Александр Ефимов – Единица «с обманом» (страница 53)

Согласился — другого выхода не было. Приехали мы к гаражу и видим — точно, окно без стекла.

— Подсаживай! — командую Володьке.

— Только быстрее, — просит он и подставляет мне колено.

Я встал, подтянулся к раме и заглянул в гараж. Прямо под окошком был сбитый из грубых досок длинный стол. На нем лежали разные инструменты и пластмассовая канистра. Неподалеку от стола я увидел старенькую грузовую машину, а за ней, в углу, гору макулатуры.

— Порядок, — сказал я Володьке. — Лезу! Если что, свистнешь, — и нырнул в окошко.

Было страшновато. Правда, полез я сюда за своей тетрадью, но все же со стороны это было похоже на кражу.

Присев в углу возле старых, потрепанных книжек, тетрадей, журналов, подшивок газет, я растерялся. Как тут найти мою бедную тетрадь? Все равно, что искать иголку в стогу сена.

И вспомнились мне слова отца: никогда не спеши, если что-нибудь ищешь. Обдумай сначала, прикинь, где оно может лежать, и тогда найдешь. Так я и сделал, стал прикидывать: Ольга привезла свою пачку тетрадей и книг сегодня утром. Конечно, вниз они не могли попасть, завхоз кинул их наверняка на кучу сверху. Значит, где-то там. Убеждало меня в этом и то, что верхние пачки были еще целы, не рассыпались.

Придя к такому решению, я вскарабкался на бумажную гору и под стук собственного сердца принялся искать.

Не буду описывать, как перебирал я дрожащими руками эти пачки, как рвал их и, не найдя своей тетради, откидывал в сторону. Я даже взмок и то и дело утирал рукавом пот со лба. Но что вы думаете? Минут через двадцать нашел свою тетрадь! И знаете, где? В той самой пачке, на которой сидел. Среди старых тоненьких школьных тетрадей моя толстая общая была единственной.

Не помня себя от радости, я сунул тетрадь за пазуху и вмиг очутился на столе.

— Володька, Володька! — крикнул я негромко. — Нашел!

Володька стоял недалеко, за кустом акации, и сразу же очутился под окном.

— Давай вылезай, я поддержу.

Только когда мы выехали из Желудевки, я облегченно вздохнул. Володька спросил меня:

— Дашь почитать?

— Конечно, — пообещал я. — Но чтоб никому!

ГЛАВА X

О том, какую радостную новость услышали мы в тракторной бригаде. Создание звена «Юных лесоводов»

Нет, я все-таки больше всего люблю осень. И в лесу, и в поле — везде у нее свои краски, своя красота. Осенью в поле воздух особенно чист. Он крепко настоян на запахах пашни, озими, свекольной ботвы, полыни. Дыши — не надышишься. Солнышко пригревает, мягко светит в глаза. Не то что летом! Осенью на него можно смело смотреть.

Приходилось ли вам видеть, как в отдалении на фоне багряно-желтой лесной полосы ползет, будто черный жучок, трактор, распахивая последнюю серую полоску стерни? Шума его мотора издалека не слышно, и он похож на заводную игрушку.

Не охватить взором свекольной плантации, на которой копошатся комбайны. Люди торопятся по хорошей погоде выбрать из земли и вывезти сладкие коренья. Нагруженные машины спешат полевыми дорогами на сахарный завод. Осенью после дождей пыли почти не бывает, если где и поднимется за машиной, то сразу садится, припадая к земле, а не стоит подолгу столбом, как летом.

А посмотрели бы, как работает силосоуборочный комбайн! Самосвалы с нарощенными кузовами едва успевают отвозить силосную массу, а он гудит, срезая высокие стебли кукурузы, и сыплет бело-зеленое крошево из своего длинного хобота. Когда стоишь близко, так сладко пахнет кукурузой, будто где-то рядом разлили мед.

Небо над осенней степью прохладно-синее, и в нем — высоко-высоко, даже в глазах зарябит, пока разглядишь, — клином летят журавли, роняя свое прощальное: куррлы…

Об осенней степи я вспомнил не случайно. Вчера мы с Володькой ездили к моему отцу в тракторную бригаду, насмотрелись этой красоты, и захотелось мне рассказать о ней.

А ездили мы вот зачем.

Воротясь тогда из Желудевки, я накинулся на Ольгу за то, что она сдала в макулатуру мои старые учебники и тетради. Мне ведь тоже надо что-то сдавать! Но отец сказал:

— У нас в бригаде полно старых газет и журналов. Забирай, и будет у тебя макулатуры больше, чем у Ольги.

Тракторная бригада у нас размещается на большом стане над оврагом. В доме две половины: одна — спальня, другая — столовая и комната отдыха. Есть еще баня, гараж, навесы для машин, мастерская. За домом колодец и большой сад — его посадили сами механизаторы. В овраге они сделали пруд и развели рыбу.

Не полевой стан, а райский уголок, как говорит мама, и когда в выходной день отец пропадает там, она сердится:

— Уж лучше бы совсем перебрался туда!

Подъехав, мы увидели, что за домом идет собрание механизаторов. Трактористы, комбайнеры, шоферы разместились кто где: на земле, подогнув под себя ноги, на лавках, вкопанных в землю, под деревьями, привалившись спиной к стволу.

За столом сидели секретарь партийной организации и бригадир тракторной бригады. А председатель колхоза стоял и о чем-то говорил.

— Не везет нам с этой макулатурой, — вздохнул я.

— Ничего, — сказал Володька. — Повезет.

Велосипеды с мешками на багажниках мы поставили за глухой стеной дома, а сами сели на крыльце и стали ждать.

Наконец собрание закончилось.

Из сада вышел председатель в окружении трактористов и комбайнеров. Среди них был и мой отец.

Мы с Володькой поднялись с крыльца. Взрослые поравнялись с нами, и мы поздоровались.

— Здорово, хлопцы! — ответил председатель, крутя на указательном пальце тоненький ремешок с ключом от машины. — Что, в механизаторы пришли записаться? Чьи будете?

За нас ответил отец:

— Этот, длинный, мой, а тот соседский.

— В каком классе?

Я ответил.

— А учитесь как?

— Всяко бывает.

Председатель улыбнулся:

— Молодец, что правду сказал. Но учиться надо, хлопцы, только хорошо. Скоро начнем вам новую школу строить. Всю зиму будем работать, чтоб на следующую осень вы уж в ней учились. Так всем школьникам и передайте.

— И спортзал будет? — вырвалось у меня.

— Все: и спортзал, и лаборатории, и мастерские. Ваша задача одна — хорошо учиться. Ну, бывайте! — кинул он всем и пошел к машине вперевалку, как моряк.

Был он невысок и плотен и еще не стар. За ним двинулись парторг и агроном, они уже все сидели в машине, когда я сказал председателю:

— Иван Петрович, а нам писатели книжки прислали!

Тот оглянулся:

— Знаю, знаю. Вот как построим новую школу, снова пригласим их. И уже не на площадке гостей принимать будем, а в зале.

И подмигнул нам с Володькой.

Машина уже исчезла за садом, а мы все еще смотрели ей вслед и не могли опомниться от радости. Через год у нас будет новая школа! Просторные светлые классы, лаборатории, спортзал, пионерская комната! Представляете, как это здорово! Я даже забыл, зачем мы с Володькой приехали, но отец напомнил:

— Ну, хлопцы, где ваши мешки? Идемте.

В субботу у нас был сбор. На него пришли Антон Антонович с лесником, который отвозил Юрку в больницу, директор школы, учителя и пионервожатая.

Сбор был посвящен созданию звена «Юных лесоводов».

— Вы, пятиклассники, — сказала Нина, — проявили хорошую инициативу и по примеру ребят с Ярославщины создаете у себя звено «Юных лесоводов». Вы беретесь ухаживать за нашим лесом, следить за его состоянием. Это хорошее, доброе начинание. Наш уважаемый Антон Антонович скажет, что и как мы должны делать. А сейчас нужно выбрать звеньевого и его заместителя. Какие будут предложения? — закончила Нина.

На миг в классе стало тихо. Потом заскрипели парты, потянулись руки, раздались голоса:

— Муравский!

— Гануш!

— Мартынюк!

— Панченко!

— Рябоконь!