Александр Дихнов – Успех подкрался незаметно (страница 19)

— А не скучно? — спросила я с ужасом. Меня-то и один день подобной жизни заставил на стенки кидаться.

— Что ты! Я за последние десять лет вообще забыла, что такое скука. Отсутствие привычной суматохи — вот верное определение происходящему.

— Даже живого человеческого общения не жаждешь?

— Немного есть, — созналась Гвен и лукаво улыбнулась. — Правда, в основном телесного.

— Как? К тебе даже Акиро и Алекса не допускают? Варвары! — Тут настала моя очередь улыбнуться. — Скажи, Гвен, а кто лучше в постели, запад или восток?

— Это смотря чего в данный момент хочется. Быть сметенной вихрем всепоглощающей мужской страсти или утонуть в волнах умелой нежности.

— А все то же самое поименно? — заинтересовалась я.

— Угадай, — весело предложила Гвен. — Или, если хочешь, можешь испытать на практике, обсудили бы потом более предметно.

— Нет, спасибо за предложение, не люблю делиться.

— Разве? Раньше мне казалось, что ты более чем раскованно подходишь к этим вопросам.

— Местами. Скажем, я могу провести ночь с абсолютно незнакомым привлекательным парнем. Но не с мужчиной, про которого точно известно, что он спит с моей приятельницей. И тем более — предвосхищая твой следующий вопрос — с двумя мужчинами.

— Да ты у нас, оказывается, скромница, — вконец развеселилась Гвен. — Не иначе как влюбилась.

— Не говори глупостей!

— Точно! Точно влюбилась.

— Значит, так. Первое — ни в кого я не влюбилась. Второе — я пришла вернуть тебе Бонни. Вот она — целая и невредимая. Третье — до свидания, мисс Ци! — Махнув рукой на прощанье, я выскользнула за дверь, еле расслышав обиженный зов: «Нэтта…»

— Все, Мари, — кивнула я ожидающей меня женщине, — можно отконвоировать меня в обратном направлении.

Вернувшись в каюту, я все еще кипела от возмущения. Влюбилась! Кто? Я? Да Гвен с ума сошла. В кого я могла влюбиться? В Алекса? Так у него и вместо мозга сплошная мышца. Или в Идио, после того как он выставил меня полной дурой, не поверив ни одному моему слову? И не важно, что я сама хотела такой дурой прикинуться. Может, в Акиро? Но не могу же я влюбиться в человека, при первой встрече заехавшего мне в ухо. Хотя в остальном он совсем не плох. Вот только с Гвен спал, и я очень сомневаюсь, что только для поддержания легенды. Остается Этьен. Этот самовлюбленный, вечно иронизирующий зануда, имеющий кучу неприятностей из-за собственной дурости? Этот холеный французик, пытавшийся разжалобить меня байками о своем героическом поведении при столкновении с пиратами и собственном пленении? Этот… В общем, Гвен говорит глупости. Ни в кого я не влюбилась. Разве что мое бренное тело требует быть утопленным в ванне всепоглощающей страсти. Не очень-то я привыкла вести монашеский образ жизни… Хм. Может, стоило согласиться на щедрое предложение Гвен? Закрыв глаза, я попыталась представить себе Акиро, раздевающего и ласкающего меня, но почему-то, сняв красный кружевной бюстье, он отнюдь не нежно обернул его вокруг моей шейки и на корявом французском поинтересовался: «И куда ты, нахалка, подевала мой генератор мультилинии?» Я открыла глаза и выругалась:

— Тьфу ты, тоже мне, эротические фантазии… Опять все не как у людей.

— Прости, а можно с этого места поподробнее? — раздался за спиной полный сарказма голос.

Вздрогнув, я обернулась и, с негодованием уставившись в искрящиеся весельем черные глаза, произнесла:

— Подслушивать под дверью некрасиво!

— А я не подслушивал. Я постучал — ты не ответила. Видно, была слишком поглощена своими фантазиями. Тогда я вошел и против воли оказался свидетелем тайных бесед с потолком.

Уже успокоившись, я произнесла:

— Все равно ты должен был как-то проявить свое присутствие.

— Как? Принять живое участие в твоих мечтах? Я могу. Давай я выйду, постучусь, и мы попробуем еще раз.

Против воли я улыбнулась:

— Ладно. Я тебя прощаю. Но в следующий раз так не делай.

Этьен оживился:

— Будет еще и следующий раз? Звучит многообещающе.

— Так, кто-то обещал накормить меня ужином, а вместо этого что происходит?

— Виноват. Каюсь. — Протянув мне руку, кавалер добавил: — Мадемуазель, окажите честь разделить со мной скудную корабельную трапезу, сервированную в капитанской каюте.

Что делать? Пришлось согласиться.

Ужин, кроме места проведения, ничем не отличался от вчерашнего варианта, вот только отношения с сотрапезником шагнули за двадцать четыре часа на пару семимильных шагов. То ли вперед, то ли вбок, пока еще было не разобраться. С изяществом и аппетитом каймана потребив десяток креветок, я решила, что пора начать ни к чему не обязывающую светскую болтовню.

— Давно хотела поинтересоваться — ты женат?

Этьен поперхнулся оливкой.

— Я же пират!

— И что? — деланно изумилась я. — На вашей главной базе нет женщин?

— Есть.

— И все как одна незамужние?

— Нет, — неохотно признал Этьен, — в основном как раз замужние.

— Ага. Значит, то, что большинство их мужей являются пиратами, не помешало счастливому объединению? Придумай другую причину.

— Нэтта, а тебе не кажется, что ты излишне любопытна?

— Кажется. Иногда. И что с того?

Этьен поморщился:

— Ты демагог. И софистка. И зануда.

— Замечательно. Уговорил. Так почему ты не женат?

На секунду мне показалось, что сейчас в меня полетит блюдо с креветками, но обошлось.

— Предположим, пока не встретил ту единственную, на которой захотел бы жениться.

— Фу, какими банальностями отделываетесь, мсье. — Я брезгливо сморщила нос. — Нет чтоб рассказать душераздирающую историю о несчастной любви…

— Хорошо, расскажу. Жила-была рыжеволосая принцесса в железном замке. Однажды она пошла собирать маргаритки на луг, и ее украл злой старый дракон. Хотел съесть, но принцесса оказалась такая костлявая, что не вызвала у дракона ни малейшего намека на слюноотделение. А что за радость — жевать всухомятку. Не стал он ее есть. Вроде все хорошо, но их высочество оказалась настолько говорливой и занудной… — На этом месте оливка, фаршированная миндалем, шмякнулась о лоб рассказчика.

— Ах, ты… — Этьен вскочил и бросился на меня. Я, соответственно, от него. Намотав кругов пять вокруг стола, время от времени используя оливки в качестве снарядов, я решила внести разнообразие и отскочила в сторону. Естественно, тут же зацепилась за стул, Этьен для сохранения равновесия ухватился за меня, и в таком составе мы, задыхаясь от смеха, грациозно рухнули на шкуру тигра. Некоторое время вполне полноценно боролись, но потом к обоим одновременно пришло осознание очевидного факта, что когда люди знакомы два дня, восседать на животе у девушки, распростершейся на ковре, не соответствует повсеместно принятому кодексу поведения. Не сговариваясь, мы встали, отряхнулись и отправились за стол. Могу поклясться, на моем лице было написано такое же разочарование, как и на лице капитана. Кто, и главное, зачем вбил в нас эти идиотские понятия о приличиях? Глупо.

— Глупо, — согласно вздохнул Этьен, видимо, читавший на моем лице, как в открытой книге. — Продолжим нашу интересную беседу. С моим семейным положением все ясно, а ты замужем?

Я повторила операцию «поперхнуться». Для разнообразия не оливкой, а креветкой.

— Еще чего не хватало. Зачем мне это?

— Логично. Ты же у нас любитель личной свободы, причем в неограниченных количествах, да?

— В общем-то, нет. Просто я еще не встречала мужчины, который вызвал бы у меня желание поступиться хоть частью своей свободы.

— А мужчин, на нее претендовавших, ты встречала?

— Случалось. К счастью, мне удавалось им объяснить, что они не правы, раньше, чем их желания облекались в слова. Но, может, хватит беседовать на матримониальные темы?

— А какие ты предпочитаешь? — Этьен усмехнулся. — Подобные вашей более чем занимательной беседе с Гвен Ци?

— Ты! — от негодования я задохнулась. — Ты подслушивал?! Ах мерзкий, бесчестный, беспринципный пиратишко… да я…

Стук в дверь прервал мои гневные излияния.

— Войдите! — пригласил Этьен и, невинно улыбаясь, приложил палец к губам. — Нэтта, сделай одолжение, прервись на пару минут.

— Капитан, — начал вошедший, — что-то случилось с пилотом. Его отнесли в лазарет, и врач просит вас подойти.

— Хорошо. Спасибо, вы свободны, и передайте, что я сейчас буду. Мадмуазель, — самым светским тоном обратился он ко мне, — если я вас на пятнадцать минут оставлю, можете вы гарантировать сохранность моего имущества?

— Гарантирую, мсье, — с самым торжественным видом пообещала я.