Александр Дэорсе – Не так воспитан (страница 5)

Папа всегда говорил, что наглость не порок.

Главный что-то зарычал сквозь зубы. И его руки стали покрываться огнем. Эдак он и пожар устроит, поэтому я мысленно произношу заклинание – и ему сверху на голову падает поток воды, туша в зародыше огонь.

– Успокоились все! – звучит громкий голос от входа. – Смирно!

И удивительно, все как по команде выпрямились, опустив руки вдоль тела. Ну, почти все. Я все так же лежал на кровати.

– Иванов, на выход!

Это он кому?

– Иванов!

Хм, и все же кого он зовет?

– Иванов! – уже подойдя ко мне, этот человек указал пальцем на меня, а я, запрокинув назад голову как можно сильней, пытался рассмотреть человека, который, возможно, стоял за мной.

– Инсендио. Встал и пошел за мной, – все же выговорил мое имя этот человек.

Ну что ж, пойдем послушаем, чего мне скажут.

Глава 3

Вас когда-нибудь отчитывали за то, что вы в целом не понимаете? Если нет, то вам повезло. Мне в данном случае не повезло, так как меня отчитывали уже, наверное, час. В основном все сводилось к тому, что у меня недостойное поведение. Началось с того, что мне даже не предложили сесть, хотя стулья и были. Но тут я еще мог понять, скорей всего его статус был выше, но отец говорил, что выше статус, чем у него, я если и встречу, то не скоро. А посему спустя час я спокойно подошел и сел на стул.

И вот сев на стул и глядя на мужика, мне почему-то представилась большая рыбина на стуле. Очень уж было похоже на то, как ведет себя рыба, если ее вытащить из воды. Через минуту открывания и закрывания рта мужик проорал:

– Встать!

При этом мужик аж привстал с кресла.

– Сесть! – добавляю в голос силы, и мужик плюхается обратно в свое кресло, побледнев.

– Что ты себе позволяешь?! – чуть сдержанней, но все же обвиняюще вопрошает он.

– Я думал, мы тренируем командный голос, – пожимаю я плечами.

– Ты понимаешь, что я могу с тобой сделать? – уже более настойчиво спрашивает меня.

– А ты?

– Угрожать офицеру вздумал, щенок?!

– Пф, – звук вырывается сам собой. Ну не воспринимал я этого человека как опасного, да и по ощущениям я понимал, что он мне сделать ничего не сможет. Точнее может, но это, видимо, только с позиции своего статуса. А если его вызвать на поединок? И только я собрался это сделать, как дверь отворилась и в кабинет вошел еще один человек.

– Добрый день! Товарищ майор, вызывали?

– А, Лютиков. Полюбуйся, новый подопечный. Взять под стражу и поместить в карцер, – рявкнул сидящий в кресле.

Тут я не выдержал. Но мне на плечо падает рука того самого Лютика и сжимает его, а на мой прямой взгляд чуть заметно машет головой в отрицании. И глядя в глаза этому человеку, понимаю, что не стоит, так как проблем будет гораздо больше.

Так мы и покинули кабинет, а за дверью меня взяли в окружение еще парочка солдат и повели только им ведомым маршрутом. Мы вышли на улицу, прошли недолго по дорожкам, потом меня завели в здание, уже более основательное, и, в нем, поплутав по коридорам с пару минут, мы спустились в подвал.

И вот передо мной открывают дверь камеры, в которой, видимо, мне предстоит провести какое-то время. Ну что ж, посидим, подумаем. Меня втолкнули в нее легким толчком, после чего закрыли дверь, и сопровождающие удалились. Делать было нечего, камера была всего полтора метра на полтора, без каких-либо удобств, а единственный свет лился из маленького окошка двери. А в углу еще была, как я понял, дырка для отходов жизнедеятельности. Кидаю на тот угол заклинание из раздела бытовой магии, убирающей запах.

– Эх, видимо, судьба. Давно я не медитировал, – говорю вслух и устраиваюсь поудобней.

Первым делом я замедляю все процессы в своем теле, так как сидеть мне тут, видимо, предстоит долго, нужно экономить ресурсы. А далее я стал прогонять через себя энергию, как учили родители. Стараясь чередовать метод матери с методом отца.

Ко мне не заходили, несколько раз приносили что-то в миске и чашке, но все это выдавалось через маленькое отверстие внизу двери. Мне было лень прерывать медитацию, поэтому я на них не обращал внимания, продолжая накачивать источник энергией и гонять ее по телу.

По моему субъективному мнению, я так просидел четыре дня. На пятый день дверь открылась. В камере «дохнуло» ошеломлением и любопытством.

– Вставай.

Я проигнорировал обращение, так как заканчивать медитации резко не рекомендовалось, поэтому я стал аккуратно сбавлять интенсивность «волн».

– Эй, ты слышишь, – меня легонько пнули по ноге.

После того как мне пнули в третий раз, я завершил медитацию и открыл глаза. Передо мной стоял парень моего возраста, может чуть старше, с короткими светлыми волосами и угрюмым взглядом. Одет был, как и все до этого встреченные мне тут люди.

– Вставай! Тебя на ковер зовут.

Я не стал ничего отвечать, молча поднялся и посмотрел на моего визитера.

– Что? – не вытерпел тот.

– Я жду.

– Чего?

– Когда ты поведешь меня на ковер, – спокойно поясняю парню.

– А… э… пошли.

Выходя из камеры, столкнулся еще с двумя парнями, держащими в руках носилки. Не придав этому значения, решил получше запомнить дорогу от камеры до «ковра». В итоге прошли мы не так много, всего лишь поднялись на второй этаж и зашли в самый дальний кабинет.

Войдя в кабинет, я увидел сидящего за столом Лютикова. Оглядев сам кабинет, пришел к выводу, что этому человеку чужда роскошь. Что в целом положительно влияет на мое к нему отношение.

– Присаживайся. И давай по порядку.

Я лишь киваю головой.

– Меня зовут Лютиков Евгений Дмитриевич, и теперь я твой куратор.

– Что значит куратор? – перебиваю я.

– Эм… кхм. Куратор – это тот, кто наблюдает за тобой и следит, чтоб ты правильно учился и не допускал ошибок, а также помогал тебе.

– Понятно. Наставник.

– Не совсем, но близко к этому. Итак, я действующий офицер Российской армии в звании капитана.

– Капитан это много или мало? Сколько воинов в подчинении? – опять я перебиваю.

– Так! Стоп! Давай я сначала все расскажу, а уже потом будешь задавать вопросы.

Я лишь опять кивнул головой.

– Отлично. Ты сейчас находишься на территории военной академии, где обучаются одаренные. Обучаться тебе тут пять лет.

– А если я не хочу? – я опять перебиваю его.

– Увы. Но покинуть это заведение ты сможешь только в одном случае, и ничего хорошего в нем нет. Доходчиво поясняю?

Опять киваю головой.

– Так вот, после окончания академии ты становишься офицером армии России со всеми вытекающими отсюда обязанностями. Отслужить обязан еще семь лет и после волен делать что хочешь. Понятно?.. Вижу, что понятно. Далее, я слышал, на чем основывался твой конфликт, так вот, поясняю. Тут есть определенный свод правил, зовется уставом, в нем также прописан распорядок дня и описаны моменты, когда и что можно делать. Как только мы с тобой закончим общаться, тебя проводят к складу, где выдадут форму, а далее ты пойдешь в учебную аудиторию и будешь зубрить устав.

– Чем мне грозит несоблюдение правил? – уточняю.

– Камеру видел? Будешь там находиться за каждое нарушение.

– Пф, – ухмыляюсь я. – Напугали.

– Еще накладывается штраф и лишение отгулов. А также трудовые работы в не самых приятных местах.

– Отхожие места?