Александр Борискин – Круги превратностей судьбы (страница 11)
Все с ним согласились. Уже через полчаса "обиженные будущие постояльцы гостиницы", возглавляемые Максом, сидели в гостиничном кафе и восполняли килокалории, потерянные в результате стресса, полученного от очередных превратностей судьбы. Поглощая заказанные блюда, они наблюдали за работниками прокуратуры, оккупировавшими кафе и поглощающими в перерыве между заседанием коньячно-водочные напитки в больших количествах, закусывающими их мясной нарезкой, которая не продавалась обычным посетителям кафе, и обсуждающими сведения, донесённые до их мозгов в выступлениях вышестоящими руководящими работниками областной прокуратуры.
- Как же это понимать: "Не допускать нарушения социалистической законности, следить за соблюдением законов, не брать взяток и т.п.?" - заплетающимся языком интерпретировал одно из начальнических выступлений рядовой сотрудник прокуратуры. - А как им отстёгивать ежемесячную установленную ими долю?"
- Ты точно дурак, - отвечал ему его собутыльник. - Это - собрание, где говорят одно, думают другое, делают - третье! Попробуй только не передать в конверте что положено своему начальнику - тут же вылетишь с должности или, в лучшем случае отправишься куда-нибудь в Тьму-Тараканск, где будешь влачить жалкое существование до самой пенсии. Меньше тебе надо пить, дорогой товарищ, а мне - рядом с тобой находиться! А то как бы вместе с тобой не оказаться в местах, не столь отдалённых!
Женщины с удивлением слушали этот диалог. Наконец та, которая старше, произнесла:
- Боже мой! Куда я попала? И такие слова может говорить человек в прокурорской форме? Что делать? Как жить дальше?
- Предлагаю взять бутылку коньяка в магазине, закуску и отправиться к морю. Тут ходят катера на другую сторону бухты на Тонкий мыс. Там не многолюдно, тихо и можно снять на ночь комнату довольно дёшево, поскольку только завтра нас смогут поселить в гостиницу. Искупаемся в море, выпьем, позагораем, приведём свои нервы в порядок - кто в этом нуждается. И будем относиться ко всему с пониманием. Не мы такие - жизнь такая. Не нам её изменять, - проговорил Макс.
- Конечно! Марья Сергеевна, так и надо сделать! - поддержала предложение Макса молодая женщина.
- Всё ты, Женечка, хочешь сгладить. Не терпишь конфликтов, со всем соглашаешься. Так коммунизм мы никогда не построим! Но, нервы дороже. Макс, я согласна. Идём в магазин, закупаемся и едем туда, куда ты предложил. А разбираться с этими прокурорскими будем потом.
* * *
На прогулочном катере, куда поместилось человек двадцать отдыхающих, они за полчаса пересекли бухту и пристали к небольшой дощатой пристани, где и высадились. Место и на самом деле оказалось немноголюдным. Похоже из-за того, что вместо пологого пляжа из гальки тут были здоровенные обточенные морем валуны, между которыми также была мелкая галька.
- Как-то здесь неуютно! - проговорила Мария Степановна, располагаясь на небольшом пространстве между валунами, где впритирку они разместились втроём.
- Наоборот, тут мне очень нравится: ветер с моря не чувствуется и брызги не долетают, - высказала своё мнение Женя.
Макс быстро разделся и вошёл в набегавшую на берег волну. Вода была тёплая, солнце светило неимоверно, камни на дне хорошо просматривались. Он нырнул и поплыл кролем в море. Отплыв от берега метров на двадцать стал нырять: в прозрачной морской воде хорошо были видны рапаны и крабы, прячущиеся между камней. Подобрав пару больших ракушек вернулся на берег, где его попутчики стали с большим интересом разглядывать добычу.
- Жаль, что я не умею плавать! - со вздохом проговорила Женя, - я бы составила тебе кампанию в поиске рапанов!
- Макс, поучи Женечку плавать, - попросила Мария Степановна. - А я пока позагораю: иначе здесь всем вместе лежать очень тесно и солнце не освещает всё тело.
Молодые люди с удовольствием учились плавать. Тело у Женечки оказалось очень приятным на ощупь: гладкая кожа, груди и попка упругими, талия - тонкой, ноги прямыми и длинными, а, главное, она совершенно не стеснялась "случайных" прикосновений Макса, даже поощряла их, иногда прижимаясь к нему всем телом. Вдоволь накупавшись, они уселись на валунах у моря и Женя стала рассказывать о своей жизни в Москве.
- Мы с Марией Степановной работаем в комитете народного контроля Бауманского района. Она - инструктором, а я занимаюсь документацией. Закончила в институте библиотечный факультет по специальности "Архивное дело" в прошлом году. Мне недавно исполнился двадцать один год. У меня есть старший брат и младшая сестра - ещё школьница. Брат окончил военное училище и служит в Белоруссии. Родители работают в партийных органах: на небольших должностях, но две путёвки в дом отдыха в Геленджик нам с Марией Степановной на лето достали. А чем занимаешься ты? Ведь тебе больше двадцати лет?
"Ага, жди! Так тебе всё и расскажу! Хотя и врать не очень охота. Буду просто фантазировать около правды."
Макс выглядел старше своего возраста, постоянно занимался спортом. Так что минимум на двадцать лет вполне выглядел.
- Ты почти угадала: двадцать лет вскоре исполнится. Я - студент Ленинградского университета, будущий филолог. А вообще-то - писатель-фантаст. Уже написал повесть и роман, изданные в этом году в ленинградских журналах. Сейчас продолжаю работу над следующим романом, тоже фантастическим. Про звёздные войны. Живу один в комнате в коммуналке. Отец умер сразу после войны. Мать и её новый муж с ребёнком живут в отдельной квартире. Оба работают на железной дороге.
Пошли лучше купаться: уже обсохли и солнце так и липнет к плечам и спине. Как бы не обгореть!
До вечера ежечасно они проводили по полчаса в море. Даже Мария Степановна им пару раз составила компанию. Потихоньку подъели половину припасов. Когда начал наступать вечер засобирались искать место ночлега.
- Сидите здесь. Я схожу и что-нибудь подберу на ночь подходящее. Недорогое. Возвращаться к гостинице уже поздно. Лучше завтра с утра. Я быстро.
Женщины остались у моря, а Макс оделся и отправился в сторону близлежащих домов. Предложений сдачи жилья было много: всё же в этой стороне Геленджика ни ресторанов, ни кафе не наблюдалось, да и пляж был дикий. Вскоре Макс нашёл подходящий вариант: во дворе одного из домов сдавался сарайчик с двумя малюсенькими комнатами, как раз с одной и двумя кроватями. Всего по рублю за ночь. Договорился с хозяевами и пошёл звать женщин. Все собрались во дворе дома за столом и стали доедать остатки еды. Мария Степановна сразу заявила, что она храпит ночью и пусть Женечка на неё не обижается.
- Я не могу заснуть, когда храпят рядом! Что же делать?
- Тогда ночуй в комнате с Максом!
- Но, это же неудобно: вдвоём с мужчиной в одной комнате ночевать!
Макс скромно сидел рядом, наблюдая, чем закончится этот диалог.
- Что тут неудобного? Ты, когда в поезде едешь в одном купе с мужчинами - тебе всё удобно? Ведь не возмущаешься! А тут одну ночь переспать, да и я рядом буду.
Женя замолчала, обдумывая аргументы Марии Степановны.
- Макс, а ты не храпишь?
- Не знаю. Я всегда сплю один дома. Но когда мы ездили на картошку в колхоз от университета, то ночевали в общей комнате - и никто на храп не жаловался!
- Ладно! Попробуем переночевать в одной комнате.
Мария Степановна, сославшись на усталость, быстренько собралась и отправилась ночевать в свою комнату. Молодёжь осталась за столом, обсуждая прочитанные недавно книги.
- Женя! В бутылке ещё осталось немного коньяка. Давай допьём его до конца, чтобы лучше спалось и не был слышен храп твоей попутчицы. Вон какие трели уже доносятся из её комнаты.
- Хорошо! Разливай!
Допив коньяк и закусив конфеткой, они отправились по своим кроватям. Сначала Женя, за ней, спустя пять минут, Макс.
* * *
В комнате повисло напряжённое молчание. Из-за стены доносился храп Марии Степановны. Макс, закрыв глаза, пытался уснуть, но воображение рисовало весьма фривольные сценки, главным действующим лицом которых была лежащая в полуметре от него Женя. В это же время девушка напряжённо вслушивалась в шорохи, раздающиеся под её кроватью.
"Боже! Это же бегают мыши!"
Воображение тут же нарисовало картину, как несколько мышей вскакивают в её постель и - Женя тут же оказалась в постели Макса, благо его кровать оказалась шире её. Тут же ласковые руки парня прижали её к груди и стали гладить по спине, успокаивая.
- Там - мыши! - только и смогла прошептать Женя, как долгий и сладкий поцелуй, против которого она не смогла устоять, запечатал её уста.
Ночь оказалась длинной и бурной. Оба партнёра знали толк в любовных утехах и, затихая в моменты прекращения храпа соседки, наращивали усилия во время его возобновления.
Разбудила их в семь часов утра привыкшая вставать рано на работу соседка, предварительно для приличия постучав в дверь их комнаты. В пять часов утра с первыми лучами солнца Женя перебралась на свою кровать, оставив спящего Макса и посчитав, что при солнечном свете ни одна мышь не посмеет забраться в её кровать.
- Как спалось? - поинтересовался Мария Степановна у молодёжи.
- Так себе, не выспались, - ответил Макс.
- Почему?
- Да всю ночь мыши по полу бегали, пищали на разные голоса, спать мешали. Приходилось несколько раз за ночь вставать да тапками из комнаты выгонять! - подтвердила Женя правоту слов Макса.