Александр Дихнов – Портал на Керторию (страница 41)
— Едва ли эта крепость так уж неприступна, — мимоходом заметил я. — Иначе я бы здесь не находился, верно?
Весьма недвусмысленный призыв вернуться в главное русло вновь не вызвал у Его Высочества восторга, но он все-таки не хотел перегибать палку:
— Да, герцог, — обращение было подчеркнуто, указывая на мое собственное пренебрежение условностями — несомненно, излишне панибратское, — у командования противника будет очевидная возможность покончить с нами, которой они обязательно воспользуются. Им всего-то и надо в свою очередь перегруппировать силы… Так сказать, для реализации метода молота и наковальни. Сначала они высчитают, сколько наиболее мощных кораблей придется оставить в Таксисе, дабы заткнуть п-в-переход так же, как мы это сделаем в Рэнде — на глазок я бы оценил, что на это уйдет треть их флота. И это будет наковальня. Затем высвободившиеся корабли кружным путем — по пиратским территориям — перебросят в Рэнд, где они присоединятся к уже находящимся там. И это образует молот, который нас пусть с большими потерями, но расплющит… Перевод кораблей кратчайшим путем — насколько я помню конфигурацию сети п-в-переходов с учетом пиратских — займет дней пять, в течение которых моим друзьям останется только без суеты подготовиться к встрече неминуемого конца. Вы согласны, герцог?
Здесь явно требовалось уточнить, с чем именно я должен соглашаться: с предложенным развитием сюжета в целом или с его безысходностью для Цина в завершающей фазе. Неточность, мягко говоря, нехарактерная для Его Высочества… И она окончательно убедила меня в том, что я правильно разгадал замысел Принца. Пока не весь, конечно, но часть, относящуюся к происходящему на «Ямагучи» разговору, — определенно. Это был своеобразный психологический прием, основанный на том, чтобы обрушить на меня как можно больше самой разнообразной информации, заставить меня вникать в детали, строить свои собственные гипотезы и отстаивать их… Тогда с большой вероятностью я, чрезвычайно занятый обсасыванием мелочей, могу — прямо как в анекдоте — слона-то и не приметить. В сущности, хороший расчет, учитывая общекерторианскую склонность к выискиванию глубоко замаскированных фокусов. А ведь блуждая в дебрях своего и чужого сознания, очень легко не заметить нечто, похожее на два плюс два… Вот только я с какого-то момента перестал поддаваться на эту уловку и намеревался поступать также впредь, поэтому, ничуть не задумываясь, сказал с учтивым поклоном:
— Да, Ваше Высочество, я с вами полностью согласен.
К сожалению, моя сговорчивость получилась не вполне естественной, и мы оба, похоже, это почувствовали. Ладно, я постарался сгладить углы:
— Видите ли, спорить все равно бесполезно. Да, я мог бы спросить, почему вы считаете, что на помощь этому флоту не придут другие, которых у Империи в достатке. Или неужели под угрозой жесточайшего поражения Император не предпримет попытки уладить конфликт дипломатическим путем, пусть для этого и будет вынужден пойти на серьезные уступки… Но ответы меня мало интересуют только потому, что они у вас есть. Ведь есть?
Так вышло значительно лучше — Принц версию принял, сдержанно кивнул и чуть сощурился, как будто разглядывая нечто очень далекое. На самом деле, по моему предположению, он пытался срочно приспособиться к изменившейся обстановке и придумать новое ухищрение для запудривания мозгов. Соответственно не стоило давать ему возможность перевести дыхание…
— Итак, мы подошли к ключевому моменту вашего плана, не так ли? Войска Империи в осаде, а в это время изрядная часть кораблей противника путешествует по другим звездным системам — сложно не догадаться, что наступает самый подходящий момент для прихода помощи извне. Помощи, надо понимать, в моем лице… Так что же я должен сделать — вот ответ, который хотелось бы услышать!
На мгновение у Принца на лице возникло любезно-ироничное выражение, будто он собирался отвесить галантный комплимент моей сообразительности, а затем предложить об остальном догадаться самому. Но, видимо, он смирился с относительной неудачей и изложил суть дела в нормальном режиме — тремя фразами, одна из которых была к тому же вопросом:
— Я намерен уничтожить эскадру Рэнда, блокирующую апертуру п-в-туннеля со стороны Таксиса, и тем самым дать возможность флоту Империи выскользнуть из ловушки. Учитывая, что корабли противника окажутся в статическом положении, а все их орудия будут сосредоточены на точке п-в-перехода, для почти мгновенного уничтожения врага достаточно неожиданного появления в его тылу одного-единственного корабля высокой огневой мощи и маневренности. Надо ли мне произносить название корабля, который я подразумеваю?
— «Прометей».
— Да, «Прометей». Как вы догадываетесь, я собираюсь привести его сюда через портал, ведь размер арки может быть сколь угодно большим — это зависит исключительно от мастерства открывающего и количества энергии в его распоряжении. Для такого мощного выброса мне, правда, понадобится максимальный уровень готовности, которого я могу достичь только через три дня, но по срокам это нас вполне устраивает.
Ну да, если я в критический момент открыл портал для флаера, то Его Высочество был в состоянии пробить в пространстве-времени дыру, куда мог пролезть «Прометей» — разница даже меньше, чем в тысячу раз, что удивляться… Я и не удивлялся минут пять, а когда переваривание подошло к концу, решился уточнить:
— Давайте проверим, правильно ли я все понял. Моя задача кажется довольно простой — я должен уговорить герцога Венелоа выступить в этой войне на вашей стороне, не так ли?.. Нет, попробуем чуть подробнее. Значит, сейчас я отправляюсь на «Прометей», в течение трех дней утрясаю дело с герцогом, затем открываю портал для вас, чтобы вы попали на корабль, а в завершающей стадии Ваше Высочество проведет в систему Таксиса сам дредноут. Правильно?
— Да, все так.
Итак, я слона заметил. А вы?.. Если нет, то вас может подтолкнуть на правильный путь проблема, которую мне спешно пришлось решать перед тем, как дать какой-либо ответ…
Собственно, она была не нова, и не так давно мы с Гаэлью обсуждали ее весьма подробно, а именно: не является ли Принц тем злым гением, с которым мы боремся? Гаэль настаивала, что нет, и сильнейшим ее аргументом было то, что Принцу нет смысла развязывать галактическую войну с целью захвата «Бантама», поскольку он мог бы скопировать станцию, ничем не ограниченный во времени. Но мне еще тогда показалось, будто существует очень сильное возражение… Совершенно справедливо, в общем-то, показалось. И была это моя собственная фраза, брошенная на последнем Совете и отчетливо вспомнившаяся теперь, на «Ямагучи»: «Ваш друг Император Цина — уже глубокий старик!» — сказал я тогда… И если данное обстоятельство впрямь волновало Его Высочество, могло являться стимулом для его действий, то выходило, что никакого люфта во времени у него нет! Технология бессмертия и станция «Бантам» были нужны ему немедленно: вынь да положь!.. Как только я осознал этот нюанс, все прежние подозрения нахлынули на меня с новой силой, ведь что ни говори, а по уму и характеру Принц оставался самой перспективной кандидатурой. Более того, в свете вскрывшихся фактов относительно происхождения Га-эли Его Высочество выглядел особенно подходяще. Выглядел — в прямом смысле… То есть в чертах лица у них ничего общего не прослеживалось, но оба они были смуглые, черноволосые, невысокие, худощавые… Тьфу! Я почувствовал, что захожу слишком далеко по пути, конца которому заведомо не было. Ну, не мог я чистой дедукцией вывести заключение о виновности или невиновности Принца, и даже тужиться было бесполезно… Следовало довериться интуиции или хотя бы выбрать вариант, который больше нравится. К счастью, в обоих случаях ответ оказывался одним и тем же, поэтому я отринул дальнейшие колебания и без излишней экспрессии заявил:
— О'кей.
Это английское словцо, которым я подвел черту под разговором, вполне могло бы претендовать на приз «Единственному слову, когда-либо ошеломившему Его Высочество». Во всяком случае, Принц был настолько поражен, что не сумел промолчать, и растерянно выдавил:
— И все?
— Полагаю, да. Хотя я не отказался бы послушать, как складывались взаимоотношения Империи и пиратов — это может пригодиться при ведении переговоров с герцогом Венелоа, — но необязательно. Я и без того с охотой последую вашему плану.
Очень приятно было видеть, что Его Высочество всерьез озадачен и не может молниеносно просчитать ситуацию. Нет, он ни в коей мере не собирался меня упрашивать и — уж тем более — не верил в мой возможный отказ, но все же какая-то дискуссия, встречные требования с моей стороны выглядели совершенно естественными и даже необходимыми… И пусть себе голову ломает, растекается мыслию по древу. Пусть, ведь и тут тоже правда была проста как апельсин: меня действительно полностью устраивала предложенная программа действий. В том случае, если я не ошибался относительно роли Принца. Если же ошибался, то оказывался дураком, а это ничем не лечится…
На восстановление душевного равновесия Его Высочество затратил минуты две, после чего с прежней невозмутимостью вернулся к насущному:
— Ваше пожелание, герцог, удовлетворить нетрудно, поскольку это та самая высочайшей степени секретности информация, о которой в Галактике болтают за стойкой бара в любом космопорту. Вообще при нынешних методах ведения войны, а я уже позволил себе их покритиковать, исход той или иной операции главным образом зависит от противостояния спецслужб: разведок, контрразведок и тому подобных организаций. Спецслужбы Империи при всем их отменном техническом обеспечении и практически неограниченных финансовых ресурсах в Галактике никогда не котировались. В связи с фатальным отсутствием воображения — это мое личное мнение… Вот и в данной конкретной войне, как раньше в Гонтцоле и других, менее прославившихся ситуациях, ведомства Цина оказались не на высоте, хотя еще вчера их действия характеризовались в донесениях Императору не иначе как блестящие, — эти слова Принц сопроводил едва заметным кивком в сторону парочки средних лет офицеров, подпиравших стену в противоположном конце зала. Но это как раз была неважная иллюстрация: если они и были представителями органов, о которых шла речь, то головы на плечах у них отнюдь не подпрыгивали (впрочем, сами утверждения Его Высочества тоже не показались мне убедительными)… — Произошло же следующее. Давно уже не секрет, что в распоряжении военной организации, возглавляемой герцогом Венелоа и для краткости называемой пиратами, находится сеть п-в-переходов, по протяженности немногим уступающая общедоступной. До недавнего времени ни выяснить ее конфигурацию, ни тем паче попытаться как-то ею воспользоваться ни одному государству не удавалось — несмотря на большую численность, пираты с завидным постоянством обезвреживали шпионов любого сорта. Но вот последняя группа агентов Цина как будто смогла закрепиться в пиратском флоте и даже подобраться вплотную к его руководящей верхушке — по тому, к чему это привело, нельзя исключать, что их не трогали намеренно… Так или иначе, но именно данное обстоятельство дало возможность Императору всерьез задуматься над проведением операции, финал которой мы сейчас с вами наблюдаем. Воспользовавшись отсутствием вождя — застрявшего у станции «Бантам» Венелоа, — мы через своих агентов провели переговоры с его ближайшими заместителями и весьма банально купили у них право на проведение трех наших флотов по сети пиратских п-в-туннелей. Сумма, правда, им была выплачена астрономическая, но не стоит считать деньги в чужом кармане, не так ли, герцог? Пираты выполнили свою часть обязательств неукоснительно, к ним формальных претензий и быть не может, только вот господа из наших спецслужб ни на одно мгновение не заподозрили, что не они одни столь удачливы. Не берусь судить, чем прельстил пиратов Рэнд — тоже деньгами или как-то более изощренно, — но ему предоставили те же льготы. Располагая ими и в отличие от нас точными сведениями о планах неприятеля, графу Таллисто и его штабу не составило большого труда разработать и провести контрудар, поставивший Империю на грань краха. Все, пожалуй. Конечно, есть еще вопрос: является ли такое течение войны до некоторой степени совпадением, или это спланированная кем-то акция — но он остается открытым и оставляет большое поле для творчества. Поможет вам такая информация, герцог?