Александр Чивилев – Война в пустоте. Книга вторая (страница 4)

– Госпожа Ву, мы готовы к старту, – сообщил из кабины пилот.

– Хорошо, можете взлетать, – устраиваясь в кресле, ответила Кристин.

Она едва ощутила момент, когда включился двигатель – так тихо он работал. Не было ни вибраций, ни шума, что всегда сопровождали взлет обычных челноков – лишь тихий отдалённый гул, да небольшое ускорение говорили о том, что космический аппарат пришел в движение. Как и планировалось, перелет занял чуть меньше двадцати минут. Незадолго до приземления, губернатор вновь перевела экран пассажирского салона в режим отображения внешнего вида. Картина была поистине фантастическая: они парили над Луной на высоте полутора десятка километров. Создаваемая дисплеем иллюзия открытого пространства была столь реалистична, что у Кристин перехватило дыхание. Справившись с накатившим на неё приступом агорафобии, она принялась с любопытством оглядывать завораживающий пейзаж: повсюду, куда хватало глаз виднелись горы северного приполярного региона. Острые серые вершины вздымались в безвоздушные небеса, меж ними непроглядной тьмой чернели провалы расщелин и кратеров, в которые никогда не ступала нога человека. «Столько пространства и так мало людей, – подумала Кристин. – Интересно, станет ли этот мир когда-нибудь нашим полноценным домом, каким была Земля?»

Двигатель вновь включился, и спустя несколько минут, опоры челнока коснулись грунта неподалёку от главного шлюза колонии Чамран. Небольшое поселение, располагавшееся в без малого тысяче километров от Сан-Кристобаля, до войны принадлежало Ирану, а после перешло в число независимых. Невзирая на сравнительно маленькое население – меньше трёх сотен человек, колония, лишившись поддержки со стороны сгинувшего правительства Исламской Республики, смогла-таки адаптироваться под сложившиеся условия и пережить Катастрофу. Сейчас главной статьей её доходов, были различные химикаты, синтезировавшиеся в роботизированном заводском комплексе. Для ЛСР, «Чамран» была ценна главным образом тем, что помимо всего прочего в ней производились различные виды взрывчатых веществ включая оружейный порох, а также сельскохозяйственные удобрения, которые использовались в агрокомплексах Сан Кристобаля и Доуза. Выгодным отличием этого поселения от других ему подобных было то, что его производство практически не зависело внешних поставок, большая часть необходимых ресурсов добывалось прямо здесь же, в расположенных неподалёку от станции карьерах. Как и многие другие независимые колонии, Чамран торговала с Республикой, выменивая свои химикаты на еду, воду и различное оборудование, однако, для властей ЛСР этого было мало. Их главный противник в лице «Юнайтед Аэроспейс», активно переманивал на свою сторону наиболее развитые из малых колонии. Те, из них, кто соглашался заключить союз с Кларком (а таковых было большинство) становились под его протекцию, они обязывались прекратить все связи с ЛСР, и впустить на свою территорию вооруженный контингент ЮАС, обязанностью которого являлось обеспечение не только безопасности, но и контроля за деятельностью местных администраций. Разумеется, Республику это не устраивало, а потому она действовало симметрично, хотя и намного более жестко: покуда ЮАС добивалась своего за счёт дипломатии, ЛСР использовала силу. Чэн и его правительство считали этот подход более простым и выгодным, и отчасти были правы. Захватывая одно поселение за другим, Лунная Социалистическая Республика расширяла свою сферу влияния быстрее нежели ЮАС. Однако, вместе с ростом территории, росла и численность жителей, враждебно настроенных к властям. Комитет внутренней безопасности и служба поддержания правопорядка активно работали в этом направлении, выявляя и уничтожая наиболее опасных смутьянов, и держа в страхе население новообретённых территорий, однако, как полагала Кристин Ву, это не могло продолжаться вечно. Если политика Чэна в отношении так называемых «неграждан» не станет более мягкой, то неизбежно последует взрыв, который может не только разрушить созданную им страну, но и стереть с лица Луны и сам Ливей. Кристин не хотела допустить этой катастрофы, она любила этот город, даже не взирая на то, во что он сейчас превратился. Кроме того, несмотря на то, что губернатору были противны те методы, которыми действовал верховный председатель, сама идея ЛСР, в целом была ей по душе. Стремясь свергнуть Чэновскую хунту, она отнюдь не собиралась разрушать Республику, но намеревалась изменить её, преобразовать во что-то лучшее. Создав на её основе по-настоящему справедливое государство, губернатор хотела претворить в реальность тот социалистический рай, о котором с упоением рассказывали прикормленные действующими властями пропагандисты. Но это всё в будущем, а сейчас, для начала следовало взять под контроль назревающую революцию.

Спустившись по трапу на пыльную лунную поверхность, Кристин Ву и Ляо Мин направились в сторону шлюза, возле которого их уже поджидал небольшой отряд спецназа.

– Госпожа губернатор, добро пожаловать в Чамран, – выступив ей навстречу произнёс Дин И, командир подразделения.

– Майор Дин, – кивком поприветствовала его чиновница.

Этот опытный и бесспорный талантливый офицер внушал ей страх. Будучи одним из ближайших соратников Чэна, он верно исполнял любые приказы верховного председателя, не гнушаясь при этом никаких зверств. За глаза этого человека именовали мясником и прозвище это было вполне заслуженным. Возглавляемый им отряд захватил уже немало независимых поселений, включая и сам Сан-Кристобаль, где сейчас находилась столица Северных Территорий ЛСР. Колония Чамран должна была стать еще одним городом, включённым в состав провинции, которой управляла губернатор Ву.

– Как прошел штурм, майор? – поинтересовалась Кристин, входя вслед за своим провожатым в помещение шлюза, что вел в недра колонии.

– Иранцы не умеют драться, – усмехнулся в ответ офицер. – Много криков, много шума и суеты, а на выходе – пшик. Мы не потеряли ни одного человека. Пара раненых, да и то они быстро вернутся в строй.

– А что насчёт вражеских потерь?

– Ну уж они-то кровью умылись, не сомневайтесь.

Войдя в помещение, располагавшееся за шлюзом, Кристин Ву и Ляо Мин сняли шлемы. Просторный зал, заставленный различным оборудованием и грузовыми контейнерами, представлял собой склад, совмещённый с гаражом для лунных роверов. На стенах его тут и там виднелись отметины от случившегося недавно боя, в воздухе витал едва уловимый запах сгоревшего пороха, а в дальнем конце, напротив широкого тоннеля, ведущего вглубь поселения виднелась уже частично разобранная баррикада, за которой, по-видимому, укрывались защитники.

– Вы хоть предлагали им сдаться? – глядя в рябое лицо майора, спросила Кристин.

– Нет, а зачем? – мужчина с удивлением посмотрел на неё. – Нас было больше, мы были лучше вооружены. Да и потом, нам так или иначе нужно было освободить место для наших людей.

«Чудовище. Просто чудовище…» – мрачно подумала Ву.

– Не переживайте, мы оставили минимально необходимое число местных специалистов для управления производством.

– К слову о нём, я надеюсь оно не пострадало? – обходя баррикаду, спросил Ляо Мин.

– Ну, местные попытались устроить саботаж, но мы им не позволили. Одна из наших групп, быстро захватила контроль над цехами, так что девяносто процентов оборудования уцелело. Остальные системы колонии также практически не получили повреждений

– Это… хорошо, – выдавила из себя Кристин.

В этот момент, они вошли в ведущий в глубь города тоннель, взгляды Ву и Ляо упали на кучу трупов, лежащих у правой стены. Руки этих людей были связаны, а в затылках виднелись страшные огнестрельные раны. Судя по опалённым волосам, стреляли практически в упор. Кристин с ужасом посчитала количество убитых. Двадцать пять человек. Несколько солдат в тёмно-серой броне грузили их на стоящий посреди тоннеля ровер.

– Прошу прощения за беспорядок, госпожа губернатор. Мы не успели прибраться до вашего прибытия, – произнёс Дин И, проследив за взглядом Кристин.

– Зачем… – невольно вырвалось у неё.

– Прошу прощения? – полковник обернулся к ней.

Губернатор поняла, что проговорилась, однако, отступать уже было поздно.

– Зачем, Дин И? Они ведь уже не оказывали сопротивления!

– За тем, зачем я уже говорил. Нам нужно освободить место для своих специалистов, – холодно ответил спецназовец, и развернувшись, двинулся дальше. – Поверьте, госпожа губернатор, мне жаль этих арабов так же, как и вам… – на ходу продолжил он.

– Персов, – поправил его Ляо Мин. – Население Ирана на где-то семьдесят процентов состояло из персов.

– Да какая разница! – резко воскликнул Дин И, – Персы, арабы, индусы, русские… нам нужно заботиться о своём народе! Волчьи времена – волчьи законы! Чтобы выжили мы, должны погибнуть они. Иначе никак! Сейчас не время проявлять гуманизм госпожа Ву, не время быть мягкими! Для начала нам следует победить наших врагов, и вы, как представитель властей Республики на этой земле должны это понимать.

Но Кристин не понимала. Она не желала понимать, не могла принять этой идеологии. Человеческая жизнь – самое ценное, что есть на этом свете – так её учили родители. Но Дин И… интересно осознавал ли он сам свои зверства? Чувствовал ли он что-нибудь, испытывал ли стыд за содеянное? И если да, то неужели тех аргументов, что он перечислил, было достаточно для того, чтобы успокоить совесть? А была ли она у него вообще? Быть может он просто психопат, не испытывающий никаких эмоций? Боевая машина, созданная для единственной цели – исполнять приказы вышестоящих лиц? Ежели так, то Ву не могла поверить, что такое чудовище могло возникнуть само-собой, в конце концов, он ведь тоже был человеком, у него тоже была когда-то семья, родители, что его любили и учителя, что наставляли его по жизни! Неужели они воспитывали его как-то по-иному, не как других детей? Иначе откуда взялось в нём всё это зло, это его пренебрежение человеческими жизнями, безразличие к людским страданиям? Возможно, покопайся Кристин в его прошлом, она и смогла бы найти ответы, но в любом случае, это мало бы что изменило. Она прекрасно понимала, что таких людей как Дин И уже невозможно переделать. Потому что их слишком поздно переделывать.