Александр Чивилев – Пустотa (страница 1)
Александр Чивилев
Пустотa
Аннотация
Данное произведение написано в стиле твёрдой научной фантастики и изобилует техническими описаниями. Автор старался как можно точнее передать своё видение одного из вариантов того, как может быть организована миссия к Титану, какие технические средства могут быть использованы для достижения её целей. Также он старался как можно точнее передать условия обитания на данном небесном теле, опираясь на имеющиеся сейчас научные сведения о нём. В ходе развития сюжета героям предстоит решить множество проблем психологического и технического характера, столкнуться с пугающим неизведанным, совершить великие открытия и узнать истинные цели собственной миссии, которые в действительности окажутся несколько отличными от тех, что были объявлены официально.
Роман написан человеком, влюблённым в технический прогресс и космос и глубоко очарованным ими, для таких же людей, как он сам. Роман написан человеком, влюблённым в утопические миры будущего, описанные Стругацкими, Ефремовым, Снеговым… и с ужасом наблюдающим за тем, что творится в нашем мире сейчас.
Пустота
Часть-1
– t минус тридцать секунд… Есть наддув главных баков первой ступени…
Ускорение навалилось резко – челноки типа «Колибри» всегда стартовали с большим ускорением. За свой крутой норов они были нелюбимы многими, однако я к числу таковых не принадлежал. Я всегда испытывал странное, сродни мазохизму удовольствие от грохота, тряски и высоких перегрузок, которыми неизменно сопровождался каждый запуск шаттлов этой модели.
Я следил за показаниями приборов, сидя в комфортабельном анатомическом кресле второго пилота. Машина шла мощно, уверенно, слегка покачиваясь в такт бушующим в тропосфере воздушным потокам.
Небо впереди за лобовым стеклом стремительно темнело, мы преодолели отметку в восемь километров и продолжали свой подъём на орбиту. Я повернул голову влево – там, в метре от меня, в точно таком же кресле сидела моя напарница и по совместительству командир – Даша Климова. Её лицо было скрыто от меня массивным забралом шлема, впрочем, мне не нужно было видеть его, чтобы понять, что она сейчас сконцентрирована до предела. Глаза внимательно следят за десятками параметров на цифровых мониторах, мозг ежесекундно обрабатывает огромные объёмы информации. Даже сейчас, когда все управление аппаратом отдано во власть автопилота и от нас, экипажа, фактически мало что зависит, она старалась по максимуму контролировать ситуацию.
Даша всегда отличалась серьёзным подходом к работе, даже на фоне других моих коллег-астронавтов она выделялась своей педантичностью и стремлением к совершенству. Во многом поэтому её и поставили на должность командира самого крупного и совершенного межпланетного корабля из всех когда-либо построенных.
–
Двигатели замолчали, перегрузка исчезла, моментально сменившись невесомостью. Где-то внизу звонко щёлкнули замки, соединявшие собой две части космического аппарата.
Ещё секунду мы плыли в невесомости, затем челнок тряхнуло, и нас вновь вдавило в кресла.
–
Мы продолжили свой путь к орбите, а тем временем первая ступень, выполнив эффектный разворот на сто восемьдесят градусов, вновь зажгла свои двигатели, но уже не на разгон, а на торможение – ей предстояло, совершив короткий суборбитальный полёт, вновь вернуться на Землю, аккуратно приземлившись на плавучую платформу посреди Атлантического океана.
Этот полёт, хоть и начинался совершенно обычно, всё же не был рутинным. Наша цель – «Нил Армстронг» – огромный, двухсотметровый МТКК – межпланетный транспортный космический корабль, ожидал нас на низкой околоземной орбите. Мы должны были состыковаться с ним и взойти на борт, затем чтобы через пару недель отправиться на нём туда, где до нас не бывал ни один человек.
Ещё несколько минут вибраций и перегрузок, и наш челнок вышел на расчётную орбиту, которая через несколько часов должна была привести нас к «Армстронгу».
Громада межпланетника показалась в правом иллюминаторе – тонкая двухсотметровая игла, опоясанная двумя массивными кольцами гравитационных центрифуг. Я снял камеру с кронштейна возле кресла и сделал несколько снимков. Мне уже доводилось видеть этот корабль вживую – как и многим моим коллегам, мне выпала честь принять участие в его строительстве. Постройка такого гиганта требовала огромного количества ресурсов, в том числе и людских. На огромной орбитальной верфи одновременно трудились десятки высококлассных космических инженеров, монтажников, сварщиков из разных стран, ещё больше людей – тысячи и десятки тысяч, работали на Земле, проектируя, собирая и тестируя различные системы. Программа «Прометей», детищем которой был «Армстронг», не являлась первой в истории космонавтики международной программой, однако была одной из самых масштабных. Несмотря на все конфликты и раздоры, царившие между геополитическими империями конца двадцать первого века, данный проект стал результатом кооперации множества стран и частных компаний по всему миру. Главный двигатель корабля и все сопряжённые с ними системы были рождены совместным германо-французским концерном «Термоньюклеар Электрисити», а энергетическая установка из двух небольших, но мощных ядерных реакторов стала детищем российских корпораций «Энергия» и «Росатом». Тридцатиметровые кольца центрифуг, призванные обеспечивать экипаж силой тяжести в долгих полётах, были спроектированы совместно фирмами «Эйрбас», «Сименс» и «Дженерал Электрик», а гибернационные капсулы, которые должны были поддерживать жизнь команды во время многолетних перелётов, родились в недрах японской «Тошиба». За финальную сборку на орбите отвечала «Юнайтед Аэроспейс» – международная корпорация, вобравшая в себя специалистов инженеров и астронавтов из множества стран, включая и наш экипаж. ЮАС имела довольно долгую, полувековую историю, зародившись в конце сороковых годов двадцать первого века в качестве небольшого предприятия по добыче полезных ископаемых в поясе астероидов. Со временем из маленького предприятия, доставлявшего на Землю платину, молибден, иридий и титан, «Юнайтед Аэроспейс» превратилась в настоящего корпоративного монстра, построившего крупнейшее поселение людей вне Земли – лунную колонию «Кларк», в которой постоянно жили и трудились тысячи человек. Бессменным владельцем и техническим директором ЮАС на протяжении всех пяти десятков лет её существования был и остается Малькольм Эванс. Уроженец славного города Хьюстона, штат Техас, он не был первым миллиардером, сколотившем свое состояние на космосе, но он был первым человеком из списков «Форбс», кто полностью и бесповоротно перебрался жить на Луну, и более того, перенёс туда штаб-квартиру своего предприятия, позволив ЮАС по праву называться первой лунной корпорацией. И именно она, и лично сам Эванс стояли во главе всей программы «Прометей».
Я смотрел на корабль, который должен был стать моим домом на ближайшие четыре года, думая о том, какой же я, чёрт побери, счастливчик. Сотни кандидатов, сорок восемь месяцев интенсивных тренировок, различных экзаменов, медицинских и психологических тестов, тысячи часов, проведённые на тренажёрах и в учебных классах центра подготовки, – теперь это всё позади. Мне удалось обойти всех претендентов на место пилота этой экспедиции, и теперь я, Фёдор Алексеевич Фролов из славного города Казани, нахожусь в одном шаге от того, чтобы стать тем, кем мечтал быть с самого детства, – первопроходцем.
Целью нашей миссии был Сатурн, и в особенности его уникальный во всех отношениях спутник – Титан. Человечество проделало отличную работу по освоению внеземелья в двадцать первом веке. Луна стала для нас если и не вторым домом, то, по крайней мере, надёжным форпостом в космическом пространстве. На ней жили и работали на постоянной основе тысячи людей. Что касается Марса, то он пока ещё не был столь хорошо освоен, однако на нём уже существовало несколько постоянных научных станций, которые со временем обещали разрастись в полноценные колонии. Очень активно осваивался пояс астероидов, расположенный между орбитами Марса и Юпитера. Там, на этих одиноких пыльных булыжниках, шла весьма активная работа по разведке и добыче полезных ископаемых, которые редко встречались на Земле. Однако то, что располагалось дальше, по-прежнему оставалось для нас terra incognita. Время от времени мы запускали зонды к Юпитеру, Сатурну, другим газовым гигантам, однако именно «Прометей – 1» – так называлась наша миссия, должна была стать первой пилотируемой экспедицией во внешнюю Солнечную систему. Нам выпал шанс первыми достичь Сатурна, первыми увидеть невооружённым взглядом его кольца и спутники и первыми ступить на поверхность загадочного Титана. Надо ли говорить, как я был горд тем, что мне выпала честь оказаться в числе тринадцати (к чёрту суеверия) участников этой экспедиции.