Александр Диенко – Угроза. Серия «Следы Богов». Книга 4 (страница 11)

А что, кто-то пытался прутья перегрызть? Да был тут такой, прутья начал грызть, его повесили за порчу баронского имущества, вон на дереве болтается. Я посмотрел, куда указывал пальчик Ляли, действительно, там кого-то повесили. Начало темнеть. А скажи, Ляля, у тебя в тележке яд не завалялся? Яд сделать – дело нехитрое. Ну это кому как. А сможешь быстренько сделать яд, которым можно отравить пиво так, чтоб никто по вкусу не отличил, и желательно, чтоб не сразу сдох, а, скажем, прилёг сонный и умер. Могу ли я яд со снотворным смешать? Да легко. Есть план: ты, как стемнеет, вылезаешь из клетки, подходишь к своей тележке, делаешь яд и вливаешь его вон в те бочки, которые они на утро оставили для похмелья, а затем возвращаешься в клетку. Ляля, может, я бочки с пивом отравлю и убегу? Нет, трезвенники обязательно найдутся и догонят тебя легко, пускай думают, что их кто-то из своих отравил, а мы прикинемся, что спим. Ляля, есть проблема, а как из клетки выбраться? Вот это самое простое, замок на дверце весит здоровенный амбарный, но его конструкция настолько примитивна, что его не открыть сможет только человек совсем незнакомый с механикой. Ляля, то есть большинство его не сможет открыть. Я привык, что у всех есть как минимум среднее образование, но тут выходит, что да, немногие могут этот замок открыть. Стемнело, я просто пальцем отжал собачку, и замок открылся. Я тихонько открыл дверцу клетки. Ляля, твой выход, и вон там видишь, охранник плащ оставил лежать, накинь его, чтоб голым торсом не отсвечивать. Ляля, как заправский диверсант, выскользнула из клетки, метнулась к плащу, накинула его на себя и тенью скользнула к своей тележке. Вот тут прокол вышел, темно, ничего не видно, об освещении я как-то не подумал. Ляля погремела в тележке пузырьками и тень метнулась к бочкам с пивом, к одной, к другой, к третьей. Тень подбежала к клетке, положила плащ, где взяла, затем залезла в клетку, я повесил и защёлкнул замок, и мы, не сговариваясь, все сделали вид, что спим. Ролс не выдержал: «Ляля, ты там в потёмках ничего не напутала?» Нет, я всё содержимое в тележке могу закрытыми глазами найти. Я: «Тише, спите и не отсвечивайте». Начало светать, на поляну вышел горнист и начал дуть в кривую трубу, раздался противный звук на всю поляну, этот звук разбудит кого угодно, и мы тоже зашевелились. Из шатров, как зомби, начал выходить народ, кто шёл сразу к бочкам с пивом, а кто сначала в кусты, потом к бочкам с пивом. Кружки с пенным напитком разносили по палаткам и шатрам, процесс опохмела шёл полным ходом. Да, горазды они пиво хлебать. К нашей клетке подошёл егерь с ведром воды, выплеснул содержимое ведра в клетку и сказал: «Подъем, зайки, прыгать пора», и хохотнул, вот только что в такую рань спать так хочется. Ляля, а ты вздремни полчасика, никто не заметит. Егерь: «Действительно, пойду прилягу». Егерь ушёл. Ляля: «Вот гад, всех холодной водой окатил, и так с утра холодно». Сидим, ждём. Ляля: «Всё, наверно, никто больше не ходит, и звуков нет никаких, похоже, все сдохли, не было тут трезвенников». Я открыл замок, снял его и открыл дверцу клетки, вылез, потянулся, жрать охота. Затем из клетки вылез Ролс, а за ним Ляля, ну а потом два оставшихся узника, которые, как только вылезли из клетки, сразу побежали в лес. Ляля: «Вот примитивные создания, приборахлились бы, а потом только дёру давали». Ну что, пошлите собирать трофеи. Ляля, пошли, первым делом я постарался найти свои сапоги и нашёл, их уже присвоил конюх. Снял свои сапоги с конюха и понимаю, что всего за сутки этот конюх эти сапоги загваздал до такой степени, что надевать их противно, такое впечатление, как будто в них насрали, бросил их и пошёл себе искать другие сапоги, которые не хлюпают и из них не воняет дерьмом. Сапоги нашлись в палатке барона, хорошие такие охотничьи полусапожки из мягкой кожи и почти новые, а главное, чистые, надел их, и ходить стало проще, всё же я не привык ходить босиком. В палатке барона нашлось много подходящих мне шмоток, приоделся и пошёл к костру, где на вертеле всё ещё жарилась порядком обрезанная туша лося, отрезал от неё кусочек и понимаю, что мясо практически сырое. Ляля, ты готовить умеешь? Разумеется, может, приготовишь что пожрать? А что, вон жареная туша лося не подойдёт? Нет, не подойдёт, она практически сырая. Ты вот нарочно меня отрываешь от собирания трофеев? Нет, я уже всё собрал, шкатулку барона и его оружие я уже прикарманил. А в палатку мага заходил? У них, кстати, и маг был. Нет, не заходил, а что, там есть что интересное? Есть. Ты в заклинаниях разбираешься? Ну так, немного. Да, что там может быть интересного, тащи сюда, посмотрим. Ляля принесла посох мага и шкатулку с амулетами. Так, посмотрим, посох с приличным накопителем, руна сторожевая, что серьёзно, посох-сторожок, деградируют маги. Я выломал из посоха накопитель, а палку с рунами выбросил. Так, посмотрим, что в шкатулке, кстати, ты с мага все побрякушки сняла? Все. Какие были на нем? Она ткнула в амулет и перстень, так, посмотрим, защитный амулет средней паршивости, зато сам заряжается. Ляля, это мне подойдёт, и сразу одела его. Так, перстенёк, тут у меня возникли сложности с определением, по рунам выходило, что это перстень правды и откровенности, тоже сам заряжался. Ляля, вот это полезный перстенёк, и перстенёк исчез в ручках Ляли. На кой он тебе, для твоих пальчиков он великоват. Нечего, я его буду надевать незаметно и всю правду узнавать у разоткровенничавшихся личностей. Так, остальное, от сглаза, от порчи, от зависти и прочая мелочь. Ляля, нет, это можешь оставить себе. Вот спасибо, мы жрать когда будем? Сейчас приготовлю. Кстати, ты все бочки отравила? Да, всё, ни вина, ни пива не будет. Так, нужно заняться оружием, пошёл в лес, выкорчевал себе небольшую ёлку, притащил её на стоянку и начал делать себе посох. Обрубил ветки, вытряхнул землю из корней, промыл и начал заниматься художественной резьбой по дереву. В корни вставил накопитель и перешёл к нанесению рун, а точней, к примитивному рунному программированию, только текст приходилось вырезать на палке. За три часа управился с загадочными письменами, только вот проводимость эфира слабая. Ляля, ты в палатке мага серебряный порошок или медный не видела? Нет, но там была пробирка с золотистым порошком. И где эта пробирка? У меня. Ляля, отдай мне эту пробирку. А что мне за это будет? А что ты хочешь? Я хочу быть магиней. А поскромней желание есть? Есть, хочу быть молодой. А ещё скромней, в этой пробирке порошка на одну золотую монету, неужели ты думаешь, что всего за золотой можно молодость купить? Ляля подошла, протянула мне пробирку: «На, забирай, крохобор». Я подумал: «Кто тут ещё крохобор». Так, дело к вечеру, все разбираем арбалеты, к вечеру может подъехать телега с продуктами для барона, надеюсь, объяснять не нужно, что в живых никого оставлять нельзя. А сам пошёл в лес за смолой, набрал свежей смолы с ёлки, перемешал её с золотым порошком, хорошенько так размял и получившуюся липкую субстанцию начал втирать в вырезанные руны, состава хватило прям впритык. Так, хорошо бы лаком покрыть, но лака нет, наковырял ещё свежей смолы и ей покрыл посох, весь завозился в смоле, и руки к посоху прилипают, да, думаю, нечего, подсохнет, посох нормально будет. Вышел из леса, там Ляля с Ролсом сидят, едят, подошёл тоже, наложил себе из котелка, сижу ем. Ролс, что с трофеями будем делать? С собой заберём, прям вали всё на телеги. Нас по этим телегам сразу определят как убийц барона. И что, нас и так по-любому найдут, как я понял на примере навесного замка, яд тут могут сделать раз-два, и всё, нас вычислят практически сразу. Нет, вычислят Лялю практически сразу, а мы-то и не при делах. Ага, вот они все тупые, да, те крестьяне, которые утром сбежали, сдали нас с потрохами, ты думаешь, с чего я посох делаю! Понятно. Так что скрываться смысла нет, нужно занимать позицию хозяев. Это как? Мы элита, господа, весь мир дерьмо и должен нам всё без остатка, а барон, эта мелкая вошь, не оценила мою могучую волю и была наказана смертью. Кстати, тут я так понимаю, за всё смерть, так? Ну да, хотя нет, могут просто обобрать и на улицу избитого выкинуть. Понятно. Ночь поспим, а с утра выдвигаемся в город. Никто ночью не приехал, провиант не привёз, да и мы не особо бдели, завалились и спали без охраны, в общем, наша беспечность зашкаливала. С утра побросали всё на телеги, запрягли лошадей, и получилось у нас восемь телег и шестнадцать лошадей, а нас всего трое. Ролс, проблемка, нехватка народа. Значит, так, Ролс, скачешь в ближайшую деревню и обещаешь по серебряному, чтоб телеги и лошадей довести до города, нет, обещай два серебряных. Ролс, думаешь, кто согласится? Ляля, конечно, согласится, им-то что, сейчас пацаны набегут, телегой в деревне все умеют управлять. Ролс, ладно, поехал я агитировать. Посидели с Лялей у костра, она: «Может, нужно было трупы убрать?» Да плевать, чем больше трупов, тем больше у меня крутизны. Ляля, вон деревенские подтягиваются. Ну что же, приступим к представлению. Я залез на коня, взял свой посох и жду, когда народ дойдёт до каравана. Вот наконец дошли, толпа человек сорок, и я перед ними на лошади, и из толпы мужичок наглый: «Слезай с коня, вешать тебя будем». Я такой: «Кто сказал?» Толпа разошлась и показала на мужика пальцем, я, недолго думая, врезал по нему молнией, классно так сверкнуло, и обгорелый трупик мужичка упал на землю. Другой мужик посмотрел на дымящийся труп и сказал: «Куда повозки гнать?» В город Гронт.