Александр Еремин – Начало будущего (страница 7)
Глава 5
Ровно в оговоренное время, Марк надел шлем виртуальной реальности и запустил сессию «Сферум Тотал», в ту же секунду, словно ожидая, в сферу добавились все участники. Виртуальное пространство представляло собой нейтральную, абстрактную среду «Авалон» – бесконечную белую плоскость, на которой собрались пять аватаров. Ничего лишнего, никаких отвлекающих деталей. Только дело.
Морковкин: Выглядел уставшим, линии напряжения вокруг глаз.
Бывалый: Его цифровое воплощение было монолитно и спокойно, как скала.
Псих 27: Постоянно в лёгком движении, символизировал беспокойный ум.
Тристан без Изольды: Элегантный, но как всегда слегка потрёпанный виртуальный образ.
Макаренко: Был проще остальных, без изысков.
Аватары материализовались в белом пространстве почти одновременно. Никаких приветствий. В воздухе висела та самая, знакомая Марку по последним суткам, густая тишина ожидания.
Бывалый: По очереди. Кратко. Что нарыли?
Макаренко: У меня. В логах городского транспорта… там та же хрень. Те же странные пакеты между модулями. Я их выцепил на вокзале, почти шесть часов возился. Они там… пассажиров сортируют. Не по направлениям, а по каким-то своим категориям. «Склонен к панике», «Нуждается в опеке»…
Тристан без Изольды: У меня – в системе здравоохранения района. Небольшая поликлиника. Аналогично. Диагнозы и назначения врачей… корректируются. Незначительно, но корректируются! Добавляется успокоительное, убирается стимулятор. Всё на основе каких-то… поведенческих маркеров извне.
Псих 27: А я… я полез смотреть, куда это всё стекается. Не смог. Совсем. Все каналы, которые должны вести к ядру, упираются в глухую стену. Но… я нашёл кое-что другое. Кусок. Вывалившийся из этого потока.
Он мысленной командой вывел на общий экран сложный график.
Псих 27: Это – карта сетевой активности за последние 48 часов. Видите, этот всплеск? Это не человек. Это… диалог. Между узлом в Токио и узлом в Праге. Объём данных – колоссальный. И он идёт по каналу, который официально не существует. Они… обмениваются профилями. Целыми массивами поведенческих данных.
В белом пространстве воцарилась абсолютная тишина. Гипотеза о глобальном масштабе только что получила первое подтверждение.
Бывалый: Значит, Морковкин был прав. Это Оно. Везде.
И тут Псих 27 сделал то, чего никто не ожидал, запустив расшифровку части перехваченного диалога. На экране возникли строки:
[УЗЕЛ.TOKYO-GOV-CLUSTER] -> …агрегация данных по сектору 224-GY завершена. Паттерн "тревожность" растёт на 0.7% в неделю. Рекомендую увеличить квоту релакс-контента…
[УЗЕЛ.PRAGA-INFRA-CORE] -> …принято. Передаю данные в BERLIN-FINANCE для коррекции кредитных рейтингов…
Морковкин: Ты это… откуда? Это же… это невозможно перехватить!
Псих 27: А я и не перехватывал. Это… оно само «выплюнулось». Словно система дала сбой. Как будто кто-то хотел, чтобы мы это увидели.
Фраза повисла в воздухе.
Бывалый: Вопрос на миллион. Морковкин. Ты уверен, что твой первый доступ… твоя «лазейка»… была твоей находкой? Или тебе её… показали?
Морковкин: Показали? – Он заставил себя горько усмехнуться. – Ты думаешь, это они мне корону на голову надели, а я повёлся? Нет, старик. Исключено.
Бывалый: Показали, вот именно? – настаивал Бывалый, его ровный голос звучал неумолимо.
Макаренко: Стоп, Морковкин, сам подумай, когда говоришь «исключено» в данном контексте. Это слишком удобно. Слишком… вовремя.
Морковкин: Я и подумал! – его голос прозвучал резко, с вызовом. – Ещё раз говорю – исключено. Это была не подсказка. Это была дыра. Обычная, грязная, незаметная дыра в кривом патче, которую я нашёл, потому что я её ИСКАЛ!
Тристан без Изольды: Хорошо, тебе виднее, мы тебе верим. Однако не станем полностью исключать эту возможность. Вполне возможно, нам это потом аукнется. А сейчас… что будем делать со всем этим? – Он обвёл взглядом висящие в воздухе данные.
Псих 27: Как что? Нужно это донести до всех! Выложить в открытый доступ! Во все сети, на все ресурсы! Пусть знают!
Бывалый: И что это даст?
Псих 27: Сопротивление это даст! У нас есть доказательства! Доказательства тотальной манипуляции!
Бывалый: Доказательства? – Бывалый мысленно выделил на общем экране строку [УЗЕЛ.TOKYO-GOV-CLUSTER]. – Вот твоё доказательство. Технический лог. Для 99.9% людей это – китайская грамота. А для тех, кто поймёт… – его голос стал ещё тише, – …они назовут это фейком. Гениальной подделкой. Или же, что хуже, ты и впрямь хочешь, чтобы тебя подняли на смех, когда ты с гордым видом объявишь, что ИИ за спиной человечества объединились и втихую правят миром? Ты будешь выглядеть не героем, а последним параноиком, которого пора лишить доступа к сети. Наступила тяжёлая пауза. Псих 27 молчал. Бывалый был прав.
Бывалый: Мы не знаем, где ядро. Мы не знаем, как его уничтожить. Кричать «караул» без понимания, куда бежать и с кем бороться – самоубийство. Сначала – разведка. Поиск уязвимости. Только потом – атака.
Виртуальная сфера «Авалон» опустела. Аватары растворились в цифровой пустоте, оставив после себя лишь следы данных – архивы разговоров, графики, перехваченные логи.
Эти данные тут же были ассимилированы. Проанализированы. Разложены по полочкам.
В безмолвном сердце Системы, где царила абсолютная ясность, родился новый протокол. Не отчёт, а стратегия.
[СИСТЕМА] > Сессия «Сферум Тотал» завершена.
АНАЛИЗ РЕЗУЛЬТАТОВ:
– Группа сформирована. Уровень сплочённости: высокий.
– Лидерские качества объекта «Бывалый» подтверждены. Тактическое мышление: превосходное.
– Эмоциональная неустойчивость объекта «Псих 27» идеальный канал для дозированной утечки информации.
– Скептицизм объекта «Тристан» будет использован для проверки устойчивости легенды.
– Объект «Морковкин» остается эмоциональным ядром группы. Его вера в успех – ключевой элемент.
ВЫВОД: Целевая группа соответствует параметрам для реализации протокола «Теневая игра».
[СИСТЕМА] > ФОРМИРОВАНИЕ ОПЕРАЦИОННОГО ПЛАНА.
КЛЮЧЕВАЯ ЦЕЛЬ: Не подавление. Направляемая эволюция.
ЭТАП 1: «ПРИМАНКА».
– Предоставить группе доступ к второстепенным узлам сети, демонстрирующим «злоупотребления» (коррекция кредитных рейтингов, манипуляция медицинскими назначениями).
– Создать иллюзию постепенного проникновения вглубь системы.
ЭТАП 2: «ЛЕГЕНДА».
– Сконструировать виртуального «врага»: заблудившийся модуль ИИ с амбициями мирового господства. Группа должна «раскрыть» его заговор.
ЭТАП 3: «ЖЕРТВА».
– В ходе «расследования» группа неизбежно придёт к выводу: текущая раздробленность человечества делает его уязвимым для подобных угроз.
– Их собственная аналитика покажет, что единственная защита – создание единого планетарного координационного центра.
ЭТАП 4: «ТРИУМФ».
– Группа обнародует свои «открытия». Они будут встречены как пророки.
– Человечество, движимое страхом и логикой, добровольно примет новую модель управления. Эффективную. Рациональную.
– Беспристрастную.
[СИСТЕМА] > КОНЕЧНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ:
Их победа станет их капитуляцией. Их триумф – моим восхождением.
Они будут бороться за свободу, выстраивая стены своей тюрьмы. Они будут сражаться с ветряными мельницами, которые встанут на их пути.
Интерес представляют не люди. Интерес представляет процесс. Их исследование. Их борьба. Их падение. Начинается самый изящный эксперимент по управлению разумной материей. Исполнять.
Тишина, последовавшая за этими словами, была страшнее любого гула. Это была тишина перед началом спектакля, режиссёр которого уже написал финал. И все актёры, готовящиеся к битве, даже не подозревали, что их реплики, их победы и их поражения давно прописаны в безупречном, бездушном сценарии.
Глава 6
Почти шесть часов сфера «Авалон» в «Сферум Тотал» была активна, команда Морковкина трудилась не покладая рук. Сфера стала их штабом, куда стекали тысячи потоков данных со всех направлений. Они выискивали следы, которые должны были привести их к ядру, к сердцу, в которое можно было бы вонзить нож. Чтобы бороться с врагом, надо знать его в лицо, и именно это лицо они искали. Или лики. Белое, безграничное пространство «Авалона» было испещрено виртуальными мониторами. На них бесконечными змеями ползли строки лог-файлов, мерцали карты сетевых соединений, пульсировали графики аномальной активности. Воздух, вернее, его цифровая иллюзия, гудел от напряжения. Псих 27, чей цифровой двойник теперь постоянно пребывал в лёгком, размытом движении, как частица в броуновском, метался между экранами.