Александр Дюков – Ликвидация враждебного элемента: Националистический террор и советские репрессии в Восточной Европе (страница 20)
Польскими историками приводятся следующие примеры антипольских акций УПА осени 1943-го — зимы 1944 г., в ходе которых пострадали евреи:
— Малая Паниковица (уезд Броды), Тарнопольское воеводство. Осенью 1943 г. бандеровцы напали на село и совершили резню поляков. Обнаруженных в селе евреев убивали четвертованием, то есть разрубанием на четыре части.
— Дрышков. Осенью 1943 г. бандеровцы убили двоих поляков после обнаружения в их домах спрятанных евреев. Евреев в количестве шести человек также истребили ударами ножей.
Шумяны. В ноябре 1943 г. убито трое поляков, а в декабре того года семеро, и сожжены их хозяйства. Спрятанным в конюшнях и овинах евреям не дали возможности выйти наружу. Сгорело одиннадцать еврейских семей.
Быдло (уезд Рогатин). В ноябре 1943 г. бандеровцы убили ксендза Антони Вербовского, а также учителя Вробла. Обоих обвинили в укрывании евреев, выдачи которых потребовали. Евреи (пять человек), спрятанные в хитром тайнике, выжили.
Язловец (уезд Бучач). В декабре 1943 г. бандеровцы совершили нападение на приход. Во время пыток ксендза Анджея Красицкого пытались заставить его выдать фамилии людей, укрывающих евреев. Другими словами, от священника требовали выдачи тайны исповеди. Ксендз молчал, был схвачен и где-то, в неизвестном месте, убит.
Кудлубиска (гмина Олеско). В ночь со 2 на 3 октября 1943 г. бандеровцы убили одиннадцать человек — в том числе троих еврейских детей.
Руда Бродзка (уезд Броды). Бандеровцы напали на село в августе 1943 г., сосредоточившись главным образом удома приходского священника, кричали: Поп, выдай нам евреев!..» В январе 1944 г. уповцы напали на это село во второй раз, убили двадцать шесть поляков, сожгли семьдесят хозяйств. Вместе с поляками погибла еврейская семья, насчитывающая четырех человек. Барановка (уезд Брежаны). В декабре 1943 г. бандеровцы застрелили поляка, который кормил еврейскую семью, спрятавшуюся в лесу.
Свитажув (уезд Перемышляны). Из опасения перед нападением бандеровцев, которые настойчиво требовали выдачи им евреев, польское население в начале 1944 г. оставило село, перебравшись в Сокал.
Плебановка (уезд Трембовля). Осенью 1943 г. бандеровцы убили одиннадцать поляков, объявив, что они укрывают «врагов христианства и убийц Христа».
Малков (уезд Сокал). Зимой 1943–1944 гг. бандеровцы напали на село, сожгли его и расстреляли убегавших людей. Среди застреленных из пулеметов были евреи, которые также спасались бегством.
— Жабиньце (уезд Копычиньце). Бандеровцы совершили два нападения — в сентябре и декабре 1943 г. — всегда на дома, в которых находились евреи. Количество убитых тогда евреев неизвестно[306].
Разумеется, этот список не является исчерпывающим.
Также имеются сведения о передаче представителями УПА информации о еврейских отрядах немецким оккупационным органам. Так, согласно германским документам, в апреле 1944 г. «офицеры УПА» передали немецкой стороне информацию «о деятельности банд в районе Злочев — Борбрика — Подъясы — они сообщили о еврейской банде в Свирце, о польской банде в Висине и о русской банде в районе Подъясы…»[307].
Таким образом, несмотря на постановления III Чрезвычайного Великого съезда ОУН(Б), уничтожение боевиками УПА евреев осенью 1943-го — зимой 1944 г. продолжалось. Исключение было, разумеется, сделано для «полезных» евреев, использовавшихся УПА.
К осени 1943 г. в подразделениях УПА имелось небольшое количество евреев. В своих воспоминаниях один из лидеров ОУН(Б) Николай Лебедь пишет: «Большинство врачей УПА были евреями, которых УПА спасала от уничтожения гитлеровцами. Врачей-евреев считали равноправными гражданами Украины и командирами украинской армии. Здесь необходимо подчеркнуть, что все они честно исполняли свой тяжкий долг, помогали не только бойцам, но и всему населению, объезжали территории, организовывали полевые больницы и больницы в населенных пунктах. Не покидали боевых рядов в тяжелых ситуациях, также тогда, когда имели возможность перейти к красным. Многие из них погибли воинской смертью в борьбе за те идеалы, за которые боролся весь украинский народ»[308].
Эти слова находят подтверждение в советских документах. 30 октября 1943 г. комиссар действовавшего на Волыни партизанского соединения Бегма сообщил в УШПД: «Националисты в Домбровице мобилизовали всех портных для изготовления теплой одежды на зиму. По последнему распоряжению штаба националисты сейчас принимают к себе всех, кроме поляков. В данное время среди националистов много евреев, особенно врачей»[309]. Аналогичная информация содержится в уже упоминавшихся показания оуновца И. Кутковца (февраль 1944 г.): «В последнее время террор против евреев прекратился. Врачей, сапожников, портных и др. специалистов из лиц еврейской национальности стали мобилизовывать в УПА»[310].
Наличие в УПА евреев-врачей подтверждается не только воспоминаниями украинских националистов и сообщениями советских партизан, но и внутренней документацией повстанческих формирований[311]. Более того — в воспоминаниях членов УПА мы находим упоминания о существовавших под контролем УПА небольших еврейских семейных лагерях[312].
Причины, по которым украинские националисты стали принимать у себя евреев, были сугубо прагматичными и никогда не скрывались руководителями УПА. Волынь была отсталой аграрной областью, большинство населения которой составляли крестьяне. Вплоть до войны около трети населения этой земли были элементарно неграмотными, а ремесленников и врачей имелось крайне мало[313]. Этот-то дефицит необходимых специалистов и заставил командование УПА использовать евреев. «По вопросу привлечения специалистов-евреев в банды УПА было специальное указание руководства, — рассказывал впоследствии на допросе один из украинских националистов. — Оно сводилось к тому, что, хотя немцы и украинские националисты уничтожают евреев, следует сделать исключение для специалистов, которые в целях спасения жизни согласятся служить в УПА, так как банды УПА остро нуждались в таких кадрах».[314]
Следует, впрочем, заметить, что наличие евреев в УПА сильно преувеличивается как оуновскими мемуаристами, так и современными украинскими историками-ревизионистами. Об этом свидетельствует проведенный Иваном Патриляком анализ недавно введенного в научный оборот источника — информационных карточек бойцов военного округа (ВО) «Богун» группы УПА-«Север». Численность формирований ВО «Богун» в конце 1943 г. составляла около 8-10 тысяч человек. В Центральном государственном архиве высших органов власти Украины сохранилось 1445 информационных карточек, что составляет примерно 17–20 % от общего числа бойцов. Подобная выборка позволяет реконструировать адекватный «коллективный портрет» бойца УПА[315]. Согласно этим данным, 98,27 % бойцов были украинцами и лишь 1,73 % представляли другие национальности: русских, узбеков, белорусов и т. д. Евреев среди них не оказалось ни одного[316].
Таким образом, боец УПА — еврей по национальности был скорее казусом; по всей видимости, привлекаемых евреев использовали, не включая в ряды УПА.
Одновременно с явным использованием евреев в УПА проходило их тайное уничтожение. Оно проводилось руками Службы безопасности ОУН. Эта структура занималась уничтожением евреев до принятия постановлений III Великого съезда ОУН(Б) и продолжала заниматься этим после.
В отчете референта Службы безопасности ОУН, захваченном советскими партизанами, исчерпывающе характеризуется реальная политика националистов: «Ранее СБ издала приказ — всех жидов-неспециалистов конспиративно уничтожить, чтобы жиды и даже наши люди не знали, а пускали пропаганду, что ушел к большевикам»[317]. Аналогичная информация содержалась в захваченном партизанами распоряжении референта СБ Жибурты: «Всех жидов-неспециалистов конспиративно уничтожать, распуская слухи про их уход к большевикам»[318].
Таким образом, евреи-неспециалисты тайно уничтожались практически сразу. Специалисты жили дольше, но при приближении Красной Армии их также убивали. Руководством ОУН и УПА тогда был издан целый ряд директив о тайном уничтожении «ненадежных элементов». Об этом говорится в показаниях командира ВО «Турив» группы УПА «Север» Юрия Стельмащука:
Аналогичная информация содержится в протоколе допроса коменданта СБ Млиновского района Ровенской области И. Яворского: «Мне известны следующие, полученные мною от надрайонного руководства СБ и районного коменданта ОУН, директивы и приказы по линии СБ:… 7. Убивать вместе с семьями всех поляков, чехов и евреев. 8. Трупы убитых СБ жертв закапывать или сбрасывать в речку, без посторонних свидетелей».[320]