Александр Демьянов – Долгая дорога домой (страница 16)

Это был обычный пассажирский глайдер, вроде тех, которые совершали трансорбитальные рейсы во все уголки планеты или доставляли пассажиров на космические станции на орбите. Его посадили во вполне комфортное кресло, по бокам устроились конвоиры, вооруженные дубинками нейрошокеров. Так они просидели минут сорок, пока на борт не доставили еще одного заключенного, здоровенного черного парня, в таком же оранжевом комбинезоне, как и у него. Когда того проводили мимо, здоровяк бросил на Сергея изучающий взгляд, заметил татуировку у него на левой руке и прищурил свои глаза. Сергей с удивлением отметил, что они у здоровяка разного цвета, один карий, другой ярко зеленый. Чернокожего посадили чуть впереди, и он разглядел у того на бритом затылке три девятки. «Из „Девяток“ значит, и понял, что я из „Святых“, — подумал он, — Ну, ну, теперь то мы все в одной лодке».

Больше, видимо, никого не ждали, аппарель захлопнулась и они взлетели. В иллюминатор было видно, как уменьшается город, они взлетали все выше, пока синеву неба не сменила черная, кажущаяся пустота космоса. Сергей с самого помещения в приют не покидал планету, хотя до этого рос на станции, и сейчас на него нахлынули эмоции и воспоминания, перебив все остальные чувства.

Глайдер развернулся, и в иллюминаторе на миг мелькнула часть космического терминала. «Значит, все-таки полетим куда-то дальше, а не просто на другую сторону планеты», — подумал он. Видимо получив разрешение от диспетчера, они пристыковались к станции. Сергея с чернокожим здоровяком повели на выход, где к конвоирам присоединились четверо вооруженных сотрудников безопасности терминала. В придачу к скованным рукам, на них надели силовые пояса, которые были связаны с кольцами в руках конвоиров, взяли «в коробочку», и куда-то повели коридорами. Встречающиеся по пути сотрудники терминала испуганно прижимались к стенам, с опаской глядя на заключенных в оранжевых робах. Через несколько поворотов их вывели в общий зал, видимо другого пути не было. По просторному помещению передвигались многочисленные пассажиры, одиночки и семьи, направляющиеся на какой-нибудь дорогой инопланетный курорт.

— Расступитесь, идут смертники! Смертники идут!

От криков конвойных, впереди них и по бокам мигом образовалось пустое пространство, звуки вокруг притихли. Обыватели со страхом и любопытством смотрели на заключенных, пока их вели по образовавшемуся коридору, в основном, конечно, все внимание доставалось черному здоровяку. Некоторые перешептывались между собой, кто то показывал на них пальцем. «Наверняка еще записывают, а потом будут хвастаться своим знакомым», — с неожиданной злостью подумал Сергей. Здоровяк видимо думал так же, потому что резко дернулся в сторону толпы, свалив с ног конвойного, и издал громкий… то ли крик, то ли рык, даже Сергей немного опешил, а зеваки подались назад, кто то даже упал, раздалось несколько женских вскриков. «Девятку» ударили нейрошокером по ноге, он присел от боли, но его подняли и повели дальше. Наконец их вывели из зала, опять пошли технические коридоры, пока они не зашли в док, их завели по наклонной аппарели на какой-то корабль и передали из рук в руки вооруженным людям в тяжелых закрытых бронескафах.

«Десантники, — понял Сергей, — как в том фильме».

— Добро пожаловать на борт, мясо. Его вам любезно предоставило федеральное правительство, а мы будем осуществлять вашу охрану, чтоб не пострадали, не дай бог, — засмеялся один из них, по-видимому старший, со знаками отличия майора, из динамиков шлема его смех звучал механически и безжизненно. В руках у него были ошейники, он поочередно подошел к заключенным и надел их им на шею. Дергаться не было смысла, подчиненные офицера держали их на прицеле.

— Меня зовут майор Ралли, но обращаться ко мне запрещаю, раскрывать рты вы можете только тогда, когда вас спрашивают. Отвечая на вопрос, добавляете «сэр».

— Ты, — ткнул он в чернокожего, — как тебя зовут?

— Том Джонс, — сказал здоровяк, и, секунду помедлив, добавил, — сэр.

— Неправильно, мясо, — сказал майор, и здоровяк вдруг упал, жутко корчась от боли.

— Тебя зовут объект 913 дробь 338, и именно так ты должен представляться.

Том лежал на полу, тяжело дыша.

— Ты, — ткнул он в Сергея, — как тебя зовут?

— Объект 913/337, сэр, — сориентировался он.

— Правильно, умное мясо.

Сергея вдруг скрутила жуткая боль, он упал, дергаясь в муках, но кричать не мог, легкие сдавило спазмом, он бы, наверное, обмочился от боли, если бы мог, но тело свело судорогой. Через несколько секунд, показавшихся ему вечностью, все закончилось.

— Это в порядке ознакомления, так сказать. Выполняйте все распоряжения расторопно и в точности, не доставляйте проблем, тогда у команды не будет повода включать нейроошейники вновь. Снять их не пытайтесь, умрете. Также они блокирует проявления пси активности, так что не надейся, что твои колдовские штучки тебе помогут, — посмотрел он на Сергея, — Встать.

Он поднялся на ноги, здоровяк поступил так же, никто из них не хотел пережить эти ощущения вновь.

— Вас проводят в камеры, где вы пробудете до конца полета, — сказал майор, развернулся и ушел.

Десантники окружили их и повели куда-то в глубь, по-видимому, малого транспортного корабля, пока не остановились у двери с надписью «камера?5». Дверь отъехала, их затолкали внутрь, предварительно сняв силовые наручники и пояса, и дверь закрылась за ними.

Восемь двухуровневых коек и утилизатор в углу были единственными предметами обстановки в камере. На вновь прибывших смотрели шесть пар глаз таких же заключенных в оранжевых робах, как и они.

— О, новеньких привели, — сказал один из них, татуированный латинос лет тридцати. — Вы откуда?

— Сан-Квентин, — ответил Сергей, устраиваясь на ближайшей свободной койке, подальше от утилизатора.

— Да и я оттуда же, — сказал Том, тоже выбирая себе койку.

— Это где-то на южном полушарии вроде?

— Нью-Даллас, — коротко ответил он.

— А, понятно, а мы вот все с северного, уже сутки тут маринуемся. А вас за что?

— Дорогу перешел в неположенном месте, — сказал Сергей, такие вопросы в их среде обычно не задавали, тем более вот так в лоб.

— Ты че дерзишь, парниша, — встал с койки латинос, по-видимому, за сутки он успел подмять под себя всех в камере, остальные молчали.

«Вот же, собрались одни смертники, а все равно нашелся кто то, кто сумел их построить», — подумал он.

— Может ты маньяк-насильник какой, мы уснем, а ты кого-нибудь того. Обзавись, кто ты есть.

— А ты сам-то кто такой? Может легаш? Слишком много вопросов задаешь, — Сергей был на взводе после испытанной боли от нейроошейника, да и подчиняться не хотел, поэтому намеренно провоцировал конфликт.

Латинос резко прыгнул на него, хотя он и был готов к чему-то подобному, но среагировать все равно не успел. Удар в грудь ногой отбросил его в сторону, он упал на пол, задыхаясь, мелькнула мысль, что тот слишком быстрый и сильный, наверняка модификант.

— Когда Дон Салазар спрашивает, ты отвечаешь, понятно, гринго?

Он подошел к Сергею и несколько раз ударил его ногой, Сергей, как мог, закрывался руками.

«Только один шанс, иначе он меня забьет», — понял он.

Он сделал вид, что хочет что-то сказать, но ему не хватает воздуха, да почти так, собственно, и было.

— Не слышу, гринго? — наклонился над ним Салазар.

Он собрал все силы и ударил его правым кулаком, целясь в гортань. Что-то хрустнуло под его рукой, латинос отшатнулся, схватившись за горло, и упал на колени. Лицо его покраснело, он хрипел и не мог дышать.

Сергей, пошатываясь, поднялся на ноги, раздумывая, добить того или не стоит, все-таки модификант, вдруг оклемается и встанет, но решение он принять не успел. Его вдруг охватила уже знакомая боль, он опять упал и принялся кататься по полу, а боль все не уходила и, когда он уже думал, что не выдержит, пришло спасительное беспамятство.

Очнулся он все в той же камере, лежа на кровати. Сокамерники рассказали ему, что после того, как он вырубился, вошли десантники и забрали с собой задыхающегося Салазара. По-видимому, в медотсек, но назад он не вернулся, и Сергей больше его никогда не видел. Вообще было понятно, почему латинос тут всех строил, даже не смотря на то, что тот был модификантом, в камере собрались не слишком агрессивные люди. Ну, кроме него и Тома, наверное. Один продавец аэрокаров, убивший свою жену с любовником. Хакер, взломавший транспортную сеть столицы, из-за чего в авариях погибли 37 человек, Сергей даже вспомнил, что видел сюжет об этом по голо. Двое мелких торговцев наркотиками, которые добавляли в свою дурь какую-то химию, чтоб лучше вставляло, в результате чего погибли люди. И доктор, продававший качественные лекарства на сторону, заменяя их контрафактными, что тоже привело к чьей то гибели.

В такой веселой компании Сергей и провел все время полета. В первый же день он сам подошел к Тому и завел разговор о бандах и их отношениях, что все это осталось там, на воле и в тюрьме. Тот с ним согласился, кажется, на него произвело впечатление то, как он разобрался с латиносом. Вряд ли здоровяк испугался, просто принял как своего, все же земляки, и войн между их бандами давно не было. Ни Том, ни Сергей не распространялись о том, что их сюда привело, в отличие от других попутчиков, а вообще здоровяк оказался неплохим парнем, знал много анекдотов и весь полет шутил, не унывая сам и не давая падать духом другим.