Александр Черных – Психо (страница 6)

P.S. Не мучайте себя, что было то было.

На этом письмо окончилось, и вместе с ним шанс с ней переспать, хотя Иван вовсе о ней не думал, он думал лишь о себе, он думал о том что маньяк который убил его жену (или не маньяк),был олицетворением его ошибок которые он совершал на протяжении многих лет, возможно это было расплатой за все его грехи которые он совершал особенно по молодости, всё таки много боли людям он причинил, особенно ему…

Когда ему было около пяти он уже отличался повышенной агрессивностью, он не помнил из-за чего это было, то ли потому что его иногда могли бить, то ли потому что его родители были разведены и он их вообще не знал, то ли потому что его учили драться, он не помнил, он ничего уже не помнил, но помнил как столкнул мальчика с горки, тот упал головой об камень и…

Для многих людей одно это воспоминание причиняло бы нестерпимую пытку вины, но не Ивану, ему было всё равно, да, мальчик умер, как сказали позже «несчастный случай», хотя это было конечно не так, это не был несчастный случай, и он это знал. Поступив в первый класс он активно занимался тем что бил всех мальчишек вокруг себя, ему нравилось причиняться боль другим людям, он обожал когда видел страх в глазах детей.

Через пару лет он держал уже всю параллель будучи сильнейшим. Шли школьные года, за это время он покалечил бесчисленное количество людей, многие боялись и не хотели связываться с ним, и ему это нравилось. Одним из его любимых занятий, а возможно и самое любимое, было стравливать других людей, он любил смотреть как через его интриги или запугивания школьники били друг друга. В школе ему точно скучно не было, он любил школу как никто другой, школа была его вторым домом.

9

Наконец въехав в свой родной город Миша с семьёй объезжали достопримечательности. Хоть и Любовь всё знала, так как тоже тут росла, Миша решил устроить экскурсию по своему родному городу у которого было необычное название «Александров».С этим городом с населением в один миллион человек у него были свои отношения, не сказать что они были вражескими, но и дружески назвать их было невозможно.

Город был красив, даже очень! Парки присутствовали в каждом районе, более того в каждом из них были спортивные площадки, красиво выложенная плитка, различные кафешки, будки с кофе, ухоженные газоны, полиция которая постоянно патрулировала по нему защищая мирных граждан, внутри некоторых были даже озёра!

В самом городе было очень много деревьев, каждая улица была усеяна ими, да что там говорить, по приезду каждый турист (город был туристическим) чувствовал себя словно в оазисе. Дома тоже не обошли красотой, половина города состояла из старых довоенных домов, которых успешно восстанавливали для того что-бы не терять всю красоту которую они давали городу. Весь город был обставлен статуями различных героев, особенно литературных, которые идеально вписывались в общую атмосферу и радовали глаз не только горожан но и приезжих.

По мнению Михаила «город мечта в архитектурном смысле»,но вот люди по его мнению не заслуживали всего этого, по крайней мере большая их часть.

–Когда я был маленьким. – Говорил он. – Я выиграл в этом торговом центре, раньше это был детский мир, наверное игрушек тридцать в игровом автомате.

– Быть не может! – Удивился Том.

– Да он шутит над нами. – Поддакивала Анька.

– Да я не вру вам! Я действительно с помощью механической лапки выиграл там целую кучу игрушек, а после меня выгнали от туда, благо хотя бы игрушки не отобрали.

– Да как они посмели! – Кричала Аня. – Они не имеют права так с детьми обращаться! Почему твои сама и папа туда не пошли и не разобрались? Папа?

– Потому что тогда всё было по другому зайка, я помню когда я был маленьким и по рынку гулял с мамой, я подошёл посмотреть на детский костюм какого то героя, по-моему это был Бетмен, и когда я стал смотреть на меня наорала бабка сидевшая и торговавшая игрушками, я до сих пор помню что она тогда сказала, а она сказала вот что: А ну иди отсюда! Смотреть нельзя, только купить можно!

– Ужас… – Сказала Аня а за ней и Том.

– Не сказал бы, да, не очень и приятно такое отношение к детям, но не сказал бы что это трагедия, для меня в то время это было обыденностью. А вот тут кстати я впервые выпил пива, мне тогда дал выпить стаканчик мой отец, когда мне было восемь.

– И тебе понравилось?

– Честно говоря нет. – Ответил он.

Вскоре они приехали в его бывший район, который кстати был самым опасным районом в городе, по крайней мере лет тридцать назад. Квартира находилась в первом подъезде и на пятом этаже, Михаил вышел из машины и напоследок сказал:

– Сладкая, присмотри за ними, я скоро вернусь, мне надо посмотреть, что там да как.

– Хорошо Зай.

Закрыв за собой дверь он направился в подъезд, которого уже не спасала даже постоянное нанесение краски, трещины то и дело разрушали уже не маленький накопившийся с годами слой краски. Поднимаясь уже по четвёртому этажу он успел уже вспомнить минимум десять историй связанных только с эти подъездом, какие то были плохие, какие то хорошие.

Приведу пример плохой истории, в период с восьми (когда он переехал сюда с семьёй из другого района) и где то двенадцати лет, точно он не помнил, жил в этом подъезде один старик, ну как старик, человеку на тот момент было лет пятьдесят, и мы дети считали это старостью. Он был болен на голову, то ли деменция, то ли шизофрения, то ли психоз, то ли ещё что-то, лично я не помню, возможно повреждение головы, хотя тоже не известно.этот старик то и делал что плевался по всему подъезду и постоянно курил, иногда когда мы бегали туда сюда по этажам можно было нечаянно испачкать руку об оплёванное мерило, от чего к горлу подкатывал съеденный за завтраком сандвич. Иногда мы дразнили его и честно говоря я не испытываю за это угрызение совести, он и так причинял всем слишком много дискомфорта, и он даже пытался ловить нас, меня даже как то раз схватил за руку и начал нещадно плеваться прямо мне в лицо. Я не помню заплакал ли я тогда или нет, но было очень обидно, а потом он умер, больше нечего вспомнить о нём.

Как то раз когда мне было (опять же точно не вспомню то ли десять, то ли двенадцать) на четвёртом этаже крутилась и вертелась дворняжка, не большая собака размером с чуть больше таксы, её крутило в разные стороны, глаза её бегали в из стороны в сторону, а из пасти вытекали слюни смешавшиеся с кровью образовавшие что-то на подобие пены, которую вы можете наблюдать когда набираете ванну с использованием пены.

Я на тот момент шёл в магазин, скорее всего за хлебом ну или яйцами, пробежал бедняжку на пути в магазин и обратно. Позже моя мать объяснила мне что это было бешенство, что бы вы понимали на сколько это страшная и мучительная болезнь расскажу как всё происходит, для начала вам в рану попадает инфекции, затем она идёт по крови до мозга (ну или как то так),затем поражает мозг так что сначала человек через три дня после заболевания начинает бояться воды, а уже через неделю жуёт себе спокойно стекло да гвозди. По мне мучительная и страшная смерть, не находите? На земле был только один случай выздоровления после того как поразит уже добрался до мозга, один! А это уже о многом говорит.

Было действительно много историй, например кто то мог разрисовать стену в подъезде а соседи обвиняли меня, ну или испачкать подъезд в грязи, и опять я козёл отпущения. С годами я понял что дети и взрослые могут быть одинаково глупы, возраст не имел значения для человека которому был безразличен окружающий его мир.

А странно ведь, я ведь сказал плохих и хороших историй? Но в этом подъезде не было хороших историй, были лишь плохие. Наконец поднявшись до нужной квартиры я постучал в дверь, услышал приближающиеся шаги я напрягся, и не из-за того что я чего то боялся, ни в коим разе, а потому что просто не хотел видеть ни одного родственника, ведь со почти с всеми я давно оборвал связи и сжёг все мосты, которых уже благо не вернуть.

Отворилась металическая дверь и в проёме показался Геннадий, похудевший и на вид уставивший, мешки под глазами напоминали два батута на котором вот-вот начнут прыгать дети. Геннадий улыбнулся и попытался меня обнять, но я настолько не хотел этого делать что даже машинально остановил его взявшись руками за его плечи и сказал:

– Послушай Ген, я тоже рад тебя видеть, но давай без этого, хорошо? Я не хочу вспоминать прошлое и ставить тебя в неудобное положение, давай просто пожмём друг другу руки и на этом закончим.

Удивленный Гена протянул мне руку а затем мы прошли в нашу старую квартиру, где я прожил двенадцать лет, пока наконец не съехал с этого сущего ада от своей матери.

Геннадий в детстве был одарённым ребёнком, можно даже сказать гением! В возрасте десяти лет он собрал кубик-рубика без использования как сейчас принято изучать стратегий и комбинаций. Он обожал собирать пазлы, и мог это делать целыми днями. И всё бы было хорошо, и было бы скорее всего у него прекрасное будущее, если бы не отношение родителей к нему, Гена был мне сводным братом, он был первым ребёнком матери от первого брака, и в возрасте когда ему было четыре его взял на попечение мой отец. Но вместо того что бы проявлять интерес к ребёнку он максимально от него отстранялся, и в итоге Гена жил словно с чужим мужиком в доме, который никак с ним не контактировал и не проявлял никого интереса и участия в его жизни.