Александр Черевков – Страницы нашей жизни. Том 5 (страница 5)

Откуда хорошо просматривался альпийский луг с пасущимся стадом коз. Вожак грозно фыркал и копытом правой ноги бил, по земле взрыхляя почву под собой. Между стволами хвойных деревьев появилась огромная гигантская тень какого-то животного. Вскоре показалось и само гигантское животное. Это огромный самец Зубр.

Следом за ним показалась самка с годовалым телёнком. Зубры не спеша прошли мимо альпийского луга, совершенно не обращая внимания на стадо туров. Выше альпийского луга раздался рёв вожака зубров.

Очевидно, вожак зубров собирал своё стадо на открытой местности выше лесного массива в горах? Картинки в дикой природе главного кавказского заповедника менялись так быстро, что едва успевал сделать удачный снимок, который мог определить мой успех в пробных съёмках диких животных.

Мне, конечно, хотелось преуспеть перед отцом в съёмке удачных кадров в дикой природе. Так было, когда снимали диких животных на лиманах в прикаспийской низменности. Тогда мои фотоснимки оставили на спичечных коробках. Спички продавали по всему Советскому Союзу.

Размышляя о возможном успехе в фотоснимках, едва не прозевал удачные кадры на искусственном солончаке между хвойными деревьями. К солончакам вышло небольшое стадо коз серн. Едва козы начали лизать соль, как вдруг из-за деревьев, словно тень приведения, выскочило несколько волков.

Серны тут же сорвались с места и помчались в сторону альпийского луга. Опережая серн, в горы устремилось стадо туров. Перед нами началась картина погонь волков за козами.

Мы с отцом едва успевали проводить съёмки быстро меняющейся картины борьбы за жизнь между хищниками и травоядными животными в дикой природе главного кавказского заповедника. Не прошло и пяти минут, как все стихло в лесу и на альпийской лужайке перед нашим шалашом. Можно было сказать, что природа отдыхала от переполоха, который устроили серые хищники.

– Папа! Почему, здесь не истребляют волков? – спросил сам у отца вовремя затишья в природе.

– Во-первых! В заповеднике строго запрещено стрелять, – пояснил мне отец. – Во-вторых! Волки тут как доктора. Они уничтожают только больных и слабых травоядных животных. Таким образом, благодаря волкам, в главном кавказском заповеднике живут вполне здоровые травоядные парнокопытные животные. Волки как бы очищают стада травоядных животных от возможных болезней.

После того, как волки разогнали в разные стороны травоядных животных, свободное место перед нашим шалашом на альпийских лугах заняли пернатые. Птиц было так много, что можно было подумать, здесь расположился птичий базар. Птицы галдели на разных языках. Огромными стаями перелетали с места на место.

Уступая своё место кормёжки другим своим пернатым братьям. В лесу перед альпийским лугом разгуливали красавцы фазаны со своими невзрачными подругами.

Порхали с места на место, перепила и горные куропатки. Горные голуби витютни огромными стаями заселяли скалы, уходящие в сторону безымянной высоты. За альпийским лугом между скалами и краем леса показались бурые медведи, которые направились в нашу сторону.

– Нам придётся покинуть это место, – забеспокоился отец. – Без ружья мы лёгкая добыча медведям. Мне совсем не хочется стать обедом у бурых медведей. Тебя им будет совсем мало.

– Мне тоже лучше спуститься вниз, – сказал отцу так, словно у меня был другой какой-то выбор.

Когда мы спустились из своего укрытия в шалаше на ветках огромного дерева, то мы потеряли из виду бурых медведей. Теперь медведям было легче добраться до нас по запаху от нас.

Нам надо было как можно быстрее спуститься на другую сторону небольшой возвышенности к домику егерей. Здесь мы могли укрыться от бурых медведей и отсюда уехать обратно в посёлок Пхия.

– Вы, что так быстро закончили съёмки? – удивлённо, спросил Алексей Ромашин, когда мы вошли в домик егерей. – До заката можно снимать пару часов. Самое время кормёжки животных и птиц.

– В нашу сторону направились бурые медведи, – как бы оправдываясь, сказал мой отец. – Мы не хотели быть обедом у семьи медведей. Поэтому решили уйти подальше от неминуемой опасности.

– Вы зря удрали из укрытия, – смеясь, сказал старший егерь. – Медведи направлялись ни к вам, а к солончаку между деревьями. Им надо было полизать соль и вернуться обратно в свою берлогу.

– Обратно уже точно не вернёмся, – угрюмо сказал отец. – Пока доплетёмся, будет вечер. Возвращаться в сторожку в темноте совсем не хочется. Мы лучше переночуем и утром вернёмся домой.

– Как вам будет угодно, – направляясь к выходу из сторожки, сказал Алексей Ромашин. – Если хотите, то можете сейчас вернуться в Пхия. Вездеход всё равно идут туда порожняком за егерями.

– Пожалуй, мы так и сделаем, – согласился отец с предложением старшего егеря. – Можно переночевать в посёлке, а завтра утром первым автобусом отправимся к себе домой в Курджиново.

Когда вышли из домика егерей к вездеходу, водитель тяжёлого транспорта в это время заправлял свою машину дизельным топливом. Мы перетащили свои вещи в кузов вездехода.

Отец забрался следом за вещами в кузов. Направился на сидение рядом с водителем. Алексей Ромашин в это время таскал какие-то тюки в кузов вездехода и давал наставления водителю машины.

– Этот тебе, пацан, на дорогу, – сказал старший егерь, протягивая мне в руки, плетёный кузовок с лесными ягодами и какую-то котомку с вкусным запахом пищи. – Смотри не объешься в дороге!

– Иначе мы просто не дотянем до Пхия, – смеясь, подшучивал надо мной водитель вездехода.

Не успел поблагодарить Алексея Ромашина за такой подарок, как в это время тяжёлая техника грозно заурчала. Вездеход словно мустанг задрал свою морду на небольшой кочке и тут же рванул вперёд, накручивая километры и время на свои гусеницы, как танк время грозной войны с фашистами. Едва помахал рукой старшему егерю, как мы быстро скрылись из виду от домика егерей.

– Угощайтесь! – закричал почти в ухо, водителю тяжёлой машины, предлагая ягоды в кузовке.

– Спасибо! – отказался водитель от лесных ягод. – У меня оскома от этих ягод. Каждый день ем.

Мне тоже не хотелось набивать оскому лесными ягодами. Так действительно мы не дотянем до Пхия. Лучше поем то, что положил Алексей Ромашин мне в котомку.

Думаю, что от обычной пищи у меня ничего серьёзного в организме не произойдёт. Домашняя пища и обычная пища в дикой природе всегда людям на пользу. Особенно тем, кто перенёс травму или телесные болезни.

В котомке были горячие куски мяса, зажаренного на костре. Горячий чурек и глиняный кувшин козьего молока. Видимо, у старшего егеря своё хозяйство рядом с домиком егерей или он просто пользуется дарами дикой природы? Наверно, также как волки, старший егерь сторож и доктор среди травоядных животных?

Убивает себе на пропитание слабых животных, которых всё равно съедят серые хищники. В таком случае мы тоже доктора в дикой природе, употребляем себе в пищу мясо слабых животных.

Таким образом, люди веду учёт поголовья здоровых диких травоядных животных. От продуктов в котомке водитель тягача ни стал отказываться. Виктор, так звали водителя тяжёлого транспорта, на ходу ел жареное мясо с чуреком и по очереди со мной запивал пищу молоком из глиняного кувшина.

Мы так увлеклись вкусной пищей, что едва не забыли про моего отца, который лежал на войлочной подстилке в кузове между огромными туками от Алексея Ромашина.

– Передай отцу котомку с продуктами через окошко, – сказал водитель, притормаживая вездеход. – Он, наверно, давно не кушал?

Мне было легко отодвинуть заднее окошко за моей спиной и положил котомку с продуктами рядом с головой своего отца. Отец пробурчал мне что-то в знак благодарности и стал развязывать котомку с продуктами.

Вездеход обратно стал набирать скорость и вскоре мы устремились вниз долины, куда следом за нами стали спускаться сумерки предстоящей ночи. Нам надо было успеть до темноты. Пхия приняла нас тусклыми огнями керосиновых ламп в жилых домах. В посёлке электричества не было.

Единственный дизельный трансформатор давал электричество служебным и административным зданиям, а также небольшой воинской части, которая охраняла горные перевалы. Прошло почти четырнадцать лет после войны с фашистами, а здесь все было как вовремя войны.

– Вам вообще крупно везёт в горах, – сказал моему отцу водитель вездехода, показывая на большой автобус. – Геологи из Псебая возвращаются к себе домой. Они вас довезут до Курджиново.

Попрощавшись с Виктором, вместе с кузовом лесных ягод направился в сторону автобуса геологов. Отец тем временем договорился с руководителем геологов, что они довезут нас до Курджиново. Мы с отцом тут же перенесли свои пожитки от вездехода до автобуса. Положили свои вещи ближе к выходу из автобуса, чтобы ночью не беспокоить геологов, которые будут спать в дороге. В автобусе в основном между сидениями были геологические снаряжения и дары природы, которые везли геологи домой своим домочадцам. В двадцатиместном автобусе вместе с нами было всего десять человек.

Отец расположился на сидение за водителем. Занял себе место на сидении прямо за отцом. Геологи разместились сзади в салоне автобуса и приготовились спать.

Последовал примеру геологов. Тоже приготовился ко сну. За день сильно устал. Хотелось выспаться.