Александр Больных – Железный замок (страница 23)
Но северяне были закаленными воинами, ведь они свою жизнь проводили в стычках со слугами Хозяина Тумана и в набегах на южные берега. Они сомкнули большие прямоугольные щиты в сплошную стену, выставили длинные копья, уперев их тупые концы в землю.
Хани с замиранием сердца следил, как сверкающая железная лавина накатывается на северян, и невольно вскрикнул, когда столкнулись эти две силы. Ему показалось, что страшный грохот потряс все окрест, словно огромная волна обрушилась на гранитную скалу. Именно так грохотало море, когда Десятикрылый пытался сокрушить Наговорный Камень. Точно сотни маленьких, но смертоносных молний, засверкали мечи, с жалобным ржанием и визгом опрокинулись несколько коней, однако человеческих голосов не было слышно в общем ужасающем гуле. Да и самих людей невозможно было различить в мельтешении схватки. Лишь когда человек, обливаясь кровью, пытаясь слабеющими руками зажать страшные раны, неверными шагами отбегал прочь, чтобы тут же рухнуть в луже дымящейся крови, только тогда становилось видно отдельного человека. Смерть делала его заметным.
Побледнев, Хани повернулся к Дъярву, но того, похоже, беспокоило совершенно иное.
— Не выдержат, — зло прошипел он.
И действительно, под напором конной лавины правое крыло армии северян начало постепенно отодвигаться назад. Воины не отступали, они умирали на месте, однако сверкающие мечи истачивали ряды северян, как бурный прибой точит хрупкий камень. Сначала клокочущие волны выгрызают в кажущейся несокрушимой стене глубокие язвы, потом по утесам расползаются змеящиеся трещины, и в одночасье, совершенно внезапно для стороннего наблюдателя, огромный камень рассыпается ворохом мелкого щебня, тут же поглощенного бурлящей пеной прибоя.
Именно это произошло с правым флангом. От него осталось лишь несколько островков, где еще кипел бой. Дъярв хотел было двинуть на помощь центр, но в этот момент вторая железная громада атаковала его армию. Лост был опытным полководцем, он сразу понял, что надо связать боем свежие силы северян, не дать им оказать помощь дрогнувшему участку.
Однако в центре рыцари Найклоста не добились заметного успеха, прежде всего потому, что им пришлось подниматься по склону холма, и стальная волна потеряла разбег. Кроме того, Дъярв собрал в центре самых сильных, лучше вооруженных воинов. Резко щелкали огромные луки, гудели тетивы, свистели длинные стрелы — это лучники, расставленные на самой вершине холма, встретили атакующих смертоносным ливнем. Первые ряды рыцарей были буквально скошены, и следовавшие за ними проскакали по еще трепещущим в агонии телам. Проскакали, чтобы напороться на воткнутые в землю тяжелые копья.
Затрещали разбиваемые мощными ударами доспехи и шлемы, и сразу стало ясно, что здесь атака Лоста захлебнулась. Рыцари были вынуждены принять совершенно невыгодный для них бой на месте, к тому же северяне стояли выше их, а бить сверху вниз куда удобней. Но и здесь кровь лилась рекою. Рыцари умели драться, и каждая смерть оплачивалась очень дорого.
Дъярв, видя это, позволил себе улыбнуться.
— Если так пойдет и дальше, битва не затянется.
Хани попытался улыбнуться в ответ, но понял, что мускулы лица не повинуются ему и вместо улыбки получается кривая гримаса. Тогда он просто махнул рукой.
Рыцарское войско потеряло свой парадный блеск. Сверкающие доспехи под ударами мечей и секир покрылись трещинами и вмятинами, белые плащи разорваны и окрасились кровью. Срезанные страусиные перья были безжалостно втоптаны в грязь. Впрочем, мужества рыцари не потеряли и натиска не ослабили.
Дъярв уже собрался отправить на правый фланг свою гвардию, когда увидел, что Лост готовит для атаки собственный резерв. Дъярв выругался.
— Сейчас они ударят по нам с двух сторон!
— Ты же собирался победить! — вырвалось у Хани.
— Да. И если мы отразим нападение справа — мы
Хани до половины обнажил меч, внимательно поглядел на бегущие по лезвию зеленые искры и резко вдвинул его обратно в ножны. Помрачнев, словно грозовая туча, он сказал:
— Дай мне Черный Меч и еще сотни две-три воинов. После этого можешь не беспокоиться.
Дъярв испытующе глянул на него и чуть опустил уголки рта.
— Хорошо. Если ты сделаешь то, что обещаешь, я отблагодарю тебя. Если нет… Упрекать будет некому и некого. Помни, что ты сам втолковывал мне недавно — от этого похода зависит судьба мира. Мы должны искоренить черные силы и их сообщников, как вольных, так и невольных. От тебя зависит исход сегодняшней битвы и всего похода. Поторопись. Ты должен успеть построить воинов.
Рюби только тяжело вздохнула, услышав приказ, но спорить не стала. Ведь на самого Дъярва недолгое знакомство с Черным Мечом на льду пролива не оказало видимого действия. Может, и на сей раз обойдется?
Когда Хани вырвал из ножен Меч Ненависти, ему показалось, что черные тучи в одно мгновение затянули все небо, а в наступившем мраке блеснули тусклые красные молнии — это кровожадно загорелись глаза золотого дракона.
Конечно, если бы полководцу Лоста, командовавшему левым флангом, удалось собрать всех рыцарей, он смел бы небольшой отряд, который привел Хани. Но его отряд разделился на три части. Одни продолжали драться с упрямыми северянами, другие почему-то повернули в болото. Хани не стал разбираться, почему, только порадовался случившемуся. Лишь треть из уцелевших приготовилась атаковать его.
Сам Хани со страхом понял, что помаленьку Черный Меч начинает брать верх над ним. Его глаза затянула багровая дымка, из груди вырвался звериный рев, от которого шарахнулись в стороны даже его собственные воины, неустрашимые северяне, привыкшие сражаться с Ледяными и ульфхеднарами. Видимо, поистине ужасен был вид человека с Черным Мечом. Это испугало Хани гораздо больше, чем мчащаяся на него конная армада.
Хани описал мечом круг и почувствовал, как по жилам пробежал огонь. Золотой дракон затянул зловещую песню на незнакомом языке, Хани сразу понял, что должен подчиниться заданному песней ритму. Он тоже заорал что-то невнятное и, размахивая мечом, бросился навстречу рыцарям. Он рубил, колол и крошил направо и налево с тем же красным огнем в глазах, что и у золотого дракона, ничего не различая и не чувствуя. Ответные удары Хани отбивал с быстротой и свирепостью молнии. В одно мгновение строй атакующих был расколот надвое. Теперь уже воины Лоста разбегались от него, словно встретили земное воплощение смерти. Нет, они не были трусами. Но после того, как обезумевший Хани прикончил нескольких магистров и гроссмейстера, разрубив его надвое вместе с конем, они как-то невольно начали уклоняться от встречи со свистящей и поющей смертью. Зато приободрились северяне и с удвоенной яростью бросились на врага, хотя по-прежнему избегали приближаться к своему предводителю.
Видя, что судьба сражения заколебалась и весы начали клониться на сторону северян, Лост бросил на кон свою последнюю карту. Он сам повел в атаку свой резерв в обход левого крыла сражающихся на холме. Лост намеревался выйти им в тыл, не встречаясь с поразившим его войска ужасом.
Дъярв, не мешкая, двинул навстречу свой резерв. И уже должны были столкнуться эти две рати, как вдруг загремели торжествующие крики северян в центре. Они увидели, что в глубоком тылу армии Лоста полыхнуло радужное сияние, словно кто-то просыпал на землю груду драгоценных камней. Из леса выходила и строилась в боевой порядок еще одна армия — Радужники.
Смущенные этим криком рыцари невольно придержали коней, и удар получился совсем слабым. Более того, оказалось, что они не наступают, а только обороняются, обороняются стойко, упорно, но… Это было совсем не то, чего желал Лост. А здесь еще остатки правого крыла северян наконец окончательно сломили своего противника и тоже начали охватывать рыцарей, завершая окружение.
Постепенно битва стала превращаться в резню. Рыцари не сдавались, а северяне, взбешенные ужасающими потерями, не брали пленных. Остатки рыцарей выстроились огромным кругом и отбивались с яростью ищущих смерти. Не обреченных, а именно возжаждавших умереть.
Солнце клонилось к закату. Его лучи, пробиваясь сквозь облако пыли, приобрели угрюмый красный оттенок. Казалось, земля насквозь пропиталась пролитой кровью, и та начала заливать небо.
К Дъярву примчался грязный, окровавленный вестник.
— Там… Там… Он сошел с ума…
— Кто? — нетерпеливо спросил Дъярв.
— Он начал убивать своих.
— Это следовало предвидеть, — вставила Ториль. — Видимо, нет человека, способного справиться с Черным Мечом. Если над Дайамондом меч не сумел возобладать, то сегодня он нашел себе очередную жертву.
— Его нужно спасать, — встрепенулась Рюби.
— Вот и займись этим, пока он не перебил всю нашу армию. — Видя, что Рюби собирается возразить, Дъярв жестко оборвал ее: — Не время об этом! Сегодня погибли многие тысячи людей, и я не могу думать об одном. Сейчас я должен выиграть бой, он еще не кончился. Выиграть любой ценой. Исполняй!
Рюби послушно кивнула, в душе кляня себя. Не обошлось!
Лост предпринял последнюю отчаянную попытку переломить ход уже проигранной битвы. Огромные серые нетопыри обрушились на северян. Видимо, раньше Лост не хотел пускать в ход магию, рассчитывая на обычных воинов. Оказавшись на краю пропасти, он цеплялся за соломинку. Нетопыри не были обучены сражаться, они могли только следить за неприятелем, поэтому Лост не использовал их ранее. Но сейчас под рукой не оставалось больше ничего.