Александр Бушков – Пиранья. Алмазный спецназ (страница 39)
По тропинке, отчаянно рыча мотором и раскачиваясь, прополз армейский грузовик без тента. В кузове, настороженно выставив во все стороны длиннющие автоматические винтовочки западногерманского производства, теснились оглоеды в хаки и в зеленых беретах. Эти головные уборы не имели ничего общего со своими штатовскими аналогами, просто-напросто были сшиты из той же второсортной ткани, что и униформа. «Сиволапые, ага», – с ноткой кастового превосходства определил Мазур. Деревня пскопская... Ну, это легче.
Следом за грузовиком, так же переваливаясь на колдобинах, проехал броневик «Фокс» и три джипа, битком набитые опять-таки обычными армеутами. Мазур прекрасно рассмотрел напряженные, встревоженные лица – салажня сопливая, не видно ни одного п р а в и л ь н о г о вояки, чтобы был в плечах пошире шкафа, а рожей в шрамах – пугать детей и коррупционеров...
Используя краткий момент тишины и безлюдья, они поднялись из-за куста и вновь припустили в прежнем направлении. Почти опустевший Мазуров рюкзак чувствительно колотил его по пояснице – единственным твердым предметом, от которого сплошное неудобство, могла быть только сумка с алмазами, от которой ни за что не избавишься, наоборот, придется терпеть все неудобства...
Раздалось несколько очередей – примерно в километре от них, со стороны деревни. Следом – пальба вразнобой, сразу слышно, из самого разнообразного оружия. Ага, началось...
Они снова залегли в кусты, пропуская несшиеся по дороге пошире грузовики с солдатами. Тоже обыкновенные, тоже не горят энтузиазмом положить животы свои на алтарь свободы, законности и всего такого прочего...
И еще несколько минут отчаянного бега. В конце концов Мазур решил, что они отдалились достаточно, пора подумать и о привале. Они забились в заросли высокого папоротника, долго прислушивались, но вокруг стояла покойная тишина. Порой раздавались выстрелы, но на самой границе слышимости, скорее угадывались, чем отмечались слухом.
Мазур быстренько проверил автомат, протер револьвер, насколько удалось с помощью подручных средств – не было достаточного количества доброй сухой ветоши. И все же немного приободрился. Оставалась вероятность осечек, но оружие, в принципе, не внушало опасений.
Анка, прилежно занимавшаяся тем же самым, сделала неловкое движение, сморщилась, ойкнула.
– Больно? – задал Мазур дурацкий вопрос.
Она огрызнулась:
– Бутылку в задницу вставь, будешь иметь некоторое представление... Не мог их положить пораньше?
– Момент не подворачивался, – кротко пояснил Мазур.
– Момент... Не тебе ж засаживали... Козлы поганые...
– Отставить эмоции, – распорядился Мазур без всякого сочувствия. – Пошли. Нужно сматываться, и подальше, подальше...
Он вытащил навигатор – прибор, сделанный в расчете на перипетии и покруче, был противоударный, влагонепроницаемый, а потому после нажатия соответствующих кнопок картинку выдал исправнейшим образом.
– Не так уж и далеко дорога, подходящая под категорию «магистрали», – сказал он. – Разумеется, с поправкой на местные условия – асфальтом и не пахнет. И все равно, большая дорога – это всегда приятно... Собственно говоря, до Инкомати можно добраться одним лихим рывком. Колеса бы нам путние...
– Подойдут? – фыркнула Анка, показывая вперед.
Мазур посмотрел – и тут же отшатнулся за дерево. Метрах в пятидесяти впереди чащобу прорезала очередная колея, там стоял броневик, очередной «Фокс», а вот других транспортных средств что-то не усматривалось.
«А почему бы и нет?» – подумал он со здоровым цинизмом. В некоторых отношениях это даже предпочтительнее...
Английский четырехколесный броник был годочков тридцати от роду и сюда угодил определенно как трофей – четверть века назад, во время «Полета ворона», юаровцы перли как раз на таких, и десятка два, Мазур помнил, целехонькими достались правительственным войскам. Ветеран выглядел вполне ухоженным и надежным – неплохая тачка из тех времен, когда с электроникой не баловались так, как сейчас. Нормальная рабочая лошадка. Военная техника, если не долбить ее снарядами и не корежить минами, способна прослужить долго...
Экипаж, три обормота в черных беретах, столпился у правого переднего колеса. Они развернули карту, тыкали в нее пальцами и оглушительно дискутировали, не обращая внимания на окружающее. То ли с дороги сбились, то ли позабыли поставленную задачу, разгильдяи, и теперь искали выход. Как бы там ни было, от этой перепалки веяло не суровыми военными буднями, а кухонной сварой. Несерьезный какой-то народец, не внушающий уважения...
– Ловим тачку, – распорядился Мазур. – Я займусь крикунами, а ты посматривай – вдруг внутри еще какой-нибудь черт, выпрыгнет в самый неподходящий момент...
Он в ы л о м и л с я из зарослей, поднял автомат и рявкнул по-звериному, подавляя нацеленным дулом и убедительной интонацией:
– Руки вверх, мать вашу!
Троица полностью оправдала его ожидания: шарахнулись, выронив карту, сбились в кучу, подняв руки над головой, с посеревшими лицами.
– Присмотри, – сказал Мазур, поменялся с Анкой местами, распахнул дверцу и заглянул внутрь.
Тесный отсек был пуст. Спрятаться там так, чтобы остаться незамеченным, было попросту невозможно. Удовлетворенно кивнув, Мазур стал разгибаться...
Длинная автоматная очередь затарахтела в двух шагах от него. Он отпрыгнул, пригнулся, готовый попотчевать свинцом любую двуногую неожиданность...
Не было нужды. Анка как раз опустила автомат, стоя с видом гордым и независимым, а трое бедолаг в черных беретах валялись тут же, не подавая признаков жизни.
– Зачем? – укоризненно спросил Мазур.
– Не тебя трахали эти павианы, вот и помалкивай, – отрезала Анка, зло глядя так, что любые дискуссии были бы бесполезны.
А впрочем, у Мазура не было никакого настроения читать ей мораль и углубляться в нотации: повод, цинично-то говоря, не особенно и внушительный. Есть более важные дела...
– Ну ладно, – сказал он хмуро, – Поехали.
Устраиваясь на водительском месте, он подумал, что не предусмотрел самое простое объяснение: они могли тут остановиться из-за поломки...
Нет, не настолько уж им сегодня не везет – двигатель исправно зарокотал. Антиквариат, конечно, тот еще, но тянет исправно, а комфортом можно пренебречь...
Мазур вел броневик по извилистой колее, газуя и порой задевая бортами деревья без малейшей жалости к машине, – он за нее не отвечал, так что не было смысла трястись над материальной частью... Горючего хватает, при нужде можно даже залепить двадцатимиллиметровым снарядом по какому-нибудь недоброжелателю – вот они, острые головки в железном ящике...
Справа открылась обширная пустошь. Мазур не сбавил скорости, хотя справа стояли три грузовика, парочка джипов, и вокруг раскладного дюралевого столика с картами и рацией столпилось человек десять в высоких фуражках. Как раз паниковать и не следовало – мало ли по какой надобности мог нестись сломя голову броневик? Там, куда сгоняют множество людей и кучу техники, обычно не бывает одного-единственного великого стратега, который держит в голове дислокацию абсолютно всех подразделений. Неразберихи полно. Так что следует давить на газ и не забивать себе голову пустыми условностями...
Наперерез, махая рукой, сделал попытку кинуться какой-то офицерик, но держался он неуверенно, и Мазур, не притормаживая, нахально пролетел мимо. Вряд ли этот тип успел заметить сквозь узкую щель – Мазур заблаговременно опустил броневую заслонку, – что управляет броневиком не черный пацан, а белый в солидных годах...
Он обогнал еще один грузовик, выскочив на обочину, прибавил газу, летел на максимальной скорости. Еще одно импровизированное штабное совещание, на сей раз слева, там, кроме джипов, и вертолет с выключенным движком расположился.
Ему пришло в голову, что существует еще одна нешуточная опасность: чего доброго, вылезут из чащобы партизаны и влепят со всей дури из гранатомета, в полной уверенности, что героически воюют с представителями прогнившего диктаторского режима. Гранатометов нынче, что грязи. Чертовски обидно было бы погибнуть в качестве верного защитника президента от повстанцев – тем более что сам-то президент твердо намерен намылиться с родины...
– А может, до Инкомати? – спросила Анка, перекрывая гул мотора. – Не задерживаясь? Вроде ничего он прет...
– Не стоит зарываться, – ответил Мазур. – Не дай бог, наткнется кто на тех жмуриков, пораскинет мозгами, сопоставит и начнут за нами охотиться со всем пылом. В этой коробке обзора никакого, вертолет вывернет на боевой заход – не услышишь...
– Тогда?
– Посмотрим, – сказал Мазур. – Авось попадется обычный джип, с ним проще – и мельче он, и внимание не так привлекает, и сигануть с него в джунгли гораздо проще, чем из этого гроба... Гляди в оба, вдруг да подвернется что-то подходящее...
Глава пятнадцатая
Вечная беда всех кладов
– Это как?
– Вижу, – сказал Мазур, сбрасывая скорость. – Вообще, ничего.
Малость обшарпанный джип выглядел уныло, но ничего другого в пределах видимости не имелось, а колесить дальше было бы рискованно. Джип стоял на обочине, под огромным деревом с раскидистой кроной, о котором Мазур мог бы сказать только то, что оно – безусловно не пальма. Один вояка в зеленом берете сидел, развалясь, на водительском месте и безмятежно пускал дым, второй прохаживался рядом со скучающим видом, и только третий, с капральским серебряным «уголком» на погонах, был занят делом: возился с рацией в машине, нацепив наушники, то ли болтал с кем-то, то ли просто настраивал огромный старомодный ящик, не обращая внимания на окружающее.