннее. Она двигалась вместе с ним, её бёдра встречали его толчки, её руки впились в его плечи.

Это было не так, как в его фантазиях. Это было лучше. Глубже. Настоящее. Каждый толчок открывал новые ощущения, каждый стон, который она издавала, заставлял его двигаться сильнее, глубже.

Он чувствовал, как нарастает волна, чувствовал, как её тело сжимается вокруг него. Она закричала – тихо, сдавленно, – и её ногти впились в его кожу. Это стало последней каплей. Он, крича её имя, чувствовал, как мир взрывается в миллионе искр.

Они лежали, дыша в унисон, её голова на его груди.

"Ну что?" – спросила она наконец. "Как твоё первое настоящее?"

"Невероятно", – выдохнул он. "Я не знал, что так может быть".

Она подняла голову, посмотрела на него. "Это только начало, Алексей. Только начало".

Следующие недели стали для Алексея временем открытий. Они встречались, когда Максим был на тренировках, у друзей, на дополнительных занятиях. Каждая встреча была уроком – уроком любви, уроком тела, уроком женщины.

Анна была терпеливым, но требовательным учителем. Она показывала ему, как касаться, как целовать, как читать язык тела. Она открывала ему мир ощущений, о котором он и не подозревал.

"Здесь", – говорила она, направляя его руку. "Медленнее. Нежнее. Чувствуешь, как я реагирую?"

Он чувствовал. Чувствовал, как её тело отвечает на его прикосновения, как её дыхание учащается, как кожа покрывается мурашками. Он учился читать её, как она читала его.

И не только тело. Они говорили. Долгие разговоры после любви, лежа в постели, её голова на его груди. Она рассказывала о своей жизни – о ранней беременности, о сложных отношениях с отцом Максима, о том, как она строила карьеру, будучи молодой матерью.

"Я была не готова", – призналась она как-то вечером. "Мне было девятнадцать. Я только поступила в институт. И вдруг – ребёнок. Я думала, что жизнь кончена".

"А сейчас?"

"Сейчас я понимаю, что это было началом. Началом меня – настоящей. Не той девочки, которой я была, а женщины, которой я стала".

Алексей слушал, и с каждым словом он понимал её всё лучше. Она была не просто соблазнительной женщиной, не просто матерью его друга. Она была сложной, многогранной личностью, со своими страхами, мечтами, сомнениями.

И он сам менялся. Уверенность, которую он обретал в её постели, перетекала в повседневную жизнь. Он стал спокойнее, увереннее в себе. Друзья замечали, девушки в школе стали смотреть на него иначе.

Но для него существовала только она. Только её губы, её руки, её тело. Только те часы, когда они могли быть вместе, не боясь быть обнаруженными.

Однажды днём, когда Максим должен был быть на занятиях до вечера, Алексей пришёл к Анне. Она встретила его на кухне, где готовила обед.

"Он ушёл всего час назад", – сказала она, целуя его. "У нас целый день".

"Целый день", – повторил он, обнимая её за талию.

Они завтракали, смеясь, обмениваясь поцелуями между глотками кофе. Потом перебрались в гостиную, где смотрели фильм, её голова у него на плече, его рука на её бёдрах.

"Знаешь, что я хочу?" – прошептала она на ухо, когда на экране началась любовная сцена.

"Что?"

"Я хочу тебя. Здесь. Сейчас".

Она повернулась к нему, начала расстёгивать его джинсы. Алексей замер, слушая. Квартира была тихой, но за стеной слышались звуки – лифт, шаги на лестнице.

"Анна, может, в спальню…"

"Нет", – она улыбнулась, и в её глазах вспыхнул озорной огонёк. "Здесь. На полу. Пока есть возможность".

Она стянула с него джинсы, затем сняла своё платье. Под ним не было белья. Она уже была готова.

"Встань", – попросила она, поднимаясь.

Он встал, и она прижала его к стене. Её губы нашли его, её руки обвились вокруг его шеи.

Он обнял её, прислонив её к стене. Анна застонала, её руки впились в его спину.