Александр Боханов – Царские письма. Александр III – Мария Федоровна. Николай II – Александра Федоровна (страница 90)
Хорошо, что ты вещи из лазарета взяла. Боже, какие у вас там переживания, а Нам тут хорошо живётся. Получила чудное письмо от Зины (Менштед). Полным ходом нарисовала тебе 2 молитвы, очень торопилась, извиняюсь, что неважно. Только что узнали, что «Misha» уехал[1002]. Николай Михайлович, это он сказал, что ты знакома с большевиками!..[1003]
Не могу больше писать: сердцем, душой, молитвами всегда с тобой. Господь тебя хранит. Всем сердцем спасибо…
Скоро весна на дворе и в сердцах ликование. Крестный путь, а потом Христос Воскрес! Год скоро, что расстались с тобой, но что время? Ничего, жизнь – суета, все готовимся в Царство Небесное. Тогда ничего страшного нет. Всё можно у человека отнять, но душу никто не может, хотя диавол у человека на каждом шагу, хитрый он, но мы должны крепко бороться против него: он лучше нас знает наши слабости и пользуется этим.
Но наше дело быть на стороже, не спать, а воевать. Вся жизнь – борьба, а не было бы подвига и награды. Ведь все испытания, Им посланные, попущения – всё к лучшему; везде видишь Его руку. Делают люди тебе зло. А ты принимай без ропота: Он и пошлет ангела хранителя, утешителя своего. Никогда мы не одни, Он Вездесущий – Всезнающий – Сам любовь. Как же Ему не верить. Солнце ярко светит. Хотя мир грешит, и мы грешим, тьма и зло царствуют, но солнце правды воссияет; только глаза открывать, двери души держать отпертыми, чтобы лучи того солнца в себя принимать. Ведь мы Его любим, дитя Моё, и мы знаем, что «так и надо».
Только потерпи ещё, душка, и эти страдания пройдут, и мы забудем о муках будем потом только за всё благодарить. Школа великая. Господи, помоги тем, кто не вмещает любви Божией в ожесточенных сердцах, которые видят только всё плохое и не стараются понять, что пройдет всё это; не может быть иначе, Спаситель пришёл, показать нам пример. Кто по Его пути, следом любви и страдания идёт, понимает всё величие Царства Небесного.
Не могу писать, не умею на словах высказать то, что душу наполняет, но ты, Моя маленькая мученица, лучше Меня всё это понимаешь. Ты уже дальше и выше по этой лестнице ходишь…
Живём, как будто тут и не тут, видишь другими глазами многое, и иногда трудно с людьми, хотя религиозными, но чего-то не хватает, – не то, что мы лучше, напротив, мы должны были быть более снисходительными к ним… Раздражаюсь всё-таки ещё. Это Мой большой грех, невероятная глупость.
Тудельс[1004] Меня иногда безумно раздражает, это плохо и гадко; она не виновата, что такая. Мне стыдно перед Богом, но когда она не совсем правду говорит, а потом как пастырь проповедует. О! Я слишком тебе знакомая вспыльчивая. Не трудно большие вещи переносить, но такие маленькие комары несносны. Хочу исправиться, стараюсь; и бывает долго хорошо, потом вдруг опять. Будем опять с другим батюшкой исповедоваться[1005], второй в эти 7 месяцев. Прошу у тебя прощения, моя радость; завтра прощальное воскресенье: прости за прошлое и молись за грешную твою Старушку!
Господь с тобой. Да утешит и подкрепит Он тебя и бедную маму. Вчера у Нас была панихида 1‑го марта[1006], и Я молилась крепко за твоего отца. Был день смерти Моего отца 26 лет, и сегодня милого раненого – лежал в Большом Дворце, светлый герой. Хочу согреть души, но тех, кто есть около Меня, не согреваю: не тянет к ним, и это плохо Мне с ними, и это опять не хорошо.
Горячий поцелуй
№ 65
Ю.А. Ден
Душка Моя дорогая!
Горячо и нежно благодарю за Ваше дорогое письмо. Наконец-то Мы получили от Вас хорошие вести; было очень тревожно так долго ничего от Вас не иметь, зная, что в Ваших краях всё обстоит так плохо. Представляю Себе, как много Вам пришлось пережить, да ещё одной[1007]. Мой маленький крестник всегда с Вами – что ему приходиться видеть и слышать! Это трудная школа. Боже Мой, как Мне Вас жаль, моя дорогая; Вы всегда были таким молодцом. Вспоминаю эти дни, год тому назад. Никогда не забуду, что Вы сделали для Меня, и твердо верю, что Господь Вас не оставит. Вы тогда бросили Вашего сына ради «Матери» (Государыни) и Её Семьи, и за это великая будет Ваша награда.
Слава Богу, что Ваш муж не с Вами, это было бы ужасно, но ничего о нём не знать ещё ужаснее. «Тогда» (в дни мартовского переворота) Я четыре дня не знала, где Мой Муж, но разве можно это сравнить с Вашими переживаниями. Но в общем Нам живётся лучше и легче, чем другим – тяжело не быть вместе со всеми Нашими близкими и не иметь возможности разделять с ними все трудности. Да, разлука – это ужасная вещь, но Бог даёт силы даже и это переносить, и Я чувствую около Себя Его присутствие и чудесная тихая радость заполняет Мою душу (такое ощущение у Тины)[1008], и трудно это объяснить, потому что всё кругом так бесконечно грустно, но это чувство приходит Сверху и не зависит от нас, и знаешь, что Он не оставит, укрепит и защитит.
Получили, наконец, вести от Коровы[1009]; бедняжка, у неё новое горе, похоронила своего любимого отца – её мать с ней. Нелегко ей жить в городе, хотя у нее есть добрые друзья, и она не так отрезана от всех, как Вы, Моя дорогая. Будьте осторожны с некоторыми из Ваших знакомых – они опасные люди.
Если опять увидите дорогого графа Келлера, скажите ему, что его бывший Шеф шлёт ему сердечный привет (и ей тоже), и еще скажите, что Она всегда за него молится. Очень хотела бы знать, имеет ли он известия от своего старшего сына. Родионов вместе с братом в Киеве[1010]. Слышала, что Горяинов с женой в Гаграх а теперь, как говорят, в Ростове. Беспокоюсь о них, всю прошлую неделю Меня это почему-то волновало.
Сегодня 20 градусов мороза, на солнце греет и у нас уже были настоящие весенние дни. Крестная (Государыня) занимается теперь хозяйством, ведёт книги и счета – много работы, стала настоящей хозяйкой. Все здоровы – только несколько раз была простужена и ноги болели, хотя и не слишком сильно, но всё же не могла ходить. Дети все выздоровели. Мари сильно похудела, а четвёртая (Анастасия Николаевна) – полная и ещё маленькая. Татьяна, как всегда, всем и везде помогает; Ольга с ленцой, но душой Они все как один человек. Они Вас нежно целуют. Он (Государь) шлет сердечный привет. Они уже загорели, много работают, пилят и колют дрова, а то у Нас их не было бы. На дворе полно дерева, так что нам хватит.
Нам всё ещё не разрешают ходить в церковь. Мать А.В. (Сыробоярского) очень огорчена, что Вы не зашли её повидать. Она живёт с родственниками Вашей матери. Именье у них отобрали. Сын вернулся; выглядит он, как и все они, бледным и несчастным. Они, бедные, не могут больше держать М.С. (Сыробоярскую) и, наверное, скоро им придется выехать из дома. Она почти никогда не получает писем от сына; он тоже жалуется, поэтому Я переписываю то, что они пишут Мне и пересылаю им.
Он (А.В. Сыробоярский) очень беспокоится, что не имеет от Вас вестей, хотя сам Вам писал. Он едет в Японию учиться английскому языку, выучил больше 900 слов в десять дней и, конечно, переутомился и чувствует себя плохо. В декабре ему делали операцию во Владивостоке. Рита (Хитрово) пишет, что Николай Яковлевич[1011] в Симферополе вместе со своим другом, братом Маленького М.[1012] Их близкий друг был там убит, Мы его очень любили, он был одним из наших раненых.
Пишу Вам только то, о чём не боюсь писать, так как сейчас никогда не знаешь, в чьи руки может попасть письмо. Мы надеемся говеть на будущей неделе, если позволят. Я уже с нетерпением жду чудные богослужения – так хочется помолиться в церкви. Вспоминаю нашу церковь и Мой маленький, похожий на келью, уголок около алтаря.
Природа так красива, все блестит и сияет. Дети поют в соседней комнате. Уроков нет, так как сегодня пятница Масленой недели. Я мысленно переживаю, день за днём, и думаю о тех, кого Я видела в последний раз. Всё время была здорова, но последнюю неделю сердце шалит, и чувствую Себя неважно, но это пустяки. Мы не можем жаловаться, у нас всё есть, живём Мы хорошо, благодаря трогательной доброте жителей, которые тайком посылают Нам хлеб, рыбу, пироги и т. д.
Не беспокойтесь о Нас, душка, нежно любимая. Вам всем плохо и Родине!!! Это больнее всего и сердце сжимается от боли – что в один год наделали. Господь допустил – значит, так и надо, чтобы поняли и глаза открыли на обман и ложь. Не могу спокойно газеты читать или эти бессмысленные телеграммы. А немец перед дверью!!! К. (Вырубова) и все смотрят на брата[1013] как на спасителя – Боже, до того дошли, что ждут врага, чтобы избавить их от внутреннего врага. И кто во главе послан? Брат Тети Бэби. Понимаете! Хотели мило поступить, чтобы было бы менее больно и обидно, наверное, но для Неё – это гораздо хуже, такая невыносимая боль – вообще, всё больно, все чувства затоптаны ногами – так и… полезно – душа должна расти и возвыситься над всем другим; ранено то, что в Нас есть самого дорогого и нежного – разве не так?
Вот мы и должны понять, что Бог выше всего и что Он хочет через наши страдания приблизить нас к Себе. Любите Его больше и крепче, чем всех и вся. Но Моя Родина – Боже Мой, как Я её люблю всем Моим существом, и её страдания причиняют Мне настоящую физическую боль. И кто заставляет ее (Родину) страдать, кто проливает кровь? Её собственные сыновья. Боже Мой, какой это невероятный ужас. А кто враг? Жестокий немец и для Тети Бэби хуже всего то, что он отбирает всё, как во времена Царя Алексея Михайловича. Но Я уверена, что это так не останется, помощь придёт свыше, народ бессилен, но с помощью Божией всё возможно, и Он покажет Свою силу, мудрость и всепрощение и любовь – только надо верить, ждать и молиться.