Александр Ермаков – Отметчик и разносчица (страница 59)
- Атаковали с тыльной стороны, пытались пробиться к чёрному ходу, - солдат показал рукой направление атаки.
- Ну, и как – пробились?
- Никак нет.
- А где начальник караула Вонзилла?
- Он погиб. Говорят, его задушили.
- Как? Не может быть, - Плеширей потёр холодный лоб. – Где он?
Боец подвёл коменданта к трупу начкара. Холодного великана никак не могли положить на носилки.
- Как всё произошло? – Плеширей смотрел в лицо мертвецу. Синяк на всю щёку и заплывший глаз изменили внешность преданного гиганта.
- Не могу знать, защищал черный ход.
- Так, пошёл вон. Где начальник следственной группы?
Перед комендантом вырос офицер в черном камуфляже и представился:
- Инспектор Хрящ!
- Кто это были?
- Трудно сказать. Почерк сепаратистов. Убитых унесли с собой.
- Кто задушил Вонзиллу? Это чья кровь? – Плеширей ткнул пальцем в большую тёмную лужу.
- Солдаты с первого этажа говорят, что это были невидимые призраки. Кровь вайвайская. Судя по всему здесь отметились партизаны в украденных накануне напальчниках-невидимках.
- Так-так. Похоже на это, - комендант проводил взглядом носилки с мёртвым Вонзиллой, - Ну, и что им здесь было нужно? Узнали?
- Да. Во время боя на первом этаже сработал грузовой лифт. Кабина поднялась на тридцатый этаж и через пять минут вернулась обратно.
- Почему не заблокировали?
- Допуск был только у начальника караула.
- Что у нас на тридцатом?
- Ничего особенного – складские помещения, солдатские раздевалки и туалеты.
- И на какой фиг им понадобился тридцатый этаж?
- Следы ведут к туалету и обратно к лифту. Собака с трудом взяла след, слишком много посторонних запахов.
- Ты хочешь сказать, что весь этот ночной балаган только ради того, чтобы сходить на горшок на тридцатом этаже молмутского генштаба? Что за туфту ты мне сейчас толкаешь, инспектор? – глаза Плеширея налились кровью.
- Я только озвучил факты. Выводы еще делать рано.
- Смотри, чтобы не стало слишком поздно. А, может, партизаны решили устроить «селфи»? С тридцатого этажа открывается хороший вид на ночной мегаполис, - Плеширей брызнул сарказмом и страшно засмеялся. – Значит, пришли, постреляли, задушили Вонзиллу, покакали, нашкодили и исчезли. Инспектор, я тебе лично кулаками ноздри порву, если не узнаете истинную причину визита этих земляных червей, зачем приходили безносые выродки.
Комендант больно хлопнул офицера по плечу, подставил следователю к носу кулак и направился на парковку.
4
Президент Галактики Парадигма в рабочем кабинете наблюдал на экране монитора, как отряд крылатого спецназа готовится к выходу в эоновое пространство тонкого плана. В шлюзовой камере ангелы похлопывали прозрачными крыльями, молча поправляли снаряжение и амуницию, посматривая на себя в отражение огромных круглых ворот, отполированных не хуже самого идеального зеркала.
Наконец командир взвода показал рукой в камеру наблюдения знак «все в порядке». Пицкразоц нажал на кнопку, и ворота всех входов, ведущие в другие измерения, бесшумно разъехались. Неведомая лучезарная сила поглотила отряд и увлекла за собой. Площадка опустела. Президент снова нажал на кнопку, и ворота быстро закрылись. Рабочие будни подходили к концу.
Пицкразоц взял со стола донесение и, откинувшись на спинку кресла, прочитал:
«Зорлиц – Пицкразоцу. Совершенно секретно. Во избежание провала всей операции прошу помощи. Необходимо задействовать тонкий план и подключить Знавериста. Во избежание утечки информации пусть возьмёт под контроль спиритический сеанс с участием Марка. Да будет свет!»
Президент подбросил шифровку, и бланк моментально исчез. Пицкразоц закрыл глаза и сосредоточился. Вдруг из головы выскочил комочек эктоплазмы размером с небольшое яблоко. Парообразный шарик духовной материи завис над столом и превратился в фигуру человека с головой филина. Интеллект совершенного многослойного разума президента породил духа.
Пицкразоц открыл глаза и обратился к приведению:
- Знаверист, надо поработать. Ты знаешь, что делать. Поставь Фарисея в угол и помоги землянину, только не напугай до смерти. Я открою ворота.
***
Марк, заломив руки на затылке, лежал на кровати и смотрел по телевизору вечернюю новостную программу «Медиа-пеленг». Настенные часы методично отсчитывали секунды, убивая частную жизнь невидимым ядом объективности.
До ночного визита к старшей жене коменданта оставалось полчаса, и дамский угодник ворошил земную память, вспоминая поэзию знаменитых классиков.
На экране ведущая программы, смазливая лысая молмутка с идеально отполированными маленькими рожками в серой деловой блузке, вещала новости с разных планет, полученные в результате радио и видео перехвата из бескрайних глубин эфирного океана Вселенной.
Вдруг землянин покрылся холодной испариной и напряг слух. Марк почувствовал, как на голове зашевелились волосы, а сердце забилось в два раза сильнее. На экране девушка монотонно информировала, часто заглядывая в текст:
- Земные новости. Зельдину исполнилось 500 лет! Биологи всех стран празднуют триумф. На каких препаратах еще скрипят суставы этого старожила, остаётся загадкой. В честь юбиляра концерн «Робонаса» выпустил партию новейших роботов-пастухов для пастбищ Сибири. Зельдроиды, такое имя им дали создатели, способны контролировать стада КРС до двадцати тысяч голов, оббегая периметр пастбища в десять гектаров со скоростью 300 км/ч за считанные секунды, фиксируя и устраняя нарушения, - ведущая перевернула лист и продолжила. - Там чудеса, там кот учёный! Сбылось пророчество великого классика. Дело Куклачева живёт и процветает. В Старосибирске открыт кошачий ВУЗ. Красную ленточку перерезал директор института лактационных исследований, корифей партии «Грация и вискас», декан факультета «правильной релаксации» Котстантин Эдуардович Матроскин. Другие новости.
«Не может быть! – подумал землянин. – Когда я улетал в командировку, Зельдину исполнилось триста лет. Неужели на Земле без меня прошло два века? – Марк испугался. – Как такое возможно? А как же моя семья – жена и дети? Неужели их больше нет? Что происходит? А вдруг меня затянуло во временное болото, где года как трясина? Или выбросило на обочину с эскалатора времени? Я отказываюсь в это поверить». Землянин посмотрел на часы и вскочил как ошпаренный. На сборы оставалось пять минут.
Ровно в ноль часов Марк робко постучал в дверь комнаты старшей жены коменданта и на всякий случай перекрестился.
- Открыто! Заходи, дружок, я тебя жду, - послышался прокуренный хриплый голос старухи. Дамский угодник застегнул ворот рубашки, пригладил ладонью шевелюру и переступил порог апартаментов, где царил антураж библиофила.
В комнате с книжными полками стоял полумрак, пахло канцелярскими товарами и табачным дымом. Лодрия сидела в кресле под торшером и что-то читала. Старуха захлопнула книгу и, покрывшись паутиной тонких морщин, приветливо улыбнулась гостю:
- Здравствуй, мой юный друг. Присаживайся. Почитаем с тобой немного, восхитимся поэзией молмутских пиитов.
Марк опустился в кресло напротив и замер.
- Вот, послушай, - хозяйка открыла книгу и прочитала. – Кто найдёт сурепицу, тот по склепу мечется, рвёт одежду и орёт. Знаю я, где прячется, в цвет какой окрасится и какую смерть несёт. Ну, как?
- Живенько. А что такое сурепица?
- Могильная сурепица – это злокачественный корнеплод, произрастает на могилах ведьм и колдунов. Жуткая вещь. А, вот, еще. В парке под луной слышен страшный вой. Снова упырей манит кровь людей. Заблестят клыки, щёлкнут языки. Кровяной экстаз – это просто класс! Кровь, чужую кровь, пьют вампиры вновь. В парке под луной льётся кровь рекой. Что скажешь?
- Определенно захватывающие строчки. А про любовь что-нибудь есть?
- Да, есть. Вот, - Лодрия перевернула несколько страниц и начала читать. – Я люблю, когда меня хоронят. Хорошо всегда смотрюсь в гробу. Близкие мои слезу уронят и закусят нижнюю губу. Я зависну неуёмным духом над могилой, над людской толпой. Я прозрачна и полегче пуха, растворюсь в клоаке городской. Кем последний раз была? Актрисой. В этот раз врачом хочу я стать, в кабинете под больничной крышей очень неразборчиво писать. Постучусь я к доктору в умишко и скажу: «Пустите на постой». Разум человека, словно книжка с многослойной площадью жилой.
- Очень хорошо. Оригинально, - Марк тихонько захлопал в ладоши, а сам подумал: «Она ненормальная». – Только любви маловато. Можно я тоже?
- Конечно. Я с удовольствием окунусь в духовный мир незнакомой поэзии, - старуха подпёрла щёку указательным пальцем и закрыла глаза.
Марк с чувством озвучил свои заготовки и затих в ожидании реакции. Лодрия открыла глаза и, глядя сквозь стены в неведомые дали, прошептала:
- Истинная любовь приходит, когда умирает привязанность. Всё остальное – страх ограниченности перед потерей квантовой пары, после того, как был брошен вызов смерти делением собственной клетки.
Марк ничего не понял, но восхищенно заявил:
- Как точно сказано, - и всё же рискнул спросить. – А деление клетки, это, в смысле, потомство?
- Правильно. Только порождая себе подобных и приумножая жизнь, мы способны бороться со смертью. Но это не совсем так. Вернее, совсем не так. Тонкий план тому подтверждение.