Александр Быченин – Егерь (страница 75)

– Все-таки подловили, суки! – озабоченно буркнул себе под нос Исаев и тут же повысил голос: – Эй, парни, кто командир? Я майор Исаев.

Черномундирники остались к словам моего начальника безучастными. Видать, и впрямь Линдеманн собрал самых толстокожих. Или просто самых тупых. Не могут же они не понимать, что из шести «вихрей» Охотники их вмиг раскатают. А вот, кстати, и он, легок на помине.

– Господин Исаев! Какая приятная встреча! – развел Линдеманн руками в театральном жесте. – Признаться, не ожидал!

– Чего надо? – Майор сейчас совсем не был склонен к шуткам.

– Ничего особенного, господин Исаев. Я всего лишь собираюсь арестовать некоего лейтенанта Денисова за убийство двоих сотрудников службы безопасности и нанесение тяжких увечий еще одному. Плюс еще намереваюсь задержать Галину Рыжик как соучастницу.

Я открыл было рот, чтобы послать безопасника туда, где ему самое место, но майор ожег меня предупреждающим взглядом и, подпустив в голос льда, поинтересовался у оппонента:

– Основания?

– Свидетельские показания трех человек, в том числе и получившего ранение.

– Я так понимаю, все они сотрудники службы безопасности?

– Именно. Это что-то меняет?

– Они заинтересованные лица. Пока что мы имеем два свидетельства против трех. Еще какие-нибудь доказательства есть? Видеозаписи, например? – усмехнулся в ответ Исаев.

– К сожалению, записей нет. Программный сбой при обслуживании регистрирующей аппаратуры.

Ага, дурак он, что ли, самого себя топить? Записи с регистраторов участвовавших в нападении безопасников прямое свидетельство в нашу пользу. Но ситуацию он правильно просчитал – мы тоже ничем не могли доказать свою правоту. А пока три голоса против двух.

– Удивительно вовремя, не правда ли? – Исаев сейчас являл собой воплощение скептицизма. – Еще что-нибудь?

– Орудие убийства и образцы боеприпасов! – выплюнул Линдеманн, видимо надеясь этим доводом решить дело в свою пользу.

Твари, догадались мой штуцер с катера прихватить. Хотя как они умудрились его так быстро на базу доставить? Или на испуг берут?

– Разрешите ознакомиться с результатами баллистической экспертизы? – незамедлительно парировал майор.

– Пока еще не провели, – скрипнул зубами безопасник. – Что это меняет? Я уверен, что они подтвердят нашу версию.

– Тут позвольте с вами не согласиться. Вечером деньги, утром стулья. Или утром деньги, вечером стулья.

– Что?!

– Классику не читаем, – констатировал Исаев. – Объясняю на пальцах: нет доказательств, нет арестантов. Ферштеен? На что вы надеялись, понять не могу.

– На ваше благоразумие, господин Исаев! – От былой невозмутимости, которой так славился Линдеманн в кругу коллег, давно уже не осталось и следа. – Элементарная осторожность должна вас заставить уступить. Сила на нашей стороне.

– Это как посмотреть! – хмыкнул Исаев и тут же дал отмашку.

Где-то на полпути между нами и тыловой пятеркой безопасников в пол ударил унитар. Судя по отсутствию рикошета и чувствительному толчку в ноги, кто-то пальнул из штуцера УОДом. Впрочем, чего я гадаю? Кроме Коли с Лехой, некому. Скорее всего, майору их видно, и они знаками дали понять, что готовы оказать поддержку огнем, чем мой начальник и воспользовался как нельзя кстати.

– Что скажете, господин Линдеманн? На мой взгляд, у нас как минимум паритет. Я бы посоветовал найти компромиссное решение.

Главный безопасник застыл в раздумье, а вот его подчиненные, наоборот, зашевелились. По крайней мере, двое из передовой пятерки неосознанно попятились, когда поняли, что находятся на прицеле у противника, занявшего господствующую высоту.

– Что вы предлагаете? – нарушил молчание Линдеманн. – Лично я не вижу из сложившейся ситуации иного выхода. Я обязан арестовать Денисова и Рыжик.

– И вы готовы вот прямо сейчас умереть? – хмыкнул Исаев. – Поймите, Карл, вы поставили нас в очень неловкое положение. Нам, по сути, терять уже нечего. Если начнется стрельба, будут трупы. Много трупов. Впрочем, вам будет уже все равно. Обещаю, что первый унитар придется в вашу голову.

– У меня приказ вышестоящего начальства! – продолжил гнуть свою линию безопасник.

– Насколько я знаю, вы и есть высшее должностное лицо службы безопасности на планете, – озадачился майор. – Сами себе приказали, что ли?

– Если бы! Вы же знаете, что в систему прибыли два крейсера компании. Не делайте удивленное лицо, давно уже знаете. Да мы и не делали из этого факта секрета. На одном из кораблей находится хорошо вам известный господин Воронов – первый заместитель главы службы безопасности «Внеземелья». По сути, он второй человек в иерархии. И именно он отдал приказ арестовать ваших людей. Я при всем желании не смогу прыгнуть через его голову.

Ага, спекся безопасник! Прямым текстом намекает, что его хата с краю. Ищет выход, лихорадочно так ищет. И пытается что-то подсказать Исаеву. И, судя по хитрой ухмылке, майор подсказку понял.

– Хорошо, Карл. Я дам вам возможность прикрыть тыл. – Исаев легонько толкнул в плечо Диму Калашника, привлекая его внимание. – Лейтенант, фиксируйте. Господин Линдеманн, я, как старший офицер базы, официально отказываю вам в выдаче своих подчиненных. Доказательная база у вас пока явно недостаточная. На объекте введен карантин, то есть вся полнота власти принадлежит военным. К тому же затребованный вами фигурант – лейтенант Денисов – является военнослужащим Федерации и подлежит в случае совершения им преступления суду военного трибунала. До выяснения всех обстоятельств дела он помещается на гауптвахту. Таковая, ввиду эвакуации планетарных объектов, в настоящее время находится на материнском корабле «Да Винчи». Я обязуюсь незамедлительно доставить туда задержанного. Лейтенант Денисов!

– Я!

– Сдайте оружие. Вы задержаны по обвинению в убийстве. До выяснения обстоятельств вы помещаетесь в гарнизонную гауптвахту. Вопросы?

– Никак нет! – рявкнул я, одновременно мысленно успокаивая встопорщившего на загривке шерсть Петровича.

Передал майору пистолет и нож, снял ремень и форменную кепку. Потупил взгляд и скрестил за спиной руки, всем своим видом являя идеального арестанта. Для хохмы еще бы наручники нацепить, вот только нет их у майора.

– Карл, наручниками не угостите? – прочитал тот мои мысли.

Рука Линдеманна непроизвольно дернулась к поясу, но он тут же опомнился и отрицательно покачал головой.

– Что насчет фигурантки Рыжик? Она не является военнослужащей, а гражданские специалисты в моей юрисдикции, господин Исаев.

– Гражданский специалист Рыжик является важным свидетелем по делу Денисова, – пожал плечами мой начальник. – Вынужден отказать. Девушка поступает под нашу охрану вплоть до трибунала. Вы все зафиксировали, Карл? Не будете ли вы так добры в таком случае убрать своих людей? Мои ребята нервничают.

Линдеманн жестом велел бойцам убираться и сам подал пример, отступив к контейнеру. На лице его застыло престранное выражение: смесь злобы, разочарования и нешуточного облегчения. Я ему даже посочувствовал на какое-то мгновение – попал он как бы не хлеще, чем мы с Галей. У нас хоть какая-то защита есть, а вот ему достанется от начальства по полной программе. Сомневаюсь, что ему простят потерю ценных источников информации. Руководству «Внеземелья», как выяснилось, на федеральные законы плевать с высокой колокольни. С другой стороны, с официальной точки зрения его наказывать не за что.

– Денисов!

Я поднял взгляд на безопасника. Тот уже справился с собой, и лицо его превратилось в непроницаемую маску.

– Это еще не конец. Запомни мои слова.

– Обязательно, – очень серьезно отозвался я.

Линдеманн четко развернулся и скрылся в ближайшем боковом проходе, чуть ли не чеканя шаг. Заметно расслабившиеся бойцы в черной экипировке прошли следом.

– Шагай, арестант! – легонько ткнул меня в спину стволом радостно ощерившийся Миха. – Будешь теперь баланду хлебать всю обратную дорогу.

– Ловлю на слове! – не остался я в долгу. – За язык никто не тянул, давай теперь с поварами договаривайся. Не договоришься, сам готовить будешь.

– Забились! – хмыкнул сержант. – Дим, ты свидетель.

Калашник молча кивнул. Так как мой нынешний арестантский статус не позволял помогать Гале, заботу о любимой девушке я доверил именно ему. Впрочем, Петровича заставил контролировать, что он и проделал с завидным рвением. Галина после столкновения с Линдеманном совсем расклеилась – того и гляди, разревется. Да, нервы ни к черту. Со стрессами шутки плохи, а в последние два дня мы их пережили слишком много. Как бы в лазарет не загремела. А это нежелательно, любопытные медики не упустят случая поинтересоваться, что это за странный ожог у девушки на левой лопатке.

«Информация принята к сведению. Система контроля активирует процесс восстановления».

Твою мать! Когда же я от этого чертова ИИ избавлюсь?! Может, хотя бы за пределами системы отстанет?

«Ответ положительный. Дальность ментальной связи ограничена десятью световыми годами».

Я облегченно выдохнул, отчего Миха окинул меня озадаченным взглядом и пошел веселее. Не сглазить бы, но вроде выбрались пока что… Из цепких лап военных на территории Федерации меня никакой компании не вырвать – руки коротки.

Оставшийся путь проделали меньше чем за минуту. У гостеприимно распахнутого пассажирского шлюза челнока нас поджидали неразлучные коллеги Иванов с Петровым. Леха держал наготове штуцер и контролировал наш тыл. Впрочем, ничего удивительного. Коля Иванов однажды проболтался, что старлей еще в академии призы на соревнованиях по стрельбе брал. А это, должен сказать, показатель – все Егеря по определению хорошие стрелки.