Александр Демидов – Товарищ Грейнджер (страница 20)

Минерва восторженно взглянула на своего кумира. Снейп беспардонно схватил палочку и стал ее вертеть с таким выражением лица, будто искал подвох.

— Как видите, профессор Снейп, обычно я бываю прав. Думаю, нам надо допросить виновного, вы так не считаете? АКЦИО ВОЛШЕБНИК.

Снейпа дернуло в воздух, и он упал под ноги Дамблдору.

— Альбус! — вспыхнул он. — Это возмутительно!

— Прости, Северус, я ошибся, но другого варианта все равно нет. Впрочем, раз уж ты рядом, заклинание на тебя больше не подействует. АКЦИО ВОЛШЕБНИК!!!

Ничего.

— Может, у него вторая палочка, и он аппарировал? — осторожно заметила МакГоннагалл — Или это ведьма… — после этих слов она поспешила подойти к Дамблдору.

— Ну что же, проверим… АКЦИО ВЕДЬМА!!! Похоже, что-то есть! — возбужденно заметил он.

Сделав замысловатое движение палочкой, Дамблдор швырнул сквозь коридор на улицу следящее заклинание, которое прилипло бы к любой ведьме, оказавшейся поблизости, ну, кроме Минервы. Не так надежно, как накладывать непосредственно на человека, зато, если использовать Бузинную Палочку, результат более чем удовлетворительный.

Через пару секунд он понял, что его попытка удалась и снова улыбнулся:

— Я наложил на преступницу следящие чары, и даже если она не появится тут, то ты, Северус, поможешь найти ее… Все, ушла, — огорченно вздохнул он, почувствовав срыв Манящих Чар. — Теперь только это и остается. Видимо, у нее была все-таки вторая палочка, и она аппарировала. Пожалуй, пора и нам, стоит поторопиться, прежде чем она заметит на себе мои чары.

Но когда он попытался сделать это, то понял, что вокруг зоопарка установлен антиаппарационный купол. Как же ушла эта ведьма?!

Найти ответ на этот вопрос ему не дали. Рядом внезапно возникли авроры, которым купол не стал помехой, а в Дамблдора, МакГоннагалл и Снейпа полетели оглушающие заклинания, которые никто из преподавателей, кроме самого директора, не попытался отразить. У МакГоннагалл не было палочки, а Северус не смог быстро воспользоваться чужой.

— Остановитесь! Я — Альбус Дамблдор, — воскликнул он, заблокировав обезоруживающее заклинание.

Авроры перестали швырять в него проклятиями, но палочки держали наготове.

— Эдвард Пайс. Если вы действительно тот, за кого себя выдаете, то сдайте палочку, сэр, — распорядился молодой аврор.

Директор помнил его, вроде бы он был магглорожденным хаффлпаффцем. А, значит, не стал бы радостно слушаться Лидера Света, как сделал бы гриффиндорец. Со вздохом Дамблдор повиновался. Если его победят в поединке, то Бузинная палочка поменяет владельца, а если он станет серьезно сопротивляться, то у него будут проблемы с законом.

— Итак, сэр, вам вменяется нарушение Статута секретности, — он покосился на Петунию, Дадли и Гарри, — пункта семнадцать и, возможно, двадцать восемь. Нам придется вас задержать… Ого, да вы в поле зрения видеокамер колдовали? Тогда точно двадцать восьмой пункт.

— Молодой человек, возможно, вы не расслышали. Мое имя Альбус Дамблдор. Я глава Визенгамота. И кто такие эти камеры?

— В любом случае, вам придется отправиться с нами, кем бы вы ни были. Хотя бы лекцию прочтем о маггловских средствах наблюдения, — натянуто улыбнулся он. — А то потом заводятся уфологи всякие. Только сейчас проверим магглов. Такова процедура.

— В этом нет необходимости, — быстро ответил Дамблдор.

— Необходимости, может, и нет, а обязанности есть. Знаете, мадам Боунс не оценит, если мы ими пренебрежем. Да и о Статуте секретности позаботиться надо… Это быстро, потом будем разбираться с вами.

Альбус примерно представлял, чем кончится проверка Дадли, но помешать не мог. То есть мог, но маггл того не стоил, все равно никто из его людей виновен не был. Единственное, чему Дамблдор был рад — не пришлось стирать память Поттеру лично, это за него сделали авроры. А, значит, Минерва не посмеет предъявить претензий. И не придется стирать память ни ей, ни Снейпу.

— Ого! — авроры добрались до Дадли. — Мистер Дамблдор, потрудитесь объяснить наличие остаточных следов Империуса на этом мальчике.

— Это не мы.

— Разумеется, разумеется… — рассеянно ответил он, водя своей палочкой над Бузинной. А потом он перешел к той палочке, которая была до сих пор зажата в руке Снейпа.

Его лицо осветилось злорадством. Все-таки профессора зельеварения неслизеринцы очень не любили. И, как будто ему было мало достигнутого, он закатал Снейпу рукава.

— Упиванец-рецидивист! Вяжи их, ребята!

В Дамблдора веревки полетели в первую очередь.

Глава 10

Заявление матери о том, что в Хогвартс Катя не поедет, не стало для той внезапным, наоборот, нечто в этом роде она и ожидала услышать. Тем не менее, речь шла о магической школе, куда девушка очень хотела попасть, так что выслушивать подобное безапелляционное утверждение ей было неприятно, и смиряться даже с ожидаемым демаршем она так просто не желала. Да, возможно, ее сумеют переубедить в ходе спора, но слепо соглашаться нельзя. Приказ старшего по званию — это одно, он не обсуждается, а родители — это всего лишь родители, причем Кате-то они даже не совсем родители. Пусть она допускает, что мать права, запрещая учиться в Хогвартсе, сама она тоже имеет право как на мнение, как и на его отстаивание.

От Кати ждали ответа. Она не стала разочаровывать Ричарда и Джейн молчанием.

— И почему же? — тихо сказала Катя.

— Ты еще спрашиваешь?! — взорвался отец. — Тебя на наших глазах попытались похитить, притом с помощью волшебства! Средь бела дня! Каково, по-твоему, было нам? Гермиона, ты что, и правда рассчитываешь, что мы отпустим тебя в школу, где твоим окружением будут одни только волшебники? Нас там не будет, чтобы вытащить тебя в следующий раз! Тебя некому будет защитить! А мы хотим, чтобы ты вернулась домой, вернулась целой и невредимой. Поэтому ты никуда не поедешь, — для верности он стукнул кулаком по столу.

Катя помолчала. Она понимала и мать, и отца, но не была уверена, правы ли они, и если да — то насколько. Это она и пыталась сообразить.

Похитить, положим, никто Катю не пытался. Ее пытались задержать, и причиной тому — использованный Империус, а не ее происхождение или что-то подобное. То есть, ожидать, что ни с того ни с сего ее вновь куда-то потянут манящими чарами, не приходится: нужна веская причина. Но кто хотел ее задержать, и чем в связи с этим поездка в Хогвартс или отказ туда ехать грозит ей в будущем?

Допустим, вмешались авроры. Если именно это случилось, то разницы, поедет ли она в Хогвартс, нет, ее могут как задержать, так и упустить независимо от собственных действий. Нужно только не попадаться им на глаза в ближайшее время, а в Хогвартсе, между прочим, шанс столкнуться с ними минимален.

Вот только Катя не верила, что это были авроры, иначе, что среди них делала профессор МакГоннагалл? Она преподаватель Хогвартса, это не ее дело. А ее сопровождающие? Главарь — подозрительно бородат, точь-в-точь как портрет Дамблдора, вполне вероятно, что это директор Хогвартса и есть, а МакГоннагалл с третьим колдуном состоит в его свите. Вот и получается — вместо авроров явился Дамблдор со свитой. Поэтому нельзя сказать, что все равно, ехать или нет.

Значит, Дамблдор… Почему его реакция на Империус оказалась такой запоздалой? Катя баловалась с этим заклинанием довольно долго. Неужели причина в том, что Империус наложен на человека? Тогда с чего бы именно Дамблдору на это реагировать? А если и реагировать — то можно же позвать тех же авроров, вместо того, чтобы все делать самому. Значит, на этом Дадли Дурсле какое-то диагностическое заклятие, которое и следит за его состоянием, а Дамблдор заботится об этом мальчишке. Но зачем он ему? В общем, тупик — все упирается в исключительность Дадли.

Ладно, подойдем с другой стороны. Стоит ли ехать в Хогвартс — зависит от того, раскрыта ли личность нарушительницы и могут ли Катю заподозрить уже там. Первое вряд ли, иначе не было смысла сразу тянуть ее манящими чарами, всполошив, когда можно спокойно оставить дома засаду. Следовательно, Дамблдор не знает, кто так поразвлекался. А вот могут ли Катю раскрыть позже — это вопрос серьезный. Скорее всего, риск есть, но он невелик. В худшем случае, то, прочитав память свидетелей, можно увидеть, как она протягивает руку к тигру именно в тот момент, когда начинается «представление». Хотя и можно заподозрить маленькую девочку, вряд ли бывают настолько большие параноики, скорее наблюдатель подумает, что это она так показывает на тигра в удивлении. И потом, потерянная волшебная палочка — это улика, которая не могла принадлежать Гермионе Грейнджер, и которой у той нет, значит, все свалят на взрослого волшебника. Отсюда вывод: Хогвартс условно-безопасен. Это не значит, что с ней применения Империуса не свяжут во время какого-нибудь мозгового штурма, только ведь для проверки нужно нечто большее, чем идея, которых будет несколько десятков. И потом… Если она вдруг откажется ехать в Хогвартс, а ее присутствие в зоопарке откроется, так будет даже хуже.

Катя приняла решение. Ей придется ехать в Хогвартс, даже если бы она не желала этого.

— Мам… Ты же понимаешь, что сопротивляться им можно только магией же? Если не убивать, а всех не перебьешь. Ну, то есть, это очень трудно.

Она не врала, всего лишь не сказала о собственных противоправных действиях и о том, что это они и только они могли заинтересовать Дамблдора, который и пытался ее схватить, а раз так — ничего особенного ей не грозит теперь, когда заподозрить именно ее сложно.