Александр Дугин – Тайны архивов. Запад – виновник начала Второй мировой войны (страница 83)
Передача этих пограничных округов не разрешает, однако, окончательно вопроса о том, как немцы и чехи должны мирно сожительствовать в будущем. Даже если бы все районы, в которых немцы составляют большинство, были переданы Германии, в Чехословакии оставалось бы значительное количество немцев, а в районах, переданных Германии, было бы некоторое количество чехов. Экономические связи являются столь тесными, что абсолютное отделение является не только нежелательным, но и немыслимым, и я вновь высказываю мое убеждение, что история доказала возможность в мирное время дружественного сожительства двух народов. Я считаю, что в интересах как всех чехов, так и всех немцев надо, чтобы было поощряемо восстановление этих дружественных отношений, и я убежден, что это является действительным желанием среднего чеха и немца. Они одинаково честны, миролюбивы, трудолюбивы и воздержаны. Когда политические трения будут устранены с обеих сторон, я считаю, что они смогут спокойно ужиться.
Поэтому для тех частей территории, где немецкое большинство не является столь значительным, я рекомендую постараться найти базис для местной автономии в границах Чехословацкой Республики на основе «четвертого плана», измененного соответственно новым обстоятельствам, созданным передачей преимущественно немецких районов. Как я уже сказал, всегда есть опасность, что соглашение, достигнутое в принципе, может повести к дальнейшим расхождениям на практике. Но я думаю, что в более мирном будущем этот риск может быть сведен к минимуму.
Это приводит меня к политической стороне проблемы, касающейся вопроса о неприкосновенности и безопасности Чехословацкой Республики, в особенности в отношении ее непосредственных соседей. Я считаю, что здесь проблема заключается в устранении центра острых политических трений из середины Европы. В этих целях необходимо прочно обеспечить, чтобы чехословацкое государство жило в мире со всеми его соседями, и чтобы его политика, внутренняя и внешняя, направлялась к этой цели. Точно так же, как является необходимым для международного положения Швейцарии, чтобы ее политика была вполне нейтральной, аналогичная политика является необходимой для Чехословакии и не только для ее собственного будущего существования, но и для европейского мира.
Для достижения этого я рекомендую:
Чтобы тем партиям и лицам в Чехословакии, которые нарочито поощряли политику, враждебную в отношении соседей Чехословакии, было воспрещено чехословацким правительством продолжать их агитацию, и чтобы, если это необходимо, были предприняты законные мероприятия, чтобы положить конец такой агитации.
Чтобы чехословацкое правительство так изменило свои внешние сношения, чтобы дать гарантии своим соседям в том, что оно ни при каких обстоятельствах не нападет на них и не приступит к каким-либо агрессивным действиям против них, проистекающим из обязательств по отношению к другим государствам.
Чтобы главные державы, действующие в интересах европейского мира, предоставили Чехословакии гарантии помощи в случае неспровоцированной агрессии против нее.
Чтобы между Германией и Чехословакией был заключен торговый договор на основе преференций, если это только окажется выгодным для экономических интересов обеих стран.
Это приводит меня к третьему вопросу, входящему в рамки моего исследования, – именно к экономической проблеме. Эта проблема возникает в связи с бедствиями и безработицей в судето-немецкой области, постоянно существовавшими с 1930 г. и вызванными различными причинами. Она представляет подходящую почву для политического недовольства. Это – проблема, которая существует, но было бы неверным сказать, что судето-немецкий вопрос является целиком или хотя бы в основном экономическим. Если будет иметь место передача территории, эта проблема в основном будет подлежать решению германского правительства.
Если политика, изложенная мною выше, является приемлемой для тех, кто непосредственно заинтересован в теперешней ситуации, то я рекомендовал бы далее: а) чтобы представитель судето-немецкого населения имел постоянное место в чехословацком кабинете; b) чтобы комиссия с нейтральным председателем была назначена для разрешения вопроса о разграничении области, уступаемой Германии, а также спорных вопросов, непосредственно возникающих из выполнения всякого соглашения, которое может быть достигнуто; с) чтобы были организованы международные силы для поддержания порядка в округах, которые должны быть переданы Германии, вплоть до их фактической передачи, с тем чтобы чехословацкая государственная полиция, как я сказал выше, а также и чехословацкие войска могли быть удалены из этой области.
Я желаю заключить это письмо, засвидетельствовав мою оценку личной вежливости, гостеприимства и помощи, которые я и мои сотрудники получали со стороны правительства, в особенности д-ра Бенеша и д-ра Годжи, со стороны представителей судето-немецкой партии, с которыми мы были в контакте, и в особенности со стороны очень большого количества других людей, занимающих различное положение в обществе, и которых мы встречали в продолжение нашего пребывания в Чехословакии.
Преданный Вам
Вынужденное обстоятельствами, уступая исключительно настойчивым уговорам и сделав выводы из заявления французского и английского правительств от 21 сентября 1938 г., в котором оба правительства выразили свою точку зрения по вопросу об оказании помощи Чехословакии в случае, если бы она отказалась принять франко-английские предложения и, таким образом, подверглась бы нападению Германии, правительство Чехословакии, находясь в таком положении, с горечью принимает французские и английские предложения, предполагая, что оба правительства сделают все, чтобы при осуществлении названных предложений были обеспечены жизненные интересы чехословацкого государства. Оно с прискорбием подчеркивает, что эти предложения были выработаны без предварительного запроса чехословацкого правительства.
Глубоко сожалея, что не было принято его предложение об арбитраже, чехословацкое правительство принимает эти предложения как нераздельное целое, подчеркивая при этом принцип гарантий, сформулированный в ноте, и, принимая их, считает, что оба правительства не допустят немецкого вторжения на чехословацкую территорию, которая останется чехословацкой до того момента, когда будет можно осуществить передачу территории после установления новой границы международной комиссией, о которой говорится в предложениях.
По мнению правительства Чехословакии, франко-английский проект предусматривает, что все подробности осуществления на практике франко-английских предложений будут установлены по договоренности с чехословацким правительством.
Ход событий был следующий:
Французский и английский посланники вручили президенту республики 19 сентября в 14 часов памятную записку следующего содержания:
сохранение мира и соблюдение жизненных интересов ЧСР требуют присоединения к Германии районов, где немецкое население составляет более 50 %;
плебисцит отклоняется ввиду возражений чехословацкого правительства; решено приступить к прямым переговорам;
международному органу будет поручено провести обмен населением;
французское и английское правительства присоединятся к международной гарантии новых границ против любого неспровоцированного нападения.
20 сентября в 19 часов английскому и французскому посланникам был вручен ответ чехословацкого правительства следующего содержания:
Чехословацкая Республика не может принять эти предложения по следующим причинам:
вопрос мог бы решить только парламент;
с точки зрения экономической и транспортной ЧСР была бы полностью парализована и в стратегическом отношении попала бы в чрезвычайно тяжелое положение;
произошло бы новое переселение недовольных немцев в ЧСР, в результате чего возникли бы новые межнациональные конфликты;
равновесие сил в Европе было бы уничтожено.
В ответе предлагается арбитраж на основании чехословацко-германского договора от 16 октября 1925 г. и выражается готовность принять заключение арбитража. Ответ заканчивается призывом к Франции и Англии вновь пересмотреть свои взгляды.
Английский и французский посланники 21 сентября в два часа ночи снова посетили президента и заявили, что в случае, если мы отклоним предложения их правительств, мы возьмем на себя риск вызвать войну. Французское правительство при таких обстоятельствах не могло бы вступить в войну, его помощь была бы недейственной. Принятие англо-французских предложений является единственным средством воспрепятствовать непосредственному нападению Германии. Если мы будем настаивать на своем первоначальном ответе, Чемберлен не сможет поехать к Гитлеру и Англия не сможет взять на себя ответственность.
Ввиду этого ультимативного вмешательства и оказавшись в полном одиночестве, чехословацкое правительство, очевидно, будет вынуждено подчиниться непреодолимому давлению. Ответ будет дан английскому и французскому посланникам в течение дня.
В период между встречей в Берхтесгадене (15 сентября) и встречей, на которую во второй раз собираются сегодня (22 сентября) в Годесберге британский премьер и фюрер, произошло важное событие, дающее руководителям рейха новый предлог, чтобы отказаться от принципов, на основе которых, казалось, выкристаллизовывалось соглашение, и чтобы выдвинуть новые требования. Речь идет о демаршах, предпринятых 20 сентября Польшей и Венгрией в адрес фюрера и в Лондоне, имевших целью указать, что Варшава и Будапешт не согласятся с тем, чтобы в отношении своих этнических меньшинств, включенных в чехословацкое государство, был применен менее благоприятный режим, чем тот, который будет предоставлен судетским немцам. Это было равнозначно утверждению, что уступка территорий, населенных немецким большинством, должна будет также повлечь за собой отказ Праги от Тешинской области и от 700 000 мадьяр в Словакии. Таким образом, предполагаемое отторжение территории превратилось бы в расчленение страны.