Александр Ермаков – Отметчик и разносчица (страница 37)
- Я согласна, - она с любовью посмотрела на землянина.
- Что, прямо так? Ты хоть посмотри, на каких условиях, - потребовал генерал.
- Я согласна на любых условиях, - Сукла не переставала смотреть Марку в глаза.
- Значит, сработаемся, - начальник сложил приказ и спрятал в карман. – Иди ко мне, детка.
Девушка быстро перебралась генералу на колени. Они поцеловались.
- Тебе идёт генеральский мундир, - увлечённая поцелуем, шепнула Сукла.
- Какой мундир? Никогда не любил военную форму. Я кранолётчик шестого разряда, - девушка отпрянула и удивлённо округлила глаза. Марк был в потёртых джинсах и белой рубахе. – Давай я прокачу тебя на кранолёте, - он подошёл к окну. – Посмотри.
Сукла встала рядом и обняла любимого мужчину за талию. Она увидела над крышей небоскрёба висящий в воздухе странный объект с телескопической стрелой как у автокрана и с крыльями как у самолёта:
- С удовольствием. А Тузик не обидится, что его забыли взять?
- Он уже там, - Марк открыл двери балкона и махнул рукой. Кранолёт плавно опустился и завис в воздухе. – Прошу.
Сукла увидела в кабине сына. Малыш довольно улыбался и держался за рычаги:
- Ого! Когда он успел?
- Сам не знаю. Такое ощущение, что пацан всегда умел это делать, - Марк помог девушке разместиться в кабине. – Ну, давай, пилот, прокати нас немного. Покажи нам простор небес!
- От винта! – крикнул маленький штурман и направил кранолёт в сторону гор.
Сукла вернулась в реальность. Марк еще спал. Мать прислушалась к детскому отсеку. За перегородкой было тихо. Девушка попыталась освободиться из мужских объятий.
- Ты куда? – вдруг буркнул Марк.
- Я думала, что ты спишь. Хочу приготовить завтрак, мой генерал.
- Значит, ты помнишь, что было ночью?
- Конечно, и даже лучше, чем ты думаешь. Я даже помню номер приказа – «двенадцать, триста сорок пять». Правильно?
- Ты умница, детка. Значит, твоё сознание мне снова телепать не придётся. Но, если что, сразу влеплю два наряда вне очереди. Не бойся, пристегивать к креслу, как ты это делала со мной, я не собираюсь. Я добрый. Считай, что в монотеизме тебе крупно повезло, - Марк легонько шлёпнул ладошкой девушку по заднице. – Ладно, давай завтракать. Я тебе помогу.
Сукла улыбнулась в ответ и, взяв одежду, выбралась из палатки.
3
С приходом космической орды на Почемурий сотни бед свалились на головы несчастным вайваям. С захватом родной планеты молмутскими оккупантами на долю мирян выпали великие испытания и невосполнимые лишения, и утраты. Повальный голод, эпидемии, отсутствие водо и теплоснабжения, дискриминация и геноцид, каторжные работы, кислотные ливни и повышенный фон радиации – все эти техногенные и социально-бытовые аномалии косили коренное население, как заточенные «под бритву» серпы спелые колосья пшеницы. Люди бежали из городов и прятались в лесах, рыли землянки и обживали пещеры, лишь бы быть подальше от злой и рогатой нечисти.
Многие искали партизан. Весть о действующем отряде быстро расползлась по округе. Хорошо работало сарафанное радио. Кому не изменили воля и упорство, спустились в катакомбы и, путая следы, нашли народное ополчение и влились в ряды боевой дружины. Прозябать и чахнуть в обществе всё же лучше, чем в одиночестве. В коллективе и умирать не страшно, когда чувствуешь на бледном лице сочувствующие взгляды соратников и слышны слова поддержки братьев по оружию.
Надёжно был спрятан центральный штаб – матрица вайвайского сопротивления и ядро загубленной нации. Чтобы попасть в этот обжитый и по-военному обставленный грот, нужно было пройти несколько постов и на каждом сказать пароль. В штабе был местный узел связи, провода от которого протянулись по всему подземелью. Вместе с детьми, стариками и женщинами отряд насчитывал около пяти тысяч человек, но лишь треть была дееспособна, могла держать в руках оружие и принимать участие в боевых операциях.
Джавдет, командир отряда, и еще двадцать шесть подземных атаманов, в связи с нехваткой убежищ были расквартированы прямо в штабе. Здесь лучшие из лучших борцы за свободу и независимость нации совещались, рисовали карты местности и по очереди крутили динамо-машину, освещая спальный блок с двухъярусными железными кроватями, столовую и оружейную комнату. Только здесь, в штабе, был установлен перископ, надёжно замаскированный на поверхности, через который можно было наблюдать загаженный техническими отходами окрест вайвайской столицы. Непрекращающийся дым из трубы крематория усиливал ненависть к фашистским оккупантам, и пятерня сжималась в кулак возмездия.
***
Атаманы лежали на заправленных кроватях и ждали возвращения командира с сеанса связи. Кто-то дремал, кто-то читал старую газету, а кто-то играл на губной гармошке. Пожилой панк, атаман пёстрого батальона, заломив руки за голову, заметил:
- Что-то Джавдета долго нет. Обычно он в это время уже в штабе. Не случилось ли чего?
- Может пароль забыл, и часовые не пропускают? – пошутил байкер, атаман волчьей стаи.
- Ага, насмешил. Он их сам каждый день придумывает. Если только склероз не разбил нашего передовика, - отозвался дворник, атаман санитаров городского леса.
- Вот-вот, каждый день новый. У Джавдета в голове небось уже такая каша из этих паролей, - улыбнулся горняк, атаман шахтёрской бригады.
- Бросьте вы. Скорее всего на поверхности ностальгирует. Что ему торопиться, что он здесь не видел? Наши небритые рожи? Он уже десять лет ими любуется, - вставил сантехник, атаман ремонтного полка. – Кстати, а какой сегодня пароль? Забыл, представляете?
- Чертей по осени сжигают, а отзыв – взвейтесь кострами вайвайские ночи.
Вдруг над входной железной дверью с крепким засовом раздались громкие раздражающие звуки клаксона. Робот-часовой старой модели с ржавыми шарнирами в коленках со скрипом подошел к двери, посмотрел в «глазок» и спросил:
- Кто?
- Открывай, старый пень! Радость-то какая – командир вернулся!
Все узнали голос Джавдета и весело зашевелились. Атаманы стали живо подниматься и рассаживаться за столом, украшенном картой города. Под зелёным абажуром хватило места всем.
Командир первым делом подошел к кулеру и, нацедив стакан воды, с жадностью выпил. Аудитория внимательно проследила, как исчезает жидкость в полости рта главного партизана.
- Не томи, рассказывай, что высшие силы передают? – бросил водолаз, атаман батальона ихтиандров.
- Махапы не дремлют, всё думают, как нас спасти, - Джавдет подошел к столу и уставился в карту города. – Где у нас улица Копытная?
- Это бывшая улица Фигуристов. Вот, рядом с площадью Верности, - помог дворник, ткнув пальцем в нужный район. – Молмуты переименовали ее в «площадь Рогоносцев».
- Отлично, - командир обвёл бодрым взглядом окружающих. – Инструктор настаивает на силовой операции. Вы что-нибудь слышали про напальчники-невидимки? – Джавдет выждал паузу. – Вот и я тоже нет. Где наш сын полка?
- Швартазавр в спортзале на вечерней тренировке. Прокачивает мышцы, чтоб не атрофировались. У него сегодня – бицепс-трицепс, шесть по шесть, - отозвался ветеринар, начальник отрядного лазарета.
- Протеин принимал? – наставник посмотрел в сторону врача.
- Да, в комплексе с витаминами.
- В этот раз Шварту выпадает ответственная миссия – порвать циклопа. Думаю, он справится. Выступаем ночью. Давайте обсудим детали.
4
Оранжевый час вступил в свои права. Весь окрест был залит апельсиновым соком. Стояла освежающая утренняя прохлада. Где-то в глубине леса слышались крики диких петухов и попугаев. Марк и Сукла с полотенцами и приборами личной гигиены по тропинке шли к водопаду.
- Скажи, - нарушила молчание девушка, - что всё это значит? Я в недоумении.
- Я не могу тебе всё рассказать, - Марк стал спускаться по каменным ступенькам. Он повернулся и протянул руку спутнице. – Но ты должна мне верить. Когда-нибудь ты всё узнаешь. Знай одно – я тебя не брошу, тебя и Тузиана, - Марк взял Суклу за руки и приблизил к себе. – Мы должны помочь освободить Почемурий и обезвредить Плеширея.
У девушки на лице появился испуг:
- Ты думаешь, что говоришь? Спасти планету. Здесь на каждого вайвая по сто молмутских боевиков. И войска продолжают пребывать. Ты знаешь, что здесь будет огромный плацдарм, одна сплошная военная база? Это безумие. Обезвредить Плеширея. Ха-ха-ха! Насмешил. Это полный бред. У него везде свои люди. А служба безопасности, аппаратура слежения, наконец, отцовская опека? Даже сейчас, когда мы с тобой наедине, мне кажется, что он всё слышит. Нет, это плохая затея. Это не реально, - Сукла прижалась к Марку. – Любимый мой, выкинь эту авантюру из головы. Разве тебе плохо со мной? Давай оставим всё, как есть.
- Нет, детка, не оставим. И это не твоя забота, как будет проходить операция. От тебя всего-то требуется самая малость.
- Что? – Сукла подняла голову.
- Украсть у Плеширея брелок, тот самый, которым он тебе номер убрал на лбу.
- Мультипроцессор? – ужаснулась девушка. – Ничего себе пустячок.
- Да. И сделать это надо так, чтобы он ничего не заметил, хотя бы на три часа. За это время мы сможем безвозвратно исчезнуть.
Сукла задумалась. Флюиды уверенности и решимости, исходящие от землянина, успокоили ее девичью душу. В ней проснулся шпионский азарт:
- Мультипроцессор укисракского фаворита – это уже большая игра. А жизнь без риска, как шампанское без газов. Так вроде говорят? Думаю, что можно. Будет трудно, ведь он с брелоком никогда не расстаётся. Придётся включить всё свое шпионское обаяние и интеллект, - Сукла улыбнулась. – Вспомнила твою ночную страшилку. Брелок для Плеширея, как летальное яйцо для колдуна из сказки. Если ты замахнулся на такое, значит, за тобой стоят серьёзные силы, - молмутская разведчица пыталась рассуждать. – Не надо отвечать. Молчи. Я сама попробую догадаться. Скорее всего это махапы. У вайвайских партизан соображалки не хватит, и возможностей нет. Но когда махапы умудрились тебя захомутать? Когда они тебя завербовали? Доктор Передоз вытащил из твоего уха жучок. Ты всё это время был на виду. Ничего не понимаю.