Александр Дубоносов – Богатырь и Звезда Сварога: Быль 3 (страница 13)

— Хоть бы одна на курган поднялась…

Яромир спрыгнул с телеги, потянул за супонь, снял дугу, вытащил оглоблю через подбрюшник и чересседельник.

Ерёма со своей стороны сделал тоже самое.

Быстро распрягли лошадь и Ерёма отвёл её в тень, где трава погуще, после чего бегом вернулся к Яромиру, который без особого труда заталкивал груженую потрохами телегу по некрутому уклону кургана.

Ерёма выхватил из телеги вилы, взбежал наверх и громко выругался:

— Это ещё что за тьмонеистовство?!

Уже подоспел и Яромир, который от увиденного сильно нахмурился.

Трупная яма, вырытая рядом с засохшей берёзой, специально для сжигания потрохов и умершей от мора скотины, оказалась засыпана землёй. По всей поляне, тут и там разбросали, относительно свежие останки и не успевшие прогореть кости и кожу.

— Возвращайся к лошади. Если закричу, то драпай в деревню за мужиками. — негромко скомандовал Яромир и вооружился Ерёмиными вилами. — Я пойду, осмотрюсь, вдруг, кто это сделал всё ещё здесь прячется.

— Может, треклятые собаки? — неуверенно зашептал Ерёма в спину Яромиру. — чтоб у них хвосты поотсохли! Ты же вчера здесь был…

— Старшина приказал больше по ночам костры не жечь, поэтому я увёз последнего караульного, но ничего подобного здесь не было. Как обычно, всё тлело и смердело… Собаки так не роют и, тем более, после себя ничего не оставляют… Здесь кто-то что-то искал… Всё, давай, иди уже!

Он дождался, когда Ерёма скроется из виду и пошёл в перёд.

Не сделал Яромир и пары шагов, как по спине пробежал озноб и перехватило дыхание: по всей поляне отчетливо виднелись глубокие борозды от четырёх длинных когтей.

Он развернулся, молча выкатил телегу на середину кургана и опрокинул её, свалив останки скота в кучу.

Бутыль масла, несколько оставшихся не засыпанными землёй сухих веток и искра от огнива помогли ему заново разжечь костёр, куда он поспешно скидал разброшенные по кургану потроха.

Когда Яромир окончательно убедился, что кроме него на кургане никого не было, он скатил телегу вниз, где уже долгое время Ерёма нетерпеливо водил лошадь из стороны в сторону.

— Ну, выяснил, кто такое наворотил?

— Медведь. — без раздумий соврал Яромир, на ходу вставляя оглоблю в дугу. — Нужно ехать.

— Так давай останемся и изловим гада?! — глаза Ерёмы загорелись азартом. — Для тебя же косолапого уложить — как орешек расколоть! Вот с мишки шубейка-то выйдет…

Яромир ничего не ответил, но одарил Ерёму таким взглядом, что тот тут же понял, что сейчас ему следовало придержать язык за зубами.

Всю дорогу назад они молчали, но, по мрачному виду Яромира, Ерёма прекрасно понял, что его друг что-то не договаривает.

«Изловить!» — мысли беспорядочно крутились в голове Яромира. — «Но кого ловить? Ещё одно Лихо? Возможно, следы похожи… Мужиков брать с собой нельзя, говорить кому-то тоже. Лишняя суета ни к чему… Да и они могут пострадать… Нет, с собой — точно никого… Пойду сам, выслежу, чтобы это ни было, а дальше видно будет…»

Домой вернулись очень быстро, по крайней мере так показалось Яромиру.

Под угрозой страшной кары, он взял с Ерёмы слово, что тот никому ничего не расскажет. Сам же Яромир доложил Рознегу о выполненной работе и поспешил домой.

Хоть на дворе только наступил полдень, впереди предстояли долгие, скрытные сборы.

По возвращению домой Яромир решил ничего не рассказывать Ядвиге об увиденном, так как после стычки с Лихо она стала очень трепетно и болезненно относиться к каждой его большой вылазке.

Яромир, всеми силами стараясь сохранять видимое спокойствие, переделал все дела по хозяйству и, дождавшись, пока Ядвига крепко уснет, на цыпочках вышел из избы, где в сарае уже ждало заранее приготовленное снаряжение.

Толстый кожаный нагрудник, такие же толстые разношенные сапоги, запасные охотничьи ножи, бутыль масла, огниво, верёвка и, самое главное — наточенный серебряный меч.

Он готов.

Осторожно отворил дверь сарая и оглянулся.

Вокруг стояла тишина, кроме игривого стрекота сверчков, завывания ветра и далёкого уханья совы.

Жизнь в округе шла своим чередом и это радовало.

Вся деревня мирно спала. Можно идти спокойно.

Так как калитка всегда предательски скрипела, Яромир ловко перемахнул через забор и размеренно побежал в сторону могильного кургана.

Благо ночь выдалась лунной, и каждая кочка на дороге прекрасно освещалась её светом.

Сюрпризов можно было не ждать и сосредоточиться на предстоящей встречей с врагом. Вот только с каким…?

Яромир добрался до кургана уже глубокой ночью и на подступах к нему он остановился.

Что бы его там не встретило, он должен быть наготове…

Яромир остановился и выровнял дыхание, после чего медленно двинулся вдоль редких деревьев, стараясь вслушиваться в каждый шорох.

Чутье его не подвело.

Впереди, в тридцати шагах, он отчетливо разглядел тварь, от вида которой волосы на его теле вздыбились.

Со спины чудище напоминало мускулистого человека, обтянутого кроваво-черной кожей, по которой, в ярком свете луны, блестела и переливалась толстыми нитями такая же неприятная черно-красная слизь.

«Так вот с кого начался собачий мор…» — снизошло озарение на Яромира. — «Но, что же ты такое…?»

Чудище сидело рядом с утренней кучей и привередливо выбирало из вываленных туда потрохов ещё съедобные лакомые куски, небрежно разбрасывая остальное в разные стороны и что-то рыча под нос.

Яромир разглядел и лапы, такие же мощные, как и всё остальное тело, на человеческой руке которой торчали длинные острые когти.

Само собой в памяти всплыли следы когтей на бревне дома старика, от чего его невольно передернуло.

Тварь издала рык, больше напоминающий смех, запрокинуло голову и осторожно опустило в пасть кусок мяса, как будто это были не пожженные потроха, а яства на званном пире.

Теперь Яромир смог разглядеть и морду существа, от чего обомлел пуще прежнего.

Бес.

Яромир не мог поверить, но в этой твари он узнал бесёнка, который преследовал его на Туманных топях после битвы с водяным.

На обтянутой кожей безносой морде красовались два больших, блестящих черных глаза, отдаленно напоминающих рваные полумесяцы.

По ним-то Яромир и признал старого знакомого и был полностью уверен, что не ошибся.

Отец никогда не говорил, что эти создания способны вырастать до таких размеров, хотя вместе они истребили не одну сотню бесов, самых разных форм и размеров. Только даже среди них не встречалось настолько крупных…

Бес расковырял в куче очередной съедобный кусок, поднялся на задние лапы и расправил широкие, как у Яромира, плечи.

Если бы кто-то случайно увидел чудище в темноте, то легко мог спутать его с Яромиром, ведь ростом и телосложением они оказались совершенно одинаковы…

Вздутые мышцы твари игриво заиграли в лунном свете.

Бес широко открыл зубастую пасть, высунул длинный, вьющийся словно змея, язык, и показательно забросил в нее кусок мяса.

Он пристально смотрел в сторону Яромира и не шевелился.

Издалека Яромиру даже показалось, что бес расплылся в довольной ухмылке… Более того, Яромир понимал, что тварь точно знала, что в данный момент он скрывается за деревом.

Поражало, насколько человеческими оказались повадки и движения беса-переростка.

Яромира охватило неконтролируемое ощущение ужаса. Тело дрожало даже сильнее, чем при встрече с Лихо…

Даже огромный водяной, по сравнению с этим бесом, страшил не более обычного овинника.

«Так вот, кто всё это время за мной следил…» — Яромир вынул меч из ножен и медленно вышел на свет. — «Чем же ты со мной связан…?»

Бес громко проглотил добычу и издал странный рык, больше походивший на смех, растянул большой рот в искривленной гримасе и медленно пошёл по дуге, явно вызывая Яромира на бой.

Яромир со свистом разрубил воздух и подстроился под движение беса.