Александр Эрот – Искушение замужней красавицы (страница 2)
«Я.… не модель», – наконец выдохнула она.
«Все мы модели в той или иной степени», – мягко ответил он. «Просто некоторые еще не посмотрели в нужное зеркало».
Лифт в подземный гараж был тесным и зеркальным. Анна стояла рядом с Алексеем, ощущая его присутствие как физическую силу. Воздух между ними казался плотным, заряженным.
«Вы не боитесь, что такая выставка вызовет скандал?» – спросила она, глядя на свое отражение в зеркальной стене.
«Искусство, которое никого не тревожит, – не искусство, а декор». Он повернулся к ней. «Страх – это признак того, что ты касаешься чего-то важного. Чего-то настоящего».
Лифт остановился. Дверь не открывалась.
«Опять эта система», – вздохнул Алексей, нажимая кнопку. Ничего.
Тишина. Только их дыхание и тихое гудение механизмов где-то в глубине шахты.
Анна почувствовала легкую панику. Тесное пространство. Зеркала со всех сторон. Бесконечные отражения ее и его.
«Не волнуйтесь», – сказал он спокойно. «Через пять минут придет охрана».
Она кивнула, пытаясь дышать глубже. В зеркале она видела их двоих – стоящих так близко, что почти касающихся друг друга. Его плечо было в нескольких сантиметрах от ее плеча. Если бы она сделала шаг…
«Вы красивы, когда волнуетесь», – сказал он вдруг. Не как комплимент, а как констатацию факта.
Анна обернулась. Их глаза встретились в зеркале. И в этот момент он поднял руку и.… остановился. Не касаясь. Его пальцы замерли в воздухе, в сантиметре от ее щеки.
«Можно?» – тихо спросил он.
Она кивнула, не в силах вымолвить слово.
Его пальцы коснулись ее кожи. Легко, почти невесомо. Как перышко. Как первый луч солнца на рассвете. Он провел по линии скулы, затем опустился к уголку губ.
«Здесь», – прошептал он, – «живет твоя улыбка. Настоящая. Та, что ты прячешь».
Анна закрыла глаза. Его прикосновение было теплым. Не сексуальным в обычном смысле. Скорее… познающим. Как будто он читал ее кожу, как книгу.
«А здесь», – его пальцы скользнули к виску, – «живут твои мысли. Быстрые, как птицы».
Она открыла глаза. В зеркале она видела себя – женщину с полузакрытыми глазами, поддающуюся прикосновению незнакомца. И это не было постыдным. Это было… естественным.
Лифт дернулся. Двери открылись.
Алексей убрал руку. «Простите. Я переступил границы».
«Нет», – сказала Анна, и ее собственный голос показался ей чужим. «Вы… не переступили».
Он улыбнулся. «До свидания, Анна. Подумайте о выставке».
И он вышел, оставив ее одну в зеркальном ящике, с кожей, все еще помнящей его прикосновение.
Квартира была пуста и тиха. Максим звонил из Цюриха – короткий разговор о переводах и встречах. Анна ответила односложно, глядя в окно на ночной город.
После душа она стояла перед зеркалом в ванной. Пар оседал на стекле, делая ее отражение размытым, нечетким. Как будто она была призраком самой себя.
Она провела пальцами по тому месту, где касался Алексей. Кожа все еще помнила. Тело помнило.
В постели она лежала без сна, глядя в потолок. В голове крутились образы: его глаза, его рука в воздухе, его слова о зеркалах и границах.
И тогда она позволила себе то, чего не позволяла годами. Фантазию.
Она представила, что он здесь. Что его руки скользят по ее плечам, снимая шелковый халат. Что его губы касаются того места на шее, где бьется пульс. Что он говорит ей: «Покажи мне. Покажи мне ту, что прячешь».
В темноте ее руки сами нашли свое тело. Не как инструмент для удовольствия, а как карту для исследования. Она касалась себя медленно, внимательно, как он касался ее в лифте. Открывая давно забытые континенты чувствительности.
Ее дыхание участилось. Тело, которое годами было просто оболочкой, оживало. Клетка за клеткой, нерв за нервом.
Она представила его голос: «Да. Вот так. Не бойся».
И она не боялась. Впервые за долгое время.
Оргазм пришел не как взрыв, а как волна – медленная, глубокая, омывающая все берега ее существа. Она лежала, дрожа, чувствуя, как что-то внутри нее раскалывается и собирается заново. Как лед на реке весной.
Утро принесло с собой обычный ритуал: кофе, новости, проверка почты. Но что-то изменилось. Свет за окном казался ярче. Кофе – ароматнее. Собственное отражение в тостере – менее чужим.
На работе она получила письмо. От Алексея.
«Дорогая Анна,
Вчерашняя встреча заставила меня задуматься. Не о выставке – о вас. Есть люди, которые носят свои маски так долго, что забывают, где заканчивается грим и начинается лицо.
Я не прошу вас быть моделью. Я предлагаю вам возможность посмотреть в зеркало, которое покажет то, что скрыто даже от вас самих.
Если решитесь – приходите в галерею в пятницу в семь. Если нет – я пойму.
С уважением, Алексей»
Анна перечитала письмо три раза. Затем открыла календарь. Пятница. Через три дня.
Она посмотрела на свое отражение в экране монитора. Женщина в деловом костюме, с аккуратной прической и серьезным выражением лица.
«Кто ты?» – прошептала она.
И впервые за многие годы у нее не было готового ответа.
Вечером она зашла в маленькую церковь недалеко от работы. Не чтобы молиться – просто чтобы побыть в тишине. Свечи мерцали в полумраке, наполняя воздух запахом воска и времени.
Анна села на скамью в заднем ряду и закрыла глаза. Внутри нее боролись два голоса.
Первый – голос разума: «Ты с ума сошла. У тебя есть муж, карьера, репутация. Этот человек – незнакомец. Его выставка – риск. Остановись, пока не поздно».
Второй – голос, который она почти забыла: «А что, если поздно уже давно? Что, если ты уже много лет живешь жизнью, которая тебе не принадлежит? Что, если этот незнакомец – не искуситель, а.… проводник?»
Она открыла глаза и увидела икону Богородицы. Лик был печальным и мудрым одновременно. Как будто он знал все ее тайны и все же не осуждал.
«Что мне делать?» – мысленно спросила она.
Ответа не было. Только тишина и мерцание свечей.
Но когда она вышла на улицу, холодный осенний воздух ударил ей в лицо, и она почувствовала… ожидание. Не страх. Ожидание.
Она достала телефон и открыла календарь. Пятница. 19:00. Галерея «Хронос».
Ее палец завис над кнопкой удаления. Секунда. Две.
Она закрыла приложение и положила телефон в сумку.
Решение было принято. Не разумом. Чем-то более глубоким. Чем-то, что только начинало просыпаться.
Ночью ей снова приснился сон.
Она стоит в бесконечной галерее. На стенах – не картины, а зеркала. В каждом зеркале – она, но разная. Девочка с косичками. Подросток с первыми поцелуями. Невеста в белом платье. Женщина в деловом костюме.
И в конце зала – пустая рама. Зеркала нет. Только темнота.
Из темноты выходит Алексей. Он берет ее за руку и подводит к пустой раме.
«Посмотри», – говорит он.
Она смотрит. И видит… ничего. Только тьму.