Александр Черевков – Ловушка (страница 3)

Между сухим местом под карнизом и тающим снегом от капели, по-весеннему капающей с крыши, а также от яркого южного солнца, готового растопить всё, даже наши обезумевшие души. Однако расслабляться было нельзя. Так как ничего хорошего в мою сторону не было.

Не знал, что замышляют люди с оружием, которые расположились группой напротив нас. Внимательно стал рассматривать побитых мною парней, чтобы определить свою возможную виновность в переборе самозащиты.

Ведь неизвестно что могут выдвинуть двое парней, лежащих на бетоне против меня в свою защиту. Могут сказать, что напал на них неожиданно, пытаясь завладеть иномаркой.

На счёт записи у меня на диктофоне, парни могут отнести к рассказу об очередном американском кинобоевике, увиденном ими по телевизору. Тогда мне в свою защиту придётся прикидываться умственно больным из-за перенесённых мной кошмаров во время боевых действий в Таджикистане, а также во время терактов в Израиле.

Ничего другого в свою защиту на ум мне не идёт. Думаю, что всё тут обойдётся хорошо в мою пользу. Надежда на иностранных журналистов и на представителя консульства Израиля.

Хотя бы скорее прессу привезли сюда в морской порт. Благо, что на головах этих парней были меховые шапки. Так что удар багром по головам был смягчён меховыми шапками.

Головы не были разбиты до крови. Парни всего лишь получили лёгкое сотрясение мозгов или глубокий нокаут, как во время бокса. Что же касается разбитого лица у каждого парня и моего удара в пах каждому, то имел полное право нанести дополнительные удары, чтобы парни не могли напасть на меня.

Ведь они здоровее меня. Со времени моего захвата двоих парней прошло минут пять. К этому времени весь руководящий и охранный состав, морского торгового порта, был на плацу перед складом-ангаром сельскохозяйственных продуктов.

Почти каждый руководитель и офицер звонили куда-то по своим мобильным телефонам. Никто никаких мер не принимал. Видимо кто-то из руководителей выше на своём месте решал, как поступить со мной в данной ситуации.

Наверно, если бы Матвеев Иван и Синельников Виктор вовремя не встали в виде живого щита на мою сторону, то меня давно бы снял снайпер с любой ближайшей высоты? Даже с площади с левой стороны можно снайперу снять меня. С левой стороны был плохо прикрыт.

Видимость отличная. Пока об этом догадался Матвеев и встал рядом со мной. Минут через десять после начала этого инцидента приехали друзья захваченных мной парней. Но вооружённые охранники ни дали телохранителям пройти в мою сторону. Мало того, всех прибывших парней сразу разоружили и надели на них наручники.

Матвеев Иван и Синельников Виктор воспользовались паузой. Принялись тут же приводить себя в норму от пьянки и от воздействия снотворного, который стал их клонить ко сну.

Из пожарного крана они пили столько много воды, пока она вызвала у них рвоту прямо на лежачих парней. Так постепенно за несколько минут Иван и Виктор очухались.

Может быть, к этому времени оперативникам стало что-то известно о существовании мафии в новороссийском порту? Так как секюрити и снайпера убрали своё оружие от прицела в нашу сторону.

Скорее всего, о существовании мафии в новороссийском порту было известно давно. Просто у оперативников не было повода захватить мафию сразу. Тут такой случай.

Как им не воспользоваться? К тому же на причал морского порта прибыли представители прессы и телевидения. Никто из присутствующих не хотел на виду у всех быть обвинённым за разбой в порту.

- Меня зовут Исаак Эдмон, генерал запаса. - сказал седой сухощавый старик в форме генерала. - Меня уполномочили говорить с вами, как еврею с евреем. В Новороссийске в данный момент нет представителей Израиля. Есть иностранные журналисты готовые снять репортаж на радио и на спутниковое телевидение. Вы можете использовать прессу и телевидение в свою защиту.

- Спасибо вам за помощь! У меня нет понятия разницы нации. - сурово, сказал сам. - Передо мной все равны. К тому же по нации русский. Точнее сказать, терский казак. Уважаю старость. Мне нужно официальное лицо любого нейтрального государства и иностранные журналисты, которые могли перед международной аудиторией оправдать меня в целях моей защиты.

До конца выдвинутого мной ультиматума оставалось пять минут. К этому времени площадь передо мной была заполнена представителями власти Новороссийска, руководителями морского торгового флота, уполномоченными представителей закона, военными и охраной грузового двора.

Самое главное, на площади были многочисленные зарубежные журналисты и корреспондентами прессы, радио, а также спутникового телевидения, которые делали свою работу.

В такой ситуации никто не посмел бы стрелять в меня. Тем более, хотя бы по той причине, что у меня вообще нет с собой оружия. Вскоре на площадь перед складом-ангаром приехал легковой автомобиль «The Lincoln».

Из автомобиля вышли четверо интеллигентно одетых мужчин. Среди них мне показался знакомым высокий мужчина, примерно, средних лет, который своей привычкой поправлять волосы и в разговоре хмурить брови, напоминал мне кого-то.

Так давно был в этих краях и бизнесом не занимаюсь давно, что моя память о встречах с бизнесменами стала постепенно исчезать. Даже этого интеллигента не могу вспомнить.

- Меня зовут Джек Питер Уилкинс. - с акцентом на русско-английском языке, назвал себя мужчина. -прилетел в Россию из США по делам своего бизнеса.

- Спасибо, Джек Уилкинс! - остановил. запланированную речь гражданина США. - Тебя мне представлять не надо. Мы с тобой давно знакомы. Мы с тобой встречались в Москве на международном симпозиуме бизнесменов и на выставке "Красная Пресня". Ты тогда представлял фирму "Мюриел Хорн и компаньоны" из Александрии. Меня зовут Черевков Алекс. Ты вспомни меня! Мы вместе пили пиво в пивном баре напротив павильона выставки "Красная Пресня".

- Однако, Алекс, память у тебя отменная! - удивлённо, воскликнул Джек Уилкинс. - Больше десять лет назад впервые прилетал в Россию. Мало что помню с того времени. Рад, что ты меня не забыл за десять лет после нашей встречи. Чем здесь сейчас могу тебе помочь?

- Эти двое парней планировали убить меня и моих компаньонов по бизнесу из России. - громко, сказал, чтобы слышали все на площади перед складом-ангаром. - Пускай от вашей страны подойдёт ко мне корреспондент телевидения. Мне и моим компаньонам есть, что сказать вашему телевидению в свою защиту. Дальше посмотрим, кто из нас будет честен перед всем миром. Лишь после этого отдамся в руки правосудия вашей стране.

Так как являюсь гражданином Израиля, то имею полное право выбрать в свою защиту представителей закона другой страны. В данном случае США.

Думаю, что у меня имеются неопровержимые доказательства в свою защиту. Тем более что здесь имел полное право на самозащиту при таких неудобных обстоятельствах, в которых находился перед бандитами.

Когда закончил свою короткую речь, Джек Уилкинс сразу собрал возле себя группу корреспондентов американского телевидения. Беседовали они между собой минут пять.

Затем Джек Уилкинс обратился с вопросом к представителям местной власти.

Офицер в форме полковника милиции поговорил с рядом стоящими мужчинами в гражданской одежде.

Лишь после этого Джек Уилкинс получил устное разрешение о выделении корреспондента американского телевидения, представителем которого была хрупкая девушка с микрофоном и оператор с телевизионной камерой на правом плече.

Они решительно направились в мою сторону. Сразу приготовился к своей речи по американскому телевидению.

- Мэри Робинс! США. Корреспондент телевидения штата Вирджиния. - назвала себя хрупкая девушка. - У нас к вам вопрос. Зачем вы напали на парней в грузовом дворе торгового морского порта Новороссийска?

- Пуская, парни сами расскажу о причине моего нападения на двоих рослых парей. - уверенно, ответил девушке. - У них есть шанс защищать себя. После мы выдвинем свою линию рассмотрения данной ситуации на месте.

Видимо побитые мной парни не были готовы к такому повороту, и все ещё находились в состоянии лёгкого сотрясения мозга или глубокого нокаута. Поэтому побитые мной парни ничего не могли сказать.

Вначале они просто молчали ошарашенные таким поворотом действия. Затем парни долго о чём-то шептались, что было лишь плюсом в мой адрес. Любой прокол в своё оправдание со стороны парней был плюсом в моё оправдание в данном случае с парнями.

- Мы просто разговаривали между собой. - нерешительно, ответил один из двоих парней. - Этот мужчина стоял сзади нас возле пожарного щита. Неизвестно по какой причине, нанёс нам по головам удар багром. После мы отключились. Мы ни в чем не виноваты перед иностранным гостем. Пускай он сам скажет о причине нападения на нас. Мы ни в чём не виноваты.

- Вы довольны ответом пострадавших? - спросила меня, Мэри Робинс, протянув в мою сторону микрофон. - Может быть, у вас имеется другая версия в свою защиту?

- Другого ответа от этих парней не ожидал. - ответил, корреспонденту американского телевидения. - Теперь вы внимательно послушайте действительную речь этих парней до времени моего нападения на них. Здесь нет никакой подделки. Чистый звук с места событий.

Осторожно достал из бокового кармана, на левом рукаве своей спортивной куртки, спрятанный там аппарат диктофон.