Александр Борискин – Вселенец или счастливый случай (страница 6)

Находясь в госпитале, Володя постоянно обдумывал все с ним происшедшее, пытаясь понять, как получилось, что он перенесся из 2008 года назад в 1991-й.

«Хорошо, что у меня хватило сообразительности не начать рассказывать врачам о жизни, которую я уже один раз прожил. Иначе мне не миновать психушки, и домой я отправился бы значительно позже».

Вспоминая свою прошлую жизнь, он понял, что полностью сохранил все знания, полученные в той жизни.

«Я прекрасно помню, как составлять бухгалтерский баланс и заполнять налоговые декларации, все изученные мною в финансовом институте дисциплины, все свои операции на фондовом рынке, котировки акций и иностранной валюты практически по дням прошедших лет. Хорошо бы они и в этой действительности сохранились такими же!

Проверка слуховой и зрительной памяти показывает, что и эти навыки остались при мне. Та же самая феноменальная память. Я даже помню в деталях происшествие со мной на автовокзале в Питере 28 декабря 1992 года! То есть, уже через полтора года. Интересно знать, если я буду ехать в том же самом автобусе, все в точности повторится?

И куда я тогда попал? В свой или параллельный мир, очень похожий на мой? Будет ли в нем все повторяться, как было в том, моем мире, или отличия будут нарастать с годами? К сожалению, пока не знаю, как проверить наличие у меня интуиции. Но пока никаких нехороших предчувствий у меня нет. Доберусь домой, там и подумаю, что теперь мне делать, как использовать знание будущего.

Надо ли теперь мне поступать в финансовый институт? Ведь все знания, полученные там, остались при мне. Или „без бумажки, то бишь диплома бухгалтера, ты букашка, а с бумажкой — человек!“ Все это надо тщательно продумать, чтобы не совершать тех ошибок, что я допустил в прошлом.

И еще одно, надо скорее отсюда уматывать и как можно меньше открывать рот. Вольно-невольно, но я могу выдать себя моим сослуживцам, знающим все мои привычки, словечки, интеллектуальный уровень. Сохранив память о будущем, я сильно отличаюсь от себя теперешнего».

Всего в госпитале Володя провел три недели. Там же состоялась врачебная комиссия, на которой его комиссовали по ранению и даже дали третью группу инвалидности, правда только на один год.

Через день, заехав на пару часов в свою часть попрощаться с друзьями и забрать вещи, он отправился на поезде домой в Новгород. Шел июнь 1991 года.

Вернувшись домой, Володя сразу же сходил в военкомат, где предъявил справку о комиссовании с военной службы по ранению и инвалидности и написал заявление о назначении пособия на время действия справки об инвалидности. Это посоветовали ему сделать знающие люди, на своей шкуре испытавшие «душевность» власти к инвалидам, комиссованным из армии. На пособие можно было рассчитывать не ранее, как через три месяца после подачи заявления, да и величина его была настолько мала, что и называть стыдно.

Мать была рада видеть сына, хоть и не совсем здорового, но живого. В честь его возвращения она хотела собрать его друзей и хороших знакомых, посидеть за столом, послушать его рассказы об армии, однако средств хватило только на то, чтобы пригласить в гости тетку из Ленинграда и деда с бабкой, проживающих в Зеленогорске. Зарплату она не получала уже полгода, все накопления закончились и надо было решать, как жить дальше.

На семейном совете решили, что Володе надо идти учиться в институт, причем в такой, где полученная профессия могла прокормить семью, а самому быть полностью независимым от других людей, надеяться только на свои умения, знания и способности.

— Я, конечно, с удовольствием пойду учиться дальше. Но я закончил техникум, и сдать экзамены в институт мне будет очень сложно, тем более что в армии было не до подготовки к экзаменам. Считаю, что мне надо сначала поступить на подготовительные курсы.

— К чему у тебя больше лежит душа? — поинтересовался дед, — куда хочешь поступать?

— Только не в технический ВУЗ! Сейчас многие заводы закрываются, инженеры оказываются на улице. Пример матери — перед глазами. Я бы предпочел гуманитарный институт, чтобы получить свободную профессию, например, переводчика. Сейчас много говорят об открытии границ, создании совместных предприятий. Эта профессия будет востребована в ближайшие годы. А мой диплом техника и диплом переводчика, совместно, будут хорошей гарантией моего трудоустройства.

— А почему бы тебе не пойти работать в ЛОМО? Ведь тебя туда распределили после техникума? — поинтересовалась тетка.

— Когда я добирался домой из армии, я встречался со своими сокурсниками, которые не попали в армию. Так вот: работы на ЛОМО нет, производство сокращается, инженеров и рабочих увольняют. Там меня никто не ждет!

— А на что ты собираешься жить, учась на подготовительном отделении и в институте? На стипендию? Так ее не хватит даже на трамвайные билеты на месяц! Мы тебе помочь не сможем, сами сидим без работы, — добавила тетка.

— Есть несколько вариантов: мать будет продавать шмотки на рынке в Новгороде, которые я буду привозить из Ленинграда не реже раза в две недели, покупая на мелкооптовом рынке. Это позволит ей свести концы с концами. И еще, меня обещали бесплатно устроить на двухмесячные курсы бухгалтеров в летнее время. Сейчас как грибы растут разные фирмы и конторы и эта профессия очень востребована. После их окончания буду подрабатывать, оказывая бухгалтерские услуги. Диплом техникума позволит мне на них поступить, а по окончании получить диплом бухгалтера. Тем более в Ленинграде — там больше людей, различных контор, значит и больше возможностей найти работу. И хоть маленькое, но пособие по ранению, также пополнит мой бюджет. Тем более что учеба на подготовительном отделении для меня будет бесплатной: я демобилизован по ранению, а значит, имею льготы.

— Внучек, да ты все продумал! Приезжай к нам с дедом почаще: всегда поможем, чем можем, накормим, — умилилась бабка.

— Жить можешь у меня, — сказала тетка, — жил четыре года, пока в техникуме учился, поживешь еще. Хоть чем в квартире поможешь,

— Все-таки, где думаешь учиться? — поинтересовалась мать.

— Думаю, надо поступать в педагогический институт на факультет иностранных языков: немецкое или английское отделения. По окончании получу специальность переводчика. Да там и полегче учиться.

— Вот все и решили! — сказал дед. — Где только деньги взять на первую закупку шмоток на мелкооптовом рынке?

— Перед отъездом из части мои сослуживцы собрали мне немного денег, как помощь по ранению. На первую закупку хватит, а уж потом из оборота буду брать.

Володя, прожив дома еще три дня, уехал в Ленинград и сразу стал искать возможность подработать бухгалтером. Этот рынок услуг был совершенно не заполнен, и он быстро нашел себе работу в хорошо знакомой ему среде ларечников. Одновременно поступил на курсы бухгалтеров, куда был принят бесплатно как демобилизованный из армии по ранению.

Он переговорил с директором курсов насчет сдачи экстерном экзаменов, сказав, что бухгалтерским учетом занимался в армии. Женщина очень удивилась, но согласилась провести испытания его знаний. Предложила Володе сделать квартальный баланс небольшого предприятия, на котором сама подрабатывала бухгалтером. Очень удивилась профессионализму и скорости выполненной работы. Собрала комиссию из преподавателей и выдала ему диплом бухгалтера. Одна важная проблема была решена. Теперь — подготовительные курсы.

Взяв с собой все имеющиеся документы, Володя направился в педагогический институт им. Герцена. Было начало июля и в институте было полно абитуриентов, подающих документы в приемную комиссию. Он отыскал приемную комиссию факультета иностранных языков и решил там уточнить некоторые моменты поступления в институт и на подготовительное отделение.

За столом с надписью «Ответственный секретарь» сидел пожилой мужчина и читал какую-то немецкую газету. У стола никого не было. Володя решил говорить с этим человеком на немецком языке, рассчитывая на более внимательное к себе отношение.

— Добрый день! Могу я с Вами посоветоваться? — обратился он к мужчине по-немецки.

Тот оторвался от газеты, вскинул на него глаза и ответил также по-немецки:

— Конечно! Для того я здесь и нахожусь! Что Вас интересует?

— Я только что вернулся из армии — был комиссован по ранению, и хотел бы уточнить возможность поступления в Ваш институт. Вот мои документы, — Володя подал мужчине папку со своими документами.

Тот открыл ее и бегло просмотрел содержимое.

— Вы окончили техникум в прошлом году. Почему не хотите дальше учиться по своей специальности?

— Думаю, наличие технического и филологического образования позволят мне добиться бóльших успехов в жизни.

— Где Вы научились так хорошо говорить на немецком языке? Да еще совершенно без акцента?

— Моя мать немка. Я с детства изучал немецкий язык. Также я владею и английским языком.

— Этому языку Вас также научила мать? — поинтересовался мужчина по-английски.

— Вы правы. А еще и французскому. Только для него мне требуется дополнительная практика.

— Так что же Вас интересует?

— Мне все советуют поступать на подготовительное отделение, поскольку я окончил техникум и плохо представляю себе материал школьной программы по предметам, сдаваемым на вступительных экзаменах. Тем более, у меня был годичный перерыв на службу в армии. Правда у меня есть льготы: я комиссован по ранению. Поэтому мне достаточно получить не самые высокие оценки: я иду вне конкурса. Надо ли мне терять год на подготовительном отделении или стоит попытаться сразу поступить в институт?