Александр Борискин – Прорвёмся! (страница 25)
Тот сообщил, что передал письмо Председателю Совета директоров банка и пока ответа не получил.
То же самое произошло со вторым и третьим звонками. И только на десятый день у Виктора зазвонил телефон для экстренной связи. Это был Зомме.
— Совет директоров банка ждёт тебя на своём экстренном заседании, которое состоится через три дня. Многое из того, что ты предложил — принимается, но не всё. Будут переговоры. Позвони заранее и сообщи дату и рейс прилёта. За тобой в аэропорт будет выслан автомобиль. Долго говорить не могу. До свидания.
По прибытии во Франкфурт-на-Майне Виктор встретился с главой Совета директоров банка герром Германом Дабсом, которому предъявил права бенефициара закончившегося в июле 1999 года депозитного договора, заключённого банком с герром Вильгельмом Прустом сто лет назад. Они вместе с главным юристом банка рассмотрели предъявленные Виктором документы, и нашли приемлемыми его права бенефициара, которые должен рассмотреть и утвердить Совет директоров, назначенный на следующий день.
В оговоренное время Виктора провели в зал заседаний Совета директоров, где уже присутствовали семеро представителей этого уважаемого органа и предложили присесть с одной стороны круглого стола, стоящего посередине зала. Лицом к нему, полукругом, расселись члены Совета директоров. Начал экстренное совещание Председатель Совета герр Герман Дабс.
— Уважаемые члены Совета. Позвольте представить Вам герра Виктора Алексеевича Новикова, служащего филиала Дойче Банка в России, который, по его словам, является правопреемником Вильгельма Пруста, разместившего в 1899 году в Дойче Банке депозит на сумму сто пятьдесят тысяч долларов сроком на сто лет под десять процентов годовых с ежемесячной капитализацией процентов. Срок депозитного договора закончился 15 июля этого года. Я и главный юрист банка Отто Миллер проверили представленные герром Новиковым документы и подтверждаем его права на получение процентов по указанному депозиту.
Вы уже предварительно ознакомились с этими документами, получили все необходимые разъяснения и должны принять решение о признании прав бенефициара по этому депозитному договору у герра Новикова. Будут ли какие-либо вопросы к герру Новикову?
— Герр Новиков! Какие родственные отношения связывали Вас с герром Вильгельмом Прустом, первым владельцем депозитного вклада?
— Достоверно мне о них ничего не известно. Согласно семейным преданиям герр Пруст в начале двадцатого века приехал из Америки в Россию, сошёлся с моей прабабушкой и во время революции 1917 года погиб. В результате их совместного проживания в течение шести лет в 1909 году родился мой дед Белов Алексей. От его брака с Марией Зотовой в 1945 году родился мой отец Белов Вадим Алексеевич. В 1973 году родился я. В 1996 году отец умер, и я по завещанию стал его наследником. Именно отец передал мне все документы, связанные с депозитным договором и рассказал, что эти бумаги передавались из рук в руки в течение ста лет. Также назвал мне все необходимые коды для получения копии депозитного договора, хранящегося в нотариальной конторе «Краузе и К» в этом городе, наличие которого я проверил и оставил там на хранении.
Герру Герману Дабсу я предъявил подлинник этого депозитного договора, и назвал все необходимые коды и слова для того, чтобы стать его бенефициаром. Как Вам известно, сам депозитный договор был оформлен на анонимного получателя, владеющего подлинником депозитного договора или его нотариально заверенной копией и назвавшего коды и кодовые слова, оговоренные в специальном приложении к договору, и хранящемуся отдельно от него в архиве банка.
— Будут ли ещё вопросы к герру Новикову? Вопросов нет. Переходим к голосованию. Бюллетень для голосования со сформулированным вопросом находится у Вас на руках. Прошу его заполнить и опустить в урну для голосования.
— Извините, герр Дабс. Ещё один вопрос по поводу голосования. Что будет, если путём голосования герр Новиков не будет признан бенефициаром депозита?
— Будет судебный процесс и обсуждение его нюансов практически всеми средствами информации, как Германии, так и мира, что очень плохо скажется на имидже банка.
Прошу голосовать. Спасибо. Герр Миллер, вскройте урну и объявите результаты.
— Из семи бюллетеней, розданных для голосования, «За» проголосовало 6, «Воздержался» — 1. Решение принято.
— Поздравляю, герр Новиков!
Теперь перейдём ко второму вопросу: обсуждению предложений герра Новикова, изложенного в письме на моё имя. С текстом письма все члены Совета также ознакомлены. Герр Миллер, Вам слово.
— Оба предложения, изложенные герром Новиковым в его письме, разумны и реальны.
После обсуждения их с членами Совета наиболее удобным для банка признано второе: заключить с герром Новиковым новый депозитный договор на сумму три миллиарда долларов сроком на тридцать лет под пять процентов годовых с ежегодной выплатой процентов. Оставшиеся 169 миллионов 862 тысячи 190 долларов и 3 цента перевести на текущий счёт герра Новикова в нашем банке.
Дополнительно признано необходимым засекретить эти решения Совета директоров и не передавать в прессу никаких комментариев на этот счёт.
Также поддержать просьбу герра Новикова о ходатайстве банка в получении им гражданства Германии.
У меня всё.
— Итак, господа, прошу проголосовать вторым бюллетенем. Спасибо. Герр Миллер, огласите результаты голосования.
— По данному вопросу голосование единогласное: все 7 бюллетеней «За».
— Герр Новиков, прошу Вас пройти в управление кредитов, вкладов и депозитов и подписать новый депозитный договор. Он уже подготовлен. Также на Ваш текущий счёт уже переведена сумма в долларах, указанная герром Мюллером в выступлении.
Господа, экстренное заседание Совета директоров банка закрыто. Благодарю Вас за понимание и напряжённую работу.
После окончания совещания Виктор быстренько подписал всё, что сказали. Депозитный договор был заранее изучен юристом из компании «Юридические услуги», постоянным клиентом которой он стал день назад. Теперь Виктор решил, что и шагу не сделает, не проконсультировавшись с прикреплённым к нему, как VIP-клиенту, юристом.
Потом договорился о встрече с Герхардом Зомме, пригласив посетить свой дом в Ханау и обещав к концу рабочего дня подогнать такси к зданию банка, которое доставит того по месту назначения.
Такой день надо было отметить! А с кем это лучше всего сделать? С единственным человеком, который помог ему в это тяжёлое время.
В Ханау Виктор заказал в лучшем ресторане города ужин с доставкой к нему в дом, причём выбрал самые вкусные и редкие на его взгляд, блюда. Их обещали доставить в шести часам вечера.
По пути домой заехал в магазин электроники, где приобрёл электронный глушитель, не позволяющий в радиусе двух метров записывать что-либо на любые носители информации, и сканер, определяющий местонахождение «электронных жучков».
Приехав домой, первым делом просканировал весь свой дом снизу доверху. Он отсутствовал в нём две недели и хотел быть уверен, что этим не воспользовались «плохие» люди. И не зря! На кухне, в гостиной, в кабинете и даже в ванной он обнаружил миниатюрные электронные устройства, поставленные неизвестными людьми. Виктор быстро изъял их из мест установки, разбил молотком и задумался.
«Не зря юрист мне советовал заключить договор с охранным агентством. Похоже, меня в покое не оставят даже сейчас, после улаживания всех дел с банком. Надо быть начеку. Узнаю телефон охранного агентства в Ханау, свяжусь с ним и заключу временный договор на личную защиту и охрану имущества сроком на неделю.»
После разговора с директором фирмы «FFF» ему обещали прислать трёх человек сегодня в десять часов вечера для выполнения охранных функций.
«Да, не было печали, стал миллиардером. Теперь надо перестраивать свою жизнь. Ведь меня могут украсть и потребовать выкуп. Убить, даже не знаю, за что. Ещё сделать какую-нибудь гадость! Ведь и мать тоже может оказаться в опасности! И с работы придётся увольняться. Ладно, продумаю все эти вопросы позднее, подключив юриста. А сейчас — встреча с герром Зомме и небольшой праздник!»
Виктор рассказал Рихарду, как прошла встреча в Совете директоров банка, что решили, какие его предложения приняты, от каких отказались. В целом, Зомме всё одобрил. Они сидели за столом, пили коньяк, ели ресторанную еду, говорили о жизни и перспективах, открывающихся перед Виктором.
— Ты уже продумал, чем будешь заниматься? Тебе двадцать пять лет, скоро исполнится двадцать шесть. Конечно, с твоими деньгами можно просто прожигать жизнь, но я знаю тебя как энергичного человека, который без дела нормально жить не сможет.
— Ну, когда я мог этим заниматься? Последние две недели я был занят совершенно другими делами. Ты же знаешь. Сейчас на первом месте у меня стоит вопрос обеспечения собственной безопасности. По приезде сюда обнаружил в доме несколько жучков, один из которых — микровидеокамера, расположенная над письменным столом в кабинете. Кто всё это установил, зачем — мне пока не ясно. Вот, заключил договор с охранной фирмой: её сотрудники появятся после десяти часов вечера и будут постоянно здесь находиться. Хоть какая-то охрана на первое время. Потом буду думать, как её улучшить. Для себя решил, что буду пока потихоньку играть на фондовом рынке России: его знаю лучше всего. Освоюсь в новом качестве — миллиардера, потом и определюсь более точно.