Александр Бурцев – Русские народные сказки и суеверные рассказы про нечистую силу (страница 15)

Во время сна вернувшийся домой не узнает ни жены, ни брата (рис. Л. Полторацкой)

Работник на вершине горы (рис. Л. Полторацкой)

Живут они год, живут другой и позабыли про случившееся. Приходит лето, и отправляются опять за море торговать. Справились и поехали. Едут они день, едут другой и видят на берегу моря огромную гору, а на той горе опять сидит человек и кричит, кто бы пожелал к нему в работу за 1000 рублей в год. Тот брат, который живал в работниках, говорит: «А что, я опять пойду, если тот же хозяин; я его, шельму, проведу». Согласился и съехал на берег. Подъезжает к берегу и видит тот же дом и того же хозяина. Хозяин не признал его. Живет опять день, другой, месяц, и все дела нет; пьет и ест сытно, спит плотно, а сам все думает, как бы отомстить хозяину. Через несколько времени хозяин уехал куда-то по своим делам. Работник проводил хозяина и пошел осматривать хозяйский дом. Обходит его вокруг. «Первый раз», — сказал. Обходит его во второй раз и сказал: «Ну-ну». Обходит в третий раз и бросил камень на дом. Потом входит в дом и видит в стене потаенную дверь, отворяет, и вдруг представилась глазам его удивительная картина: на полу лежат груды золота, по стенам сабли острые, на столах груды камней драгоценных, а среди комнаты сидит красная девица, шьет она золотом и плачет горючими слезами. Он говорит ей: «Красная девица, чья ты? Дому ли хозяйка или чужестранка?» Она посмотрела на него и говорит: «Твой хозяин увез меня молча из моего дома и хочет на мне жениться; вот уже три года, как он все собирает эти драгоценности и держит меня здесь в стенах, не выпуская никуда, старается уговорить меня и ослепить этим богатством; я не соглашаюсь, но он хочет поступить насильно». Он простился с ней и, не говоря ни слова, вышел из комнаты. Вечером приезжает хозяин, поблагодарил его за сохранение комнат, отправился отдыхать.

Сидит красная девица, шьет она золотом (рис. Л. Полторацкой)

На другой день встали, поели, потом пошли осматривать двор. «Ну, — говорит хозяин, — завтра пора и за работу. Вот поедем мы с тобой к высокой горе стрелять дичь, возьмем с тобой разных яств и напитков, чтобы было веселее». Поутру запрягли хорошую лошадь в карету, а другую, худую, взяли с простой телегой; работник говорит: «Где же ружье, хозяин? Ведь так-то птиц не поймать». — «Нет, друг мой, у нас там есть под горой хижина, где все необходимое». Едут они час, другой; наконец приезжают к высочайшей горе, у той горы в ложбине построена маленькая избушка. «Ну, — говорит хозяин, — вот наше пристанище. Посмотри на эту гору: сколько там дичи, а то ведь нам нужно ожидать, пока не слетит ниже. Вот и избушка; здесь и ружья, и вообще все необходимое для охоты. Ну, слушай, друг мой, прежде чем заняться охотой, поедим и выпьем хорошенько». Хозяин достал бутылку и наливает стакан работнику, а сам незаметно всыпает туда порошок. «Нет, хозяин, — говорит работник, — сначала должен выпить сам, а потом уж я». «Делать нечего, — говорит хозяин, — давай и я себе налью стакан». Когда хозяин налил стакан вина для себя и хотел пить, работник закричал: «Хозяин, эвон кто летит». Хозяин оглянулся, а работник переменил стаканы. Выпили они по стакану. «Ну, теперь и вся дичь наша; давай и соснем немножко, а потом и за работу». Хозяин заснул крепким сном. Работник между тем зарезал лошадь, снял внутренности, воткнул туда хозяина, зашил, а сам лег за кусты отдыхать. Прилетели орлы, подхватили добычу и улетели в свои гнезда.

Хозяин заснул крепким сном (рис. Л. Полторацкой)

Прошел день, другой, проснулся хозяин и глазам своим не верит, удивляется, как он попал на гору. Посмотрел вокруг себя, видит несметное количество золота и драгоценных камней. Вдруг он услыхал голос работника: «Хозяин, вставай, пора вставать, будет, поотдохнул, бросай золото и драгоценные камни». — «Ну, добрый человек, — отвечает хозяин, — изволь, я тебе сейчас набросаю, сохрани только их, когда перекладем в карету; если ты и два раза, в третий скажи „куна“, иначе я не исполню твои желания». «Изволь, — отвечает работник, — все сделаю, только ты будь верен своему слову». Хозяин набросал столько золота и драгоценных камней, что больше некуда было класть. Работник и говорит: «Ну, довольно, я всего не мог скласть и оставляю тебе на свадьбу с девицей в твоем доме; только сыграем свадьбу — не то все пропадет. Ага, хозяин, не узнал ты своего работника, сиди там до марковкина заговенья, а тогда из тебя для орлов хороший стол будет». Запряг лошадь и уехал. Приезжает в хозяйский дом, входит потайной дверью к девице: «Я теперь хозяин, а нам бывший хозяин стреляет орлов и соколов. Все эти сокровища мы соберем и привезем домой; ты же, если хочешь быть женой моего брата, поедем на родину». Девица согласилась. Они сложили все драгоценности, выехали на берег моря и увидали, что идет корабль. Стали они кричать, чтобы взяли их с собой. Корабельщики услыхали и перевезли на корабль. Корабль же был братний и возвращался из моря. Обрадовался и, узнав о его житье-бытье, поблагодарил его. Когда увидал сокровища и невольно пал брату на плечи, и долго плакали оба. По прибытии домой сыграли веселую свадьбу и стали жить да поживать, да добра наживать.

Марья-царевна

В некотором царстве, в некотором государстве жили-были царь да царица, а у них была дочь красавица Марья-царевна. Умерла мать, ее похоронили, и стали жить да поживать отец с дочерью. Проходит год. Отец, прельстясь красотой дочери, стал просить выйти за него замуж. Дочь стала проситься на могилу матери и попросить благословения. Приходит она на могилу, падает на курган и говорит:

«Матушка моя родимая; Солнышко мое красное, Теплая запаручина, Помоги, родимая, Мне в моей беде!

Отец зовет меня замуж. Дай мне благословение или прокляни меня». Мать отвечает ей: «Проси отца, пусть он купит тебе золотой сарафан». Дочь пришла домой и выпросила у отца золотой сарафан. День живут, другой живут; опять

Марья-царевна на могиле матери (рис. Л. Альбрехта)

царь стал просить руки дочери. Дочь опять выпросилась на могилу матери. Мать велела ей просить сарафан серебряный. Отец купил ей сарафан серебряный. Живут день, живут другой. Отец в третий раз просит руки дочери. Дочь пошла на могилу, пала на землю и говорит:

«Расступись, мать сыра земля, Ты откройся, гробова доска, Развернись ты, шелкова парча, Ты встань-ка, моя матушка, Желанная моя кормилица, Прими меня к себе в пазуху, Ты согрей-ка меня, солнышко, У своей груди, у белой груди, Ты оставь теперь у себя меня, Ты не дай меня в обидушку Своему мужу, моему отцу, Моему отцу, родимому батюшке!»

Марья-царевна просит мать заступиться (рис. Л. Полторацкой)

Мать отвечает ей:

«Ты, желанная моя касатушка, Ты, золотая моя пташица, Мне принять тебя не можно, Здесь в могиле все враги сидят, Все враги, да разъяренные, Они точат мою белу грудь». Не сосновый бор расшумляется, Гробовая доска раскрывается, От сна-смерти мать пробуждается, Своей дочери она наказ дает: «Ты поди, моя касатушка, Моя теплая запаручина, К своему родному отцу батюшке. Ты поди, скажи, моя матушка, Ты поклон земной от жены родной, Чтоб он, лихой, не губил тебя, Не губил тебя, да любил меня».

Царь ухаживает за дочерью (рис. Л. Полторацкой)

Мать распрощалась с дочерью и дала ей две палочки-самофалочки для того, чтобы, как она пойдет гулять в чистое поле, ударила бы палочку об палочку. Дочь приходит домой и просит у отца отдать свою волю подружкам в чистом поле. Выходит в поле, ударяет палочку об палочку, и являются у ней крылья, одно серебряное, другое золотое, а сама обращается в голубочку и улетает. Вот она летит день, летит другой и прилетает в другое царство. В этом царстве был у царя красивый сын Иван-царевич. Прилетает она на широкий двор и садится на точеный столб. Ивану-царевичу случилось выйти на широкий двор. Увидев красавицу голубку, хотел поймать ее. Бросился на нее, схватил и отдал своим слугам на сохранение. Проходит несколько времени, а голубка все живет еще у Ивана-царевича. В один день царь вздумал сделать бал и велел своим слугам напоить и накормить голубку как можно лучше и не выпускать никуда. Пришли слуги, чтоб напоить и накормить голубку. Голубка и молвит им голосом:

Слуги мои, слуги верные, Вы, царские послужницы, Вы, ночные караульщики, Отпустите меня, младую, Во чисто поле гулять, Цареву балу видать.