Александр Черевков – Моя семья (страница 6)

На кухне был такой бардак, словно психованная хозяйка квартиры разбросала всю посуду на кухне. То, что предстояло мне увидеть в зале предвидел сразу. Разбросано по залу всё, что можно разбросать.

Больше всего пострадали мои художественные принадлежность. Среди зала на ковре валяются листы ватмана, художественные краски и кусточки. Кульман свален на бок. Большинство художественных красок отсутствуют.

Самое страшное было то, что в квартире отсутствует Артур. Выйти из дома он никак не мог. Когда уходил, то он спал. За собой закрыл на ключ дверь.

Имеются ещё два ключа. Один ключ у моей жены, а другой у моей мамы. Они обе сейчас на работе. Запасного ключа у нас дома нет. Артур с дома никак не мог выйти. Тогда, где он сейчас находится? Случайно не испарился он?

Стал старшего сына искать повсюду. Под кроватью в спальне отсутствует. В платяных шкафах его тоже нет. Ванной комнате и на кухне ему спрятаться негде. В зале на диване и под диваном нет. Осталось посмотреть на балконе. В мою голову поселились траурные мысли, что он мог выпасть с балкона четвёртого этажа и разбиться на смерть о землю. Направился посмотреть с балкона на улицу и совершенно случайно обратил своё внимание на наше супружеское ложе. Там под огромным одеялом спокойно спал наш разбойник.

Будить Артура ни стал. Пускай будет так как есть сейчас. Он всё равно не проснётся до прихода своей мамы Людмилы и своей бабушки Марии. Пускай они сами полюбуются на что способен старший сын и старший внук в одном лице. Ведь эти обе женщины считают, что Артур самый идеальный ребёнок.

До конца рабочего дня осталось чуть больше часа. Успею помыться в ванной и хорошо подумать над отвратительным поведением старшего сына. Надо найти хороший метод в его воспитании. Пока ещё нам не поздно.

Пошёл включил в ванной комнате колонку с горячей водой, чтобы хорошо отмыть свою душу от грязи, которая поселилась во мне при виде такого погрома в нашей квартире.

Пока вода греется в колонке, пойду накрою праздничный стол к такому траурному виду в нашем семейном гнезде. Может быть, при виде такого праздничного стола, что изменится к лучшему в нашем старшем сыне?

После того как помыл себя после грязи, возникшей от моей ненависти к старшему сыну за его проделки. Мои распаренные мозги от горячей воды во время купания приняли другое свойство, они размякли и стали добрыми.

После бутылки холодного жигулёвского пива из холодильника совсем расслабился и сознание стало добрым, как у домашнего щенка, который сытый лижет руку хозяина своей судьбы. Меня потянуло к сладкому сну.

Как вдруг в прихожей что-то загремело? Меня что-то бросило в сторону опасного звука. В прихожей на полу сидела в обмороке моя жена. Рядом ползал безразличный ко всему маленький Эдик с конфеткой во рту.

– Где наш Артур, что с ним случилось? – приходя в себя, спросила Людмила.

– С нашим старшим сыночком всё нормально. – спокойно ответил жене. – Он спит. Отдыхает на балконе в нашей постели, после своего развлечения во время моего отсутствия дома. То, что ты видишь здесь, это только конфетки.

Не успел сказать Людмиле то, что предстоит ей видеть дальше в квартире, как в это время в прихожей появилась словно приведения моя мама. При виде погрома в спальне внука она упала в обморок прямо в прихожей.

– Что случилось с моим внуком? – растерянно спросила она, когда мы привели её в чувство. – Он жив или его отвезли в больницу?

– С ним всё в порядке. – повторила Людмила мои слова. – Он спит. Отдыхает на балконе в нашей постели, после своего развлечения.

Мама поднялась с пола в прихожей и сразу пошла в сторону балкона, чтобы убедиться, что с Артуром всё в порядке, он просто спит. Мы тоже пошли следом, чтобы посмотреть, как бабушка облизывает своего внучка.

Едва мы вошли в зал, как при виде ужасного погрома на месте нашего повседневного отдыха, Людмила тут же присела на пол, чтобы не упасть без сознания с Эдиком на руках. В это время бабушка на балконе целовала внука.

Артур, натворивший такой ужасный погром в нашей квартире, после прерванного сладкого сна, сразу никак не мог прийти в себя и понять, что только что случилось рядом с ним.

Он бурчал что-то себе поднос. Протирал кулаками свои сонные глаза и отстранялся от поцелуев бабушки.

– Ты расскажи нам, что здесь произошло когда нас не было дома? – спросила Людмила своего старшего сына, когда все успокоились и сели на диван.

– После того как проснулся и обнаружил себя одного в нашей квартире, мне было страшно. – стал мямлить он, что себе под нос, с опаской поглядывая на меня. – Принялся всюду искать запасной ключ от квартиры, чтобы выйти погулять на улицу с моими друзьями, пока вы придёте домой с работы.

– Ладно! С причиной погрома разобрались. – пришлось мне прервать старшего сына с его оправданием. – Меня интересу куда делись почти все мои художественные краски в тюбиках?

– Когда запасные ключи от нашей квартиры нигде не нашёл. – стал он выдавливать из себя слова оправдания, в страхе поглядывая на меня. – Мне стало скучно. Решил выкидывать в окно тюбики с художественной маслинной краской на дорогу под колёса машин и смотреть как колёса машин там рисуют.

Мои мозги перестали соображать от ужасных оправданий моего старшего

сына. Как обезумевший бросился на балкон к окну и увидел ужасную картину на дороге вблизи нашего дома.

Автомобили мотались по дороге раздавливая тюбики с художественной масляной краской, создавая радугу цветной палитры на сером полотне асфальта. У меня в глазах всё потемнело. Дальше потерял свою память.

Пришёл в себя, когда жена и мама приводили меня в чувства. Людмила достала из домашней аптечки флакон с нашатырным спиртом. Смочила им ватку и поднесла к моему носу. После процедуры вернулось моё сознание.

– По какому случаю угощения на столе и откуда такие большие деньги? – поинтересовалась Людмила, когда меня окончательно привели в чувства.

– Деньги заработал честным трудом. – стал отвечать жене на её вопрос. – Праздник у нас по такому случаю, что после погрома в квартире все живы.

Пока Людмила с тревогой выясняла у меня откуда большие деньги? Бабушка с внуками, среди беспорядка в зале накрыли праздничный стол и пригласили нас к столу, чтобы отметить наше благополучие в семье.

В этот день была пятница. После праздничного стола Людмила с моей мамой и мальчишки принялись наводить порядок в нашей квартире. Меня отправили на улицу чтобы им не мешал и спасал свои уцелевшие тюбики масляной краски из-под колёс проезжающий автомобилей.

До майских праздников у меня был настолько плотный рабочий график, что даже кушал и дремал за кульманом. Эскизы и рисунки к праздничному параду в городском комитете не утверждали, просто заплатили за пять рисунков на ватмане пятьсот рублей.

После чего перешёл готовить автомобили к праздничному параду на территории военизированной автобазы-2937, на которой находился до первого майского праздника. Людмила изредка наведывалась ко мне на работу. Как вёл себя Артур во время моего отсутствия дома, мне это не было известно.

Ходил он в детский садик или на работу по очереди с бабушкой, возможно, с со своей мамой? Мне это тоже не было известно. В последний рабочий день перед праздником, во второй половине дня, мне заплатили за работу горком партии, горисполком и автобаза-2937.

Каждый по тысячу рублей за полное оформление праздника. Такие большие деньги получал за стенды движения «встречного план», когда мы жили в винсовхозе «Бурунный» шелковского района ЧИАССР.

Тогда был один художником на весь Шелковской район. У меня была такса на свою работу – «Одна тысяча рублей за один стенд». Заказы в очереди на район.

В этот раз так сильно был измотан работой, что у меня не было никаких сил идти на праздничный парад вместе со своей семьёй. Вечером в последний рабочий день выпил бутылку жигулёвского пива и отрубился на сутки.

Пару месяцев в нашей семье было относительное спокойствие. Наши дети малость шалили, как все дети в таком возрасте. Каждый рабочий день Людмила и бабушка всё также по очереди брали с собой на работу нашего Эдика.

У меня была особая нагрузка, отводить утром в детский садик старшего сына и вечером обратно забирать его из садика. Артура перевели в старшую группу, в так названный нулевой класс, в котором готовили детей к школе.

– Папаша! Александр Сергеевич! – обратилась ко мне воспитательница старшей группы, в которой находился Артур. – Пройдите в кабинет заведующей.

Девушка обратилась ко мне грубо и фамильярно, как нельзя обращаться к родителям в детском садике.

Сразу понял, что обратно в детском садике проблема с нашими старшим сыном. Как под конвоем пошёл в кабинет заведующей, которая, не глядя на меня пригласила жестом мне сесть на стул у стола.

– Александр Сергеевич! Вы уважаемый человек в нашем городе. – начала она диалог со мной с далека. – Но! Ваш старший сын ваша противоположность. Мы больше не можем принимать его в наш детский садик из безопасности к нему и к остальным детям. Он сегодня забрался на высокое дерево. Оттуда прыгнул на крышу детского садика и проломи её. Вы сами сейчас посмотрите на него. В каком он виде. Просто чудо как он остался живой.

Заведующая нажала на столе на кнопку с надписью «старшая группа». Через минуту в кабинет вошёл Артур, а следом за ним воспитательница старшей группы. Наш старший сын выглядел ужасно.