Александр Ефремов – Там алеет заря 3 (страница 36)

Но это только одна сторона вопроса. Вторая сторона вопроса - это банки! Ведь все заводы, входившие в синдикат, кто-то финансирует. А финансируют их русские банки с серьёзным иностранным участием. Да что там иностранным? Часто просто иностранные банки под русскими вывесками. Капиталы там в первую очередь иностранные. А мы этим банкам доверяем свои деньги. Получается, что за наши же деньги иностранные банки и заводы создают нам здоровенную головную боль, да еще через продажу изделий из металла опять добираются до наших карманов? А не слишком ли жирно получается для иностранных капиталистов? Не пора ли на этом пути поставить барьер? И куда смотрит правительство? Не пора ли лишить все эти фактически иностранные банки русских денег, которые они тут активно собирают? Раз уж часть крупнейших банков в России являются в первую очередь иностранными и работают не в наших русских интересах, то тогда пусть и деньги на свои операции собирают в основном за границей, а не в России, как это им было позволено правительством Витте. Витте и его команда нас долго убеждали, что иностранные инвестиции для России благо. Они не только убеждали всех в этом, но и всячески потворствовали иностранным капиталами и их владельцам. Те привилегии, кои оказывались иностранному капиталу в недавно закончившийся кризис, русским предпринимателям могли только сниться. А что же до русского капитала в той же металлургии? Значительное количество небольших чугуноплавильных и металлургических заводов и заводиков в кризис просто закрылись и врядли большинство из них возобновит свою деятельность. Им никто не помог, их просто бросили на произвол судьбы. А ведь они производили много разнообразной продукции, потребной русскому хозяйству. Теперь их нишу займет либо импорт либо крупные заводы в первую очередь иностранные. У иностранцев есть все. И легкий доступ к дешевому кредиту, и поддержка властей, как русских, так и иностранных, есть доступ к широкой сбытовой сети. Ничего из этого у небольших наших заводиков и их владельцев просто не было. Зачем, спрашивается, требовалось правительству всячески поддерживать иностранные заводы, образованные такими иностранными гигантами как "Коккериль", за которым стоят крупные французские и бельгийские банки? Зачем поддерживать заводы, которые финансирует крупный французский банк "Сосьете Женераль", если у этих самых банков русское правительство и одалживает сотни миллионов рублей? Впрочем, не обязательно говорить о небольших предприятиях. Крупный металлургический завод Алчевского вместе с прочим хозяйством разве что чудом не был обанкрочен в кризис просто из-за того, что для господина Витте иностранные капиталисты были дороже наших отечественных. Если б за Алчевского не заступился другой крупный русский предприниматель, то завод бы наверняка перешёл в руки иностранцев, а сам Алчевский наверняка бы остался без гроша в кармане также, как ранее были выброшены на обочину жизни такие патриархи русской промышленности как Мальцов или Путилов. Не пора ли наконец правительству повернуться лицом к нуждам именно русской промышленности, а не той которая называется отечественной только по месту расположения и работникам, там работающих ?

Возвращаясь к банкам, которые захватил иностранный капитал, следует ещё раз отметить, что капитал этот действует не в русских интересах, а исключительно в собственных. А в его интересах значится постепенный захват контроля над всей русской промышленностью. Захват идёт тихо и постепенно. Шаг за шагом и без особой огласки. А к чему он приводит, мы только что наблюдали. И хорошо ещё, что временно все разрешалось, хотя наверняка нашим властям пришлось пойти на немалый риск в противостоянии крупным иностранным капиталом. А тот ещё своё последнее слово явно не сказал, так что страну в будущем ждет как минимум серьёзное давление из-за рубежа.

Или взять ту же торговлю. С постройкой Сибирской железной дороги за Урал хлынул европейский торгово-промышленный капитал. И занялся продажей иностранных товаров и скупкой у местных крестьян масла, мяса, яиц и прочей сельскохозяйственной продукции. На том же масле иностранные капиталисты легко делают 100% прибыли за одну операцию. А всего то и нужно, - навязать крестьянинам в кредит собственную дорогую маслобойку и вариант кредитного договора, по которому крестьянин обязан продавать масло исключительно тому, у кого он купил в кредит эту маслобойку. И пока крестьянин не расплатиться по кредиту, он завязан на одну и ту же фирму. Причём расплачиваться ему придётся долго, а фирма ещё и дополнительные услуги не применет навязать. И деваться крестьянину некуда просто потому, что ни один из них не пойдёт в суд, ибо предпочитает не связываться ни с властями, ни с крупными компаниями, которые с местными властями живут всегда дружно. А потому иностранные торгаши скупают масло на Алтае по 8 рублей, а за границей продают по 15-16. Можно ли в этом случае ожидать, что иностранные хапуги добровольно откажутся от такого бизнеса? Явно нет. И зачем нам тогда такие иностранные инвестиции? Для графы отчётности, как все в стране хорошо? А про то, что эти 50 или 100% прибыли могли бы получать не иностранцы, а русские купцы как-то принято умалчивать.

Подводя итог в статье, Александр констатировал, что правительству пора хотя бы на время ограничить поступления этих якобы иностранных инвестиций и конкретно разобраться, что же натворило правительство Витте, допустившее неограниченное вливание иностранных капиталов в страну. И цель всего этого должно состоять в установлении ограничений для иностранцев в одних областях экономики и перенаправление их инвестиций туда, где они действительно нужны, а не туда, куда хочется иностранному капиталу в попытке получения сверхприбылей. То есть иностранные инвестиции должны служить нашей стране, а не безудержному наполнению карманов иностранных хапуг. Ну и как показал недавний печальный опыт, стране необходимо самое передовое антимонопольное законодательство. И другого выхода нет. Вообще нет. Если этого не сделать, очень скоро страна может превратиться в полуколонию типа Китая. И это не гипербола, а вполне вероятное будущее, если не принять экстренных мер в экономике. Причём ещё как-то придётся найти денег не только на экономику, но и на оборону. Ведь будь страна готова к войне, никакая Япония на нас бы не напала.

Написанная статья была отправлена в Москву телеграфом для приглаживания углов профессиональными борзописцами и через три дня вышла сразу в четырех газетах. А после была перепечатана ещё десятком изданий. Даже парой десятков. Сказать, что статья вызвала взрыв в прессе - ничего не сказать. Пресса просто кипела. Призывы к правительству в полном объёме поддержали многие издания совершенно разных политических групп. Те же старообрядцы, контролировавшие немалый кусок прессы. И не только они. Против, да ещё в осторожных выражениях выступили одни только либералы и связанные с иностранным капиталом промышленники. Но их дружно затоптали, обвинив в предательстве национальных интересов. Как потом с юмором писали отдельные газеты, затронутая тема вызвала неоднократные жаркие споры в обществе, иногда переходившие в мордобой и даже пару дуэлей.

Тем временем хунхузы и вероятно японцы активизировались не только в Манчжурии в тылах русской армии. В 11 утра из Тетюхи пришла радиограмма об обстреле японцами на посёлка Рудная пристань. Небольшой крейсер при поддержке двух миноносцев подошел достаточно близко к берегу и начал разрушать артиллерией все подряд - пристань, склады, жилые дома. Собственно из-за особенностей географии бухты Рудной защитить ее можно было только установкой одно-двух батарей как минимум шестидюймовых орудий. И никак иначе. Но государство естественно не пожелало выделять столь крупные средства для обороны заштатного приморского посёлка. Ну подумаешь, в нем перегружают концентраты тетюхинских свинцово-цинковых руд на суда. Да и орудия поменьше никто не предлагал. Ну разве, что снимаемые с кораблей 47мм. Но от них там толку не было никакого. Собственно подобное развитие событий Агренев предполагал ещё давно. Да и то по его мнению японцы несколько подзадержались с ответной местью конкретному лицу. Поэтому посёлок был отстроен по минимуму. Ничего лишнего. Ни лишних жителей, ни рыбоперерабатывающего заводчика, ни прочих вещей. Только деревянная пристань, два десятка домов, несколько неизбежных складов, барак для сезонных рабочих и конечная станция узкоколейки даже без поворотного круга. Притом часть населения была с началом войны переправлена в Тетюху. А в посёлке остались только те, кто по разным причинам не захотел или не мог уехать. Да и вообще по сути пристань прекратила свою работу. Сейчас Тетюхинские рудники и ГОК работали исключительно "на склад" притом в урезанном объёме, поскольку сезонных рабочих из Китая и Кореи в этом году удалось завезли не особо много.

Через час пришло сообщение о попытке обстрела с моря рыбацкого посёлка в бухте Владимира. В этом месте дела пошли иначе. В этой бухте было два посёлка с рыболовецкими судами и рыбоперерабытывающим заводиком. Но бухта в отличии от Рудной была защищена. Пусть всего лишь 47мм морскими орудиями и крупнокалиберными пулеметами в ДОТах, но из-за особенностей бухты этого хватило, чтобы отогнать японский вспомогательный крейсер от берега, насверлив ему в бортах и надстройках немало "лишних" отверстий. А издалека третьеразрядные японские канониры вспомогательного крейсера могли стрелять лишь по площадям, не видя цели и не принося особо никаких неприятностей.