Александр Дихнов – Битва за Эгрис (страница 4)

Итак, заговор был раскрыт. Сообщив об этом Александру и Юлиану, я отправился отдыхать.

На следующий день общее собрание Клуба приговорило Диану к смерти, и в отнюдь не веселом состоянии духа мне пришлось отнести ей бокал с ядом…

После этих двух смертей в Клубе осталось двенадцать Человек, для освобождения же Гроссмейстера требовалось тринадцать… Совершенно неожиданно этот пробел восполнил Джарэт. Как ни удивительно, но серьезных разногласий по поводу новой Фигуры в Клубе не возникло…

Затем последовали полтора полных приключений дня, когда мы с Вотаном опытным путем выясняли недостающее поле в расстановке Фигур. В Форпост мы вернулись на похороны…

Я часто встречался со смертью, но никогда она не потрясала меня сильнее, чем трагедии Дианы и Кнута. Я знаю, что мне никогда не удастся вытравить из памяти лицо Дианы, такое прекрасное в спокойствии смерти, и за одно это сканкам не было прощения в моей душе…

Ну а затем наступила развязка, то есть мы приступили к освобождению Гроссмейстера и Вайара. Сразу же возник вопрос: кто будет осуществлять этот ритуал в Грезах? Претендовали на это Александр и Яромир, но, так как обряд был невозможен без Шпаги, решать пришлось мне. По ряду причин я предоставил выбор случаю… В итоге мы с Александром обменялись оружием, и Джарэт, используя лишь ему ведомые силы, начал расставлять Фигуры по Доске…

Волею случая я оказался на опушке леса на Богом забытой планете, где вскоре, оправдав мои ожидания, появился Альфред. Он был полон решимости уничтожить меня, разрушив тем самым наш замысел… В общем-то я желал его смерти не меньше, поэтому бой получился долгим, однако… Он был лучшим бойцом и правильнее распределил силы, я получил удар кинжалом в правый бок, и от смерти меня отделяло лишь мгновение. В этот миг я с безумной надеждой воззвал к своей Шпаге, и она пришла ко мне… Я убил Альфреда, пронзив ему горло, а потом потерял сознание…

Придя в себя, я отдал Шпагу Джарэту, дабы тот передал ее Александру – и вскоре на 12-м поле появилась Фигура Гроссмейстера…

…Тот момент до сих пор вызывал у меня чувство триумфа. Это была величайшая победа в моей жизни. Тем горше оказалось разочарование…

…По моей просьбе Джарэт переправил меня в Дагэрт, где, располагая гостеприимством Императора, я намеревался подлечиться и отдохнуть. Шли день за днем, со мной связывались практически все члены Клуба, они поздравляли меня, справлялись о здоровье, заверяли в дружбе… Меня вызывали все, кроме Гроссмейстера и его племянников. Наконец я не выдержал и поговорил с Александром сам. Он был предельно вежлив, но, когда я поинтересовался своей Шпагой, стушевался и принялся объяснять, что отдал ее дяде, следовательно, мне надо поговорить с ним… Ну, я, конечно, могу пользоваться его оружием, раз получилось так нехорошо… Послав его ко всем чертям, я связался с Илайджем, но и тот лишь извинялся и улыбался. Не сдержавшись, я попросил его передать, что посылаю подальше весь этот маразматический Клуб, а сам отправился в путешествие по приморским городам Пантидея…

…И вот теперь вновь попытка убийства, которая означает только одно: кому-то надо устранить меня до того, как случится нечто, что заставит меня снова вступить в игру!

Глава 2

Не знаю, насколько утро мудренее вечера, но браться за дело не выспавшись в мои привычки не входило, поэтому, только когда солнце уже приблизилось к полудню, я вернулся к обдумыванию очередного покушения на мою довольно прозаическую жизнь. Однако думать, собственно, оказалось не о чем, потому как я не располагал информацией по поводу последних действий Клуба или его врагов. Из тех же, кто мог бы мне помочь что-либо узнать, наиболее подходящим казался Юлиан, за внешней легкомысленностью которого скрывался острейший логический ум…

На какое-то мгновение у меня вновь возникло желание не ввязываться и лишь убраться подальше, но предчувствие подсказывало, что даже небольшое промедление может стать роковым, и, раскрыв Доску, я прикоснулся к Фигуре Шута. Контакт был быстрым, буквально через секунду туманный кокон преобразился в Юлиана, завтракающего в такой же гостиничной комнате, как и моя. Узрев меня, Юлиан на мгновение застыл с открытым ртом, но затем его лицо расплылось в улыбке.

– Рад вас видеть, Рагнар! Прошло немало времени после того, как Илайдж сообщил… э-э… о вашем решении покинуть Клуб, и я уж было думал…

– Полагаю, так бы оно и оказалось, – отрезал я. – Однако, как выяснилось, я все еще кому-то мешаю.

– Что-нибудь случилось? – Юлиан выглядел обеспокоенным.

Я коротко пересказал события вечера и поинтересовался:

– Не будет ли у вас каких-либо соображений по этому поводу?

Юлиан не отвечал слишком долго, поэтому я не удержался и добавил:

– Хоть что-нибудь: чье-то странное поведение или фраза…

Он рассмеялся.

– Вы меня не уважаете, Рагнар! Неужели за несколько месяцев я мог поглупеть настолько, чтобы не понять вас сразу? – И вновь замолчал.

Минуты через две-три он, видимо, пришел к какому-то выводу и сказал:

– Видите ли, с одной стороны, все вроде бы идет нормально – Гроссмейстер с жаром взялся за дело и отдает приказы, которые, как и прежде, – Юлиан весьма цинично усмехнулся, – выполняются беспрекословно. А с другой стороны, лично мне приказов не отдают.

– Хотите сказать, что так-таки ничего и не знаете?

Юлиан чуть не вспылил, но мгновенно взял себя в руки.

– Рагнар, я хочу сказать только то, что хочу сказать!

– Ну так и говорите! – Я был не в лучшем настроении, и эта игра словами мне поднадоела.

– Въедливый вы человек… Впрочем, вам явно не до шуток. Понимаете, мой милый, в данный момент мне просто хочется увидеть в событиях нечто, ускользнувшее ранее, потому как в противном случае… Судите сами, внешних врагов у Клуба сейчас нет, внутри Клуба командует один, совершенно определенный Человек. Случайность же или козни местных царьков в вашем случае просто отпадают…

– А Джарэт?

Юлиан пожал плечами.

– Наши с ним отношения изначально строились по принципу: он терпит мое присутствие, а я не сую нос в его дела. Но он отпадает… Вы, Рагнар, для него, грубо говоря, Человек его уровня, сравнимой с ним силы, а потому он никогда не унизится до того, чтобы подсылать к вам наемных убийц.

С этим трудно было не согласиться, и, на мой взгляд, в уравнении оставалось лишь одно неизвестное.

– Вайар?

– Ничего не знаю, ни разу не видел. Но на Эгрисе он вроде как не появлялся.

– Значит, все-таки Гроссмейстер, – скорее утвердительно, чем вопросительно, заметил я.

Обычно спокойное, даже безмятежное лицо Юлиана перекосило так, будто у него все зубы заболели разом.

– Да не верю я в это, черт возьми! Я очень хорошо помню все эти разговоры о том, что он мог переродиться, подчиниться сильнейшему разуму… И тем не менее это не так!

Я позволил себе усмехнуться:

– Как бы то ни было, если он пытался меня убить, то я и пытаться не стану. Я его просто…

– Вот что, – перебил меня Юлиан, – разберитесь в этом получше, а потом делайте выводы. Я постараюсь помочь вам… По крайней мере, в этом можете не сомневаться.

– Договорились.

Юлиан явно собрался прервать контакт, но вдруг передумал и с завидным хладнокровием заметил:

– Знаете, поговаривают, что Гроссмейстер очень интересовался вами… и Марцией. До встречи!

Марция! Я почувствовал себя идиотом. Действительно, пожалуй, единственное, что могло заставить меня вернуться в эту игру, была ее гибель. Следовало немедленно вернуться в Дагэрт!

Быстро открыв Доску, я уже совсем было прикоснулся к Всаднице Джейн, как вдруг, поддавшись безотчетному порыву, сомкнул пальцы на стоящей рядом Фигуре Гроссмейстера. Наверное, я все же не ожидал ответа, ибо, когда передо мной возникла мощная и прекрасно сложенная фигура, я невольно вздрогнул.

Несколько секунд мы молча изучали друг друга – Гроссмейстер и в самом деле был незаурядной личностью. Мужественное лицо с крупными правильными чертами, черные как смоль волосы, зачесанные назад, высокий лоб, глубоко посаженные глаза со странно пронзительным взглядом. Я невольно почувствовал к нему симпатию, ведь казалось, что даже от его изображения веет необычной силой и спокойствием. Неожиданно он заговорил:

– Что вам угодно, Рагнар?

– Не знаю. Наверное, я просто хотел взглянуть на вас, – честно ответил я, добавив про себя: «Своих врагов надо знать в лицо».

Он кивнул, словно я подтвердил какие-то его мысли, и заметил:

– Мне тоже интересно с вами познакомиться. Летние подвиги сделали вас легендой.

– Ага, – согласился я, – именно поэтому кто-то решил, что, как и всякая легенда, я буду хорош в прошлом.

Ни один мускул не дрогнул на его лице, лишь левая бровь недоуменно поползла вверх.

– О чем вы?

– Неважно. – Я вежливо улыбнулся. – Раз уж мы повстречались, не расскажете ли, чем сейчас занимается Клуб?

– Насколько я понял, вас это не интересует. – Ничего, ни единой эмоции. Этот Человек определенно нравился мне все больше и больше…

– Времена меняются.

– Что ж, извольте. В последний месяц на планете происходит что-то непонятное: неожиданно активизировались все варварские и полуцивилизованные народы, создается впечатление, что намечается широкомасштабная агрессия. Мы пытаемся разобраться в этом и предотвратить кровопролитие, если возможно.

Так вот, просто и понятно. Не сдержав иронии, я заметил: