Александр Делинский – Тени под куполом. Город под куполом (страница 12)
Позади снова ожил звук. Турели пытались включиться.
– Быстрее! – Огнар бежал впереди, как зверь. Его спина дрожала, дыхание было рваным. – К выходу!
Мы мчались.
Сирены выли, красный свет бил в глаза. Витрины взрывались от ударов, осколки летели в лицо.
– Они закрывают сектор! – крикнул Рун. – Двери опускаются!
Я посмотрела вперёд. Металлические заслонки медленно сползали сверху, перекрывая коридор.
– Нет! – закричал Мик. – Мы не успеем!
Я вцепилась в его руку.
– Успеем, – прошептала я. – Должны.
Мы бросились вперёд.
Металлические заслонки опускались всё ниже. Гул металла гремел, словно удары колокола, отмерявшего последние секунды нашей жизни.
– Быстрее! – рявкнул Огнар, срывая голос. – Вперёд, иначе нас раздавит!
Мы мчались по коридору, воздух резал горло, ноги вязли в крови и пыли.
Впереди первый охотник нырнул под заслонку. Следом ещё двое.
Я сжимала руку Мика так, что пальцы немели. Его дыхание сбивалось, он спотыкался, и я тащила его за собой, как могла.
Заслонка опускалась. Пространство сжималось.
– Давай! Мик, быстрее!
Он прыгнул. Я толкнула его вперёд.
И в этот миг его мешок зацепился за край металла.
– Лена! – его глаза метнулись ко мне.
Заслонка давила, металл скрежетал.
Я бросилась на колени, вцепилась в ремень.
Мир исчез. В голове вспыхнул белый свет.
Я рванула. Ремень лопнул, мешок остался по ту сторону, прижатый, как дохлая муха.
Мы перекатились вместе. Заслонка захлопнулась за спиной с грохотом.
Мик тяжело дышал, его лицо было белым. Он схватил меня за щеки, смотрел так, будто видел впервые.
– Ты… – его голос дрожал. – Ты снова могла погибнуть.
– Мы все можем тут погибнуть, каждую минуту, – выдохнула я, и улыбка сорвалась с губ, больше похожая на судорогу.
Мы поднялись. Коридор снова ожил сиренами. Красный свет бегал по стенам.
Огнар собрал людей, считал.
– Минус трое, – сказал он глухо. – Но мы идём дальше.
Никто не спорил. Никто не плакал. Все знали цену.
Мы выбрались на широкую галерею. Стеклянный потолок был разбит в нескольких местах, сквозь трещины сочился лунный свет.
И вдруг – всё остановилось.
На гигантском экране, занимавшем половину стены, вспыхнул свет.
Картинка была чёткой, как живая.
Сергей Волгин.
Харизматичное лицо, холодные глаза. Он стоял в зале атриума, вокруг него – флаги и символы Москвы.
– Граждане, – его голос разнёсся эхом. – Не поддавайтесь панике. Купол защищает вас. Город защищает вас. Мы рядом.
Он говорил мягко, но каждое слово было ледяным.
Я не слышала слов. Я смотрела на его глаза.
И казалось, он смотрел прямо на меня.
– Мы видим вас, – сказал он вдруг, и уголки его губ дрогнули.
Я вздрогнула. Сердце провалилось вниз.
Экран погас.
Тишина стала страшнее выстрелов. И мы побежали дальше, уже на выход.
Часть 5
Холод ударил в лицо, как только мы вырвались из коридора на предворотную площадь. Казалось, город выдохнул нам навстречу, и этот вдох был тяжёлым, пропитанным металлом, гарью и каким-то особым, неуловимым страхом. Мы знали: времени мало. «Окно», созданное пробоем в куполе, держалось недолго, и открывали его с определенным промежутком времени, те что остались за периметром каждая секунда тянулась, словно капля на лезвии ножа. Если оно закроется – мы окажемся в ловушке, и придется ждать нового открытие, которого мы можем и не дождаться.
Сирены выли за спиной, словно сам город жаловался на боль. Их гул сливался с топотом наших ног, и я чувствовала, как сердце отбивает тот же ритм: быстрее, быстрее, ещё шаг. Я старалась не оглядываться. За спиной оставались коридоры, тела, отблески витрин, запах крови и пластика. Впереди – единственный шанс выйти.
– «Окно» закрывается! – крикнул один из охотников, молодой, с лицом, изрезанным шрамами. Его голос надрывался, и в нём звучала паника.
– Вперёд! – Огнар вскинул руку. Его голос не дрожал, хотя в глазах плескалось то же, что и у нас всех – страх и ярость. – Вперёд, иначе сгинем тут!
Мы рванули дальше, каждый шаг отдавался ударом в висках. Я вцепилась в руку Мика, таща его за собой, хотя он пытался тянуть меня, защищать, заслонять своим плечом. Его дыхание сбивалось, губы пересохли, но он не отпускал меня.
И тогда я ощутила – не просто увидела, а именно ощутила – как купол повернул ко мне лицо. Его поле впереди мерцало, рябило, как натянутая кожа, и в этом ряби было что-то живое. Голос прорезал пространство внутри моей головы – глухой, тяжёлый, будто звук шевеления камней:
Я споткнулась, сердце сжалось.
Я стиснула зубы, проглотила крик. Мик заметил мой рывок, крепче сжал мою руку.
– Лена! – его голос прорезал гул, резкий, хриплый. – Держись! Мы почти у цели!
Внутри всё переворачивалось. Купол видел меня. Купол знал меня. И он не просто наблюдал, он говорил со мной.
Мы почти добрались до ворот. И именно там нас ждали.
Из тени, что лежала у подножия стены, вышли они. Стражи.
Не люди.
Высокие, угловатые, их броня блестела чёрным зеркалом в свете сирен. Красные линзы глаз вспыхнули одновременно, и воздух стал гуще. В руках – копья с трещащими разрядами, электричество танцевало по ним, словно живые змеи.