Александр Дихнов – За двумя кладами погонишься... (страница 18)

Я недовольно поморщилась. Вот чего я совершенно не могу терпеть, так это проекции. Не знаю уж почему, но они у меня толком не выходят, я постоянно отвлекаюсь, думаю о разных глупостях, и в результате получается совершенно не то, что я старательно пыталась изобразить.

Заметив мое перекосившееся лицо, оборотень с тревогой поинтересовался:

— Надеюсь, тебе нравится внешность... — Он запнулся. — А в кого, собственно, ты планируешь перевоплощаться?

— В надоедливую двоюродную тетушку из деревеньки под Оршо, мадам Габриэллу, — отрапортовала я.

— Так вот, надеюсь, тебе нравится ее внешность? Иначе, учитывая полное отсутствие подобного опыта, у нас могут возникнуть проблемы.

Я внимательно вгляделась в картинку, на которой семейство Энниль в полном составе сгрудилось на площади у музея города. Нельзя не признать, что даже в пожилом возрасте мадам Габриэлла выглядела достаточно привлекательно. Худощавая, как и своя племянница, но в отличие от нее довольно низкорослая, мадам улыбалась, обнимая своих родственников. Ее зеленые глаза смотрели на мир с какой-то совершенно детской наивностью и уверенностью, что ее никто не обидит, черты лица были достаточно мелкие, круглый рот, небольшой аккуратный нос, точеный подбородок. Смущали меня лишь морщины да собранные на затылке в пучок волосы. Подняв глаза на терпеливо ждущего ответа дракона, я задорно улыбнулась.

— Нравится. И это будет довольно забавно — попробовать себя в роли пожилой женщины, возможно, старость перестанет меня пугать.

— Почему ты ее боишься? — непонимающе спросил Зенедин.

— А вам бы понравилась перспектива стать дряхлым и некрасивым?

— В этом все дело? — хохотнул дракон, пройдясь хвостом по оказавшемуся в неудачном месте кусту. — Сколько, по-твоему, лет Албене?

Я задумалась. Ранее вопросом возраста наших преподавателей, в том числе и датой рождения все знающей про зелья ведьмы Албены, я не задавалась и сейчас была вынуждена признать, что выглядит она более чем неплохо.

— Около сорока? — предположила я.

— Семьдесят, — огорошил меня собеседник и, убедившись, что я потеряла дар речи, пояснил: — Любая мало-мальски приличная волшебница в состоянии предотвратить потерю красоты и почти до самой смерти выглядеть великолепно. Так что перевоплощение будет для тебя скорее возможностью испытать то, что иначе с тобой еще очень долго не произойдет.

— Вы меня обнадежили, — усмехнулась я. — Теперь я совершенно спокойна насчет своего будущего без морщин.

— Тогда прекрати бессмысленную болтовню и приступай к проекции, — безапелляционным тоном велел дракон и, опустив голову на лапы, выжидающе на меня уставился.

Отступать некуда... Я еще раз пристально оглядела таблички, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Через пару секунд я обиженно посмотрела на буравящего меня взглядом дракона и уточнила:

— Простите, а в каком виде вам создать проекцию? Не уверена, что у меня достаточно фантазии, чтобы точно представить себе обнаженный вариант мадам Габриэллы, а одежда у нее на всех картинках разная.

— Правильный вопрос. Выбери для начала любую из трех, а потом в свою переоденешь. Кстати, надеюсь, у тебя в гардеробе найдется хоть что-то подобное? А то твои любимые юбки погубят весь план.

— А чем вам мои юбки не угодили? — возмутилась я.

— Так! — взмахом левой лапы остановил меня Зенедин. — Не отвлекайся. Вопросы гардероба обсудим потом.

— Ну вот, не дают время потянуть, — под нос пробурчала я, снова послушно закрыла глаза и принялась вырисовывать двоюродную тетушку мадемуазель Энниль.

Для простоты начать я решила снизу, благо туфли и простая шерстяная юбка не требовали сильного напряжения фантазии. Совершенно для меня неожиданно все получилось очень легко, я быстро дорисовала картинку, добавив небольшие детали вроде жемчужной шпильки для волос, прошептала заклинание и открыла глаза. К моему безумному удивлению, все получилось, и мадам Габриэлла, выглядящая очень натурально, красовалась практически точно посредине каменной площадки.

— Что ж, — задумчиво протянул дракон. — Более чем неплохо. Теперь переодевай ее в свою одежду, заклинание действует только на тело, не затрагивая ничего более.

— Нечестно, — фыркнула я. — А я уже подумала, как удобно одеваться таким образом, отличная бы экономия получилась. Ладно, — подняла я руки, — все поняла, уже переодеваю.

Удивив себя, я сумела обойтись без закрытых глаз, благо свою одежду изобразить было несложно.

— Отлично, — только и буркнул дракон. — Переходим непосредственно к заклинанию. Готова?

Обратившись в слух, я кивнула. Минут пятнадцать оборотень втолковывал мне все тонкости заклинания, а я впитывала их, бормоча отдельные слова себе под нос. Наконец мне было позволено повторить все целиком.

— Сойдет, — удовлетворенно кивнул Зенедин. — Теперь войди в проекцию и произнеси заклинание. Если все сделаешь правильно, то она сдвинется вместе с тобой. Только не забудь пока что поменять у мадам Габриэллы прическу.

Прогресс. Новое заклинание я освоила с третьей попытки и теперь в легком шоке крутилась перед зеркалом, пытаясь осознать, что на данный момент это мое отражение. Получалось как-то не очень.

— Ничего страшного, — утешил меня гордый собой учитель. — Со временем привыкнешь. Надеюсь, у тебя нет никаких планов на вечер?

— Вообще-то я собиралась к мсье Руаппи, проверять ваше предположение касательно Розового Солнца.

— Это не страшно, перенесешь на завтра. А сегодня лучше перед зеркалом к экзамену подготовься.

Я опешила:

— Что же, вы предлагаете мне в таком виде по Ауири ходить? И, кстати, как вернуть все обратно?

— Слушай, неплохая мысль, — оскалился Зенедин. — Возможно, не стоит тебе говорить? Не будет шансов сменить облик.

— Боюсь, на экзамен в таком обличье появляться не очень разумно, — мгновенно парировала я. — Сознавайтесь.

— Уговорила. Тебе нужно просто прочитать заклинание наоборот, вот и все. Дома попробуешь. А теперь брысь за конспекты. И зеркало не забудь, я не хочу на себя любоваться.

— А зря, — фыркнула я, забираясь на скурр. — Вы вполне еще ничего, зелененький такой. — И, оставив за собой последнее слово, поторопилась взмыть навстречу заходящему солнцу. От греха подальше.

Дома я немедленно избавилась от образа мадам Габриэллы и отправилась готовить ужин. Кто знает, возможно, заклинание и на кулинарные способности действует, а рисковать собственным желудком не хотелось. Накормив нас с оцелотом окороком, запеченным с фруктами, я проявила здравомыслие и потренировалась в свежеобретенном умении. Убедившись же, что превратиться в двоюродную тетушку Акси не представляет для меня особенного труда, я вытащила из шкафа конспекты и погрузилась в их изучение, обрекая себя таким образом на ужасно скучный вечер. Таковым он и оказался.

Утро я начала с того, что провела ревизию собственного гардероба и с сожалением констатировала, что ничего хоть отдаленно напоминающего стиль, демонстрируемый мадам Габриэллой, там не обнаружилось, а это значило, что мне придется потравить время и деньги на посещение магазинов недорогой одежды. Не то чтобы я не любила покупки, скорее наоборот, вот только приобретать предстояло совершенно не импонирующие и в будущем не нужные мне вещи.

— Ничего, потом раздам беднякам, — пробормотала я себе под нос и, потормошив сонного оцелота, возлежавшего на кресле и лениво щурившего глаза, отправилась готовить вкусный и питательный завтрак.

И еда, и рандеву с магазинами удались мне с блеском, так что около часу дня я, нагруженная двумя мешками с совершенно мне не нравящейся одеждой, сидела на аллее в тени почти столетнего дерева и размышляла, не стоит ли перед визитом к детективу на пенсии залететь домой, дабы оставить там покупки. В результате природная лень взяла свое, и, решив, что мсье Руаппи не будет так уж шокирован моим появлением с багажом, я полетела в сторону пансиона на бульваре Ньюбарри.

На сей раз я точно знала, куда идти, и, оказавшись во внутреннем дворе, с удовлетворением убедилась, что мсье Руаппи на месте. Несмотря на отсутствие дождя, он, как и в прошлый раз, вальяжно развалившись в кресле под навесом, пил чай. Меня детектив заметил, только когда я оказалась буквально в паре метров.

— Добрый день, мадемуазель, — довольно дружелюбно поприветствовал он потревожившую его покой незваную гостью. — Я так понимаю, у вас появились новые вопросы?

— Всего один, — поспешила заверить я.

— Как-то очень мало, — укоризненно покачал головой мсье Руаппи. — Вы присаживайтесь. Хотите чаю?

Я испуганно мотнула волосами. Чаю в прошлый раз мне оказалось более чем достаточно. Заняв ближайший стул, я отказалась:

— Нет, спасибо.

— А зря. Он сегодня очень удался, — попытался все же соблазнить меня собеседник, но, убедившись, что гостья не поддается на уговоры, махнул рукой и уточнил: — Так что у вас за вопрос?

— Довольно неожиданный. Скажите, вы не можете припомнить, не исчезал ли бесследно кто-нибудь из преступного мира столицы сразу после убийства мсье Мориха? Скажем, в течение следующей недели?

— Вопрос действительно неожиданный, — согласился детектив и, взяв стоящую перед ним чашку, принялся прихлебывать чай, явно о чем-то размышляя.

Подождав примерно минуту и убедившись, что кардинального изменения ситуации не предвидится, я последовала его примеру, поскольку подумать стоило. На мой взгляд, я задала не тот вопрос, чтобы впадать в ступор, но тем не менее собеседник не дал мне быстрого ответа и, совершенно очевидно, пытался понять, с чего вдруг вообще возникла подобная тема. Очень похоже, что пожилой детектив не утратил интереса к своей профессии, а тем более к первому, пусть неудачному делу, и не упустит неожиданно представившейся возможности его закончить. Сложно спорить с тем, что найти-таки Розовое Солнце — это очень громкое и удачное окончание карьеры, только вот я хотела столь же громко создать себе хоть какое-то имя в детективном мире, а пресловутая жемчужина подходила для этого как нельзя лучше. Представив себя сидящей в гостиной будущего дома и дающей обстоятельное интервью всем столичным газетчикам, я расплылась в довольной улыбке и уже стала мысленно составлять очередность магических художников, желающих увековечить мой облик, но тут голос очнувшегося мсье Руаппи вырвал меня из сладостных грез: