Александр Черевков – Странные истории (страница 5)

Тем боле, что мы уезжаем через десяток часов из Донецка и больше никогда не появимся в этом городе. Примерно через полчаса после нашего отъезда с территории городского сельскохозяйственного рынка, Оксана пришла в чувства.

Рассчитавшись наличными с бестолковыми телохранителями, она сказала сыну, чтобы он ехал домой, куда должны были прийти новые хозяева за ключами от квартиры и рассчитаться с нами наличными за оставшийся залог денег во время окончательной передачи документов за проданную Оксаной трёхкомнатную квартиру.

После чего мы должны были отправиться на железнодорожный вокзал, где нам предстояло закончить последнюю сделку нашей продажи легкового автомобиля джип «Нива».

На этом наши связи с торгами прекращались. Нам оставалось дождаться регистрации билета на поезд «Донецк-Киев». Забраться в отдельное купе вагона и закрыться там.

– Меня со вчерашнего дня подташнивает. – улыбаясь, сказала она. – Наверно, всё-таки забеременела?

– Тоже так думаю, – поддержал, определение Оксаны. – У тебя неделю назад должны были быть месячные. Тебе нельзя нервничать. Надо нам думать о будущем ребёнке.

– Какой ты внимательный! – радостно обнимая меня, сказала она. – В суете, даже забыла о месячных. Теперь нам надо быть весьма внимательными в повседневной жизни с зарождением будущего малыша.

Сославшись на усталость и недомогание, она прилегла отдохнуть на три-четыре часа до предстоящей встречи с покупателями нашей трёхкомнатной квартиры.

Так как встреча намечалась во второй половине дня, а время подвигалось только к обеденному перерыву.

За это время можно было хорошо отдохнуть, покушать и собраться в дорогу к посадке на поезд.

Так что Оксана и её сын Лёня тут же завалились спать на диваны в центре зала квартиры. В это время приготовил лёгкий обед всей нашей семьи. Завёл будильники на три часа вперёд и тоже лёг в зале спать.

Оксана и её сын действительно спали по-настоящему. Лишь мой разум дремал слегка в ожидании трескотни будильников. Мои мысли были полностью во власти нашего предстоящего отъезда из Донецка.

Меня уже ничто не связывало с этим городом. Хотелось, как можно быстрее, уехать из бывшего Советского Союза, чтобы за границей начать совершенно новую жизнь без напоминаний о прошлой жизни в эпоху построения социализма в Советском Союзе.

Не дождавшись звонка будильников, пошёл на кухню накрывать стол на последний обед в этой квартире и в этом городе, где прошло моё "чёрное" детство, покрытое угольной пылью с терракотовых вершин.

Сейчас мне хотелось, как можно быстрее покинуть это проклятое место, где не было никакой жизни у моих родителей и у меня тоже. Родители мои не дожили до своей пенсии, а по состоянию плохого здоровья не могли родить мне братика или сестрёнку.

Однако в данное время меня больше беспокоило то, что произошло на городском сельскохозяйственном рынке. Попытка зарезать Оксану и взорвать бомбу возле магазина «Надежда» не было случайным обстоятельством.

Всё было заранее кем-то спланировано. Если б внимательно не отнёсся к последнему дню нашего пребывания в Донецке, то сейчас блюстители порядка Донецка заботились о наших похоронах и дележе наших наличных денег.

Вполне возможно, что именно со стороны сотрудников милиции кто-то был сегодня заинтересован в нашей гибели? В последний год милиция вконец обнаглела и вместо криминала была "крышей" во всём колхозном рынке.

– Николай! Ты не помнишь, куда вчера положила пять тысяч долларов на дорогу до Израиля? – раздражённо, спросила меня, она, когда растрёпанная вошла на кухню после сна. – Вчера специально отложила доллары на дорогу.

– Все деньги находятся у тебя под контролем. – напомнил, Оксане. – Ты сама мне говорила, что до рождения ребёнка деньги будут под твоим контролем. Лишь когда ты пойдёшь в декрет, то будешь доверять мне все наши деньги.

– Всё так! – согласилась она. – Но никак не могу найти пяти тысяч американских долларов. Все наши дорожные вещи обыскала. Точно помню, что американские доллары пять пачек откладывала в свою сумочку вчера вечером…

– Можешь меня обыскать! – разозлился, выворачивая карманы. – Все мои вещи на мне. В кейсе документы.

Оксана подозрительно посмотрела на мои пустые карманы и тут же выпотрошила кейс с документами. Американских долларов в моем кейсе и в моих карманах не было.

Она пошла в зал и стала распаковывать все наши сумки и чемоданы, которые мы брали с собой в дорогу на время переезда из Донецка в Израиль. Не принимал участие в распаковке вещей, чтобы в случае обнаружения пяти тысяч американских долларов, она не могла сказать на меня, что подкинул пропавшие пять тысяч американских долларов.

Пускай сама она разбирается в пропаже своей волюты. Лучше подожду финала поиска пропавших американских долларов среди вещей.

– Мама! Зачем разбираешь наши вещи? – спросил сквозь сон Лёня, сын Оксаны. – Мы, что никуда не едем?

– Сынок! Ты вчера вечером не видел, куда положила в пачках пять тысяч долларов? – продолжая потрошить вещи, спросила она у своего сына. – Вчера специально отложила на дорогу пять тысяч долларов.

– Мама! Ты сама вчера вечером выпроводила меня попрощаться с друзьями. – напомнил Лёня, своей матери. – Откуда мне известно, куда ты откладываешь доллары? Ты вообще сейчас с кем-то советуешься?

– Бог с ними с этими американскими долларами. – с досады, махнув рукой, сказала она. – Главное, что нас сегодня не взорвали и меня не зарезали. Хорошо, что основную сумму валюты отправила через израильское консульство на свой новый счёт банка в Израиль. Иначе бы мы после вообще были без своих денег в Израиле.

– Ты вообще представляешь, что ты сделала? – возмущённо, спросил Лёня, свою маму. – Если бы, вдруг, после взрыва бомбы или после твоего ранения мы на какое-то время остались здесь. На что бы тогда мы могли жить без денег?

– У нас почти миллион украинских и русских денег. – удивлённо, ответила она. – Можно нам месяц жить.

Мне показалось подозрительным неожиданное беспокойство Лёни насчёт пересылки на банковский счёт Оксаной в Израиль американских долларов, которых по моим скромным подсчётам было более трёхсот тысяч.

На американские доллары она планировала купить на семью коттедж или квартиру в Израиле. Почему, вдруг, обычно безразличный к деньгам, так сильно, разволновался Лёня, когда узнал об отсутствии с нами значительной суммы американских долларов.

Может быть, у Лёни были свои взгляды насчёт американских долларов? Наверно, такая мысль мелькнула в голове Оксаны? Мы оба подозрительно переглянулись друг с другом, но в этот момент позвонили в дверь нашей бывшей квартиры.

Вполне возможно, что раньше времени к нам пришли за ключами новые хозяева нашей бывшей квартиры? Она направилась в прихожую открывать входную дверь в квартиру.

Мы с Лёней пошли на кухню покушать перед дорогой и убрать на кухне за столом после нашего обеда перед уходом.

– Вы, вроде отпустили нас с миром? – услышал, из прихожей голос Оксаны. – Мы никогда никаких преступлений не совершали. Дайте нам спокойно выехать за пределы Донецка. У нас через четыре часа будет поезд отходить…

– Именно поэтому мы приехали к вам перед отъездом на поезд. – услышал. знакомый голос участкового капитана милиции. – Кто-то прекрасно знает о ваших планах на сегодня и попытается убить вас до поезда…

– Тоже так думаю, – вмешался в разговор Оксаны с участковым капитаном милиции. – Наверно, ты кому-то из подруг проболтала о наших планах на сегодня? Кому-то было известно о нашей встрече в магазине. Такое ощущение, что кто-то из нас троих против нас…

– Ты, что, совсем спятил? – возмущённо, воскликнула она. – Целый месяц ни с кем не общалась и к своей семье у меня полное доверие. Может быть, мы находимся под наблюдением?

– На меня вообще можешь не думать. – ответил, на подозрительный взгляд Оксаны. – У меня друзей нет. Почти целый месяц от тебя не отходил и у нас нет дома телефонной связи…

– Не дурак, чтобы болтать наши тайны. – оправдался Лёня, когда Оксана и капитан милиции подозрительно посмотрели на него. – У меня с друзьями вчера был вечер школьных воспоминаний и больше ни слово. Можете проверить меня на детекторе лжи.

– В любом случае должен взять с вас кой какие показания и сопровождать вас до поезда в целях вашей безопасности. – сказал участковый капитан милиции, доставая из своего планшета папку с чистыми листами бумаги и шариковую авторучку. – У меня есть подозрение, что ваш враг где-то рядом с вами и попытается обязательно добраться до вас.

– Хорошо! Задавайте свои вопросы. – спокойным голосом, сказала Оксана. – Можете начинать допрос прямо с меня.

Пока участковый капитан милиции составлял Акт нашего допроса, к нам в квартиру пришли новые хозяева проданной квартиры.

Она пошла на кухню, разбираться с вопросом по передачи ключей проданной квартиры.

Мы с участковым капитаном милиции продолжали дописывать Акт нашего допроса о случившейся попытке утром зарезать Оксану и подорвать магазин «Надежда» на городском сельскохозяйственном рынке.

Участковый милиционер буквально по часам опрашивал нас о нашем передвижении по городу, а также о наших разговорах с посторонними и знакомыми людьми в прошедшие сутки, до попытки подрыва магазина «Надежда» и до попытки прямого покушения на Оксану.