Александр Дубоносов – Богатырь и Звезда Сварога: Быль 2 (страница 31)
Яромир негодующе покачал головой.
— Простите-извините мою дерзость, ваше княжеское благородие! — Кривжа раскорячился в неуклюжем поклоне. — Милости просим вас вступить в наше скромное братство! Брат, ты только погляди, кто в наш стан пожаловал!
Полотно шатра отодвинулось и Яромир замер.
На свет вышел Патша.
С момента их последней встречи он сильно изменился и стал, как две капли воды походить на своего брата.
Глаза Патши округлились от удивления, и он встал подле Кривжи.
— Погляди, Патша. Сам князь славный перед нами, недостойными, на коленях стоит.
— Бывают же в жизни удивительные встречи! — Патша расплылся в зверином оскале. — Безродный щенок оказался породистым псом! Как там тебя? Ах, да! Яромир.
Настала очередь удивиться Кривже.
— Так вы знакомы?!
— А то! Помнишь, говорил про оборванца, что у меня бабу увёл? Вот он!
— А-а… Значит, это тот храбрец-удалец, чью жопу от тебя наш папаня уберег?! — громко хлопнул в ладоши Кривжа.
— Коль не папка, то его дурья башка уже давно бы распрощалась с плечами, а сейчас, погляди, птица важная! Тебя теперь, поди, и пальцем не тронуть? А, богатырь? — Патша подошел вплотную к Яромиру и пристально посмотрел в его глаза.
Яромир не отвечал, лишь крепко сжал кулаки и стиснул зубы.
Он понимал, что любое слово может стоить им с Гришкой жизни.
— Значит так. Поднимите их! — Кривжа отдал приказ и парней грубо поставили на ноги. — Князь что-то передал?
— За пазухой спрятано. — Гришка кивнул на грудь. — Прикажи развязать, достану…
— Ш-ш! — Кривжа приложил палец ко рту Гришки. — Больно ты говорливый. Бесишь… но, мы и это поправим.
Кривжа кивнул Шерсти.
Бородач небрежно распорол охотничьим ножом Гришкин кафтан, извлек из тыльной его стороны скрепленный княжеской печатью сверток и вручил Кривже.
Тот, сломав печать, стал ходить из стороны в сторону, внимательно изучая послание.
Прочитав написанное, воевода Серых волков изменился в лице и передал письмо Патше, после чего пристально посмотрел на Яромира.
— Сожги это, брат. — Кривжа переменился в голосе. — Не нужно чтобы кто-то еще увидел.
Кривжа подошел к Яромиру и, ничего не сказав, ударил его кулаком в живот, да так сильно, что тот сбил дыхание закашлялся и упал на колени.
Гришка дернулся на помощь, но получил такой же удар от Патши, извергнув при этом на землю весь съеденный им завтрак.
Кривжа сильно сдавил челюсть Яромира и поднял его на ноги:
— Слушай меня внимательно, славич, и запоминай. Мне глубоко наплевать, кто ты и что ты! С сего дня я — ваш князь и я — ваш бог! И делать вы будете ровно то, что я вам велю! Изволишь дерзить или вздумаешь ослушаться — поблажек не жди. Кишки выпущу. Жизнь ваша для меня ничто! Брат твой передал относительно тебя четкие указания и если вдруг доведётся вам встретиться вновь, в чем я ой как сомневаюсь, то не забудь поблагодарить Игоря, ведь такова была его княжеская воля! Теперь я решаю, когда тебе разрешено пердеть, а когда дышать! Надеюсь, я достаточно понятно изъяснился, и ты не будешь делать никаких глупостей?
Кривжа унизительно похлопал Яромира по щеке и развернулся к Патше.
Тут Яромир понял, что живыми и невредимыми им уже не выбраться.
Его охватило мимолетное желание выхватить меч Шерсти, всадить его глубоко в брюхо Кривжи и, по возможности, успеть разобраться с Патшой.
«Всё равно помирать, а так хоть с ними разделаюсь!» — Яромир заскрежетал зубами. — «Жаль только Гришку…»
Яромир бросил на него косой взгляд.
Гришка, стоя на коленях, с поникшим видом склонил перед Серыми волками голову.
Яромир не желал зла другу, поэтому глубоко выдохнул и с большим трудом сдержал бравый порыв.
— Коль он твой старый знакомый, — обратился Кривжа к Патше. — то отдаю его на твоё воспитание. Можешь ни в чем себе не отказывать! Гонцом я сам займусь. Больно он мне полезен будет. Я все сказал!
Гришка вопросительно посмотрел на Яромира, но тот лишь пожал плечами и утвердительно кивнул, давая понять, что выбора у них никакого нет, и придется следовать приказам Серых волков.
— Ну что, славич, нас с тобой ожидают крайне занятные дела! — Патша хлопнул Яромира по плечу и дал знак Гивиру сопроводить его в лагерь.
Ещё когда Яромир узнал о том, что Игорь высылает его из Слав-города, у него закралось нехорошее чувство обо всей этой затее. Теперь же он окончательно в этом убедился.
«Что же ты такого написал, братец?» — думал Яромир, пока его вели мимо низких шатров, старательно скрытых под сухими ветками и мхом. — «раз Кривжа так быстро переобулся? Ничего, я обязательно узнаю, и ты мне ещё за это ответишь…»
Глава 13: «Не надоело ещё кочевряжиться?»
Его проводили в лагерную оружейную и заставили сдать доспехи и оружие. Взамен он получил засаленные лохмотья и поношенные берестняки.
— Цацку свою тоже долой.
Гивир толстыми пальцами потянулся к цепочке на шее Яромира.
— Даже не думай! — Яромир схватил его за предплечье и отбросил на кучу доспехов. — Тронешь — лишишься руки! Это я вам по добру не отдам….
— Ты с кем, паскуда, спорить собрался?! — завизжал Гивир, с трудом выбираясь из-под навалившейся кожи. — Слыхали мужики, какой строптивый? А ну, давай покажем ему, какой у нас тут разговор с такими выродками!
Все, кто был в оружейной, похватали дубины и окружили Яромира.
— По-хорошему, снимай свою цацку паршивую! — продолжал надрывать режущий уши голос Гивир.
Яромир отрицательно покачал головой.
— Тебя предупреждали! Лупи его, мужики!
Для Яромира не составило большого труда разобраться с нападавшими.
Яромир, умело разбросал всех по разным углам, схватил визжащего, будто поросёнка, Гивира, вышвырнул его из палатки, сам вышел следом и тут же пожалел об этом.
Прямо перед входом в оружейную палатку уже ждали Кривжа, Патша и ещё порядка двух десятков воинов.
Яромир понял, что ждало его дальше, от чего тяжело вздохнул.
— Ну что же ты за божедурье такое? Я вот думал, что ты — понятливый малый. Даже хотел к тебе по-хорошему, а ты вон, как собака на добрых молодцев кидаешься. Всё-таки придётся поучить тебя хорошему поведению. Ату его! — Кривжа махнул рукой.
Яромир сжал кулаки и пристально, исподлобья смотрел в разноцветные глаза Кривжи:
— Думаешь, что сможете меня сломить, что я буду бегать перед вами и молить о пощаде? Как бы не так…
— Это мы еще поглядим, славич! — сверкнул глазами Кривжа, и его воины толпой набросились на Яромира.
Он яростно вступил в неравную схватку, но, как волки стаей способны измотать и завалить взрослого свирепого медведя, так и здесь у Яромира не было ни единого шанса.
Спустя некоторое время и нескольких серьезно покалеченных воинов, дружине Кривжы все-таки удалось повалить его на землю.
Яромира били палками и пинали со всех сторон, пока последние силы его окончательно не покинули.
Последним, что увидел Яромир, оказалось волчьи глаза Патши, отражавшие то ли сожаление, то ли разочарование и тяжелый сапог, опускающийся на его лицо.
Поток ледяной воды привел Яромира в чувство. Все тело неистово болело, и правый глаз так заплыл, что пытаться открыть его было невозможно.
Он дёрнул руки, но ощутил лишь сильную боль в запястьях, за которой последовал металлический лязг цепи.
Его приковали к дереву. Положение оказалось хуже, чем он мог себе представить.
Рядом, на корточки присел Патша.