Александр Богатырёв – Там, где нас нет... (страница 97)
- Ну... Такой... - Я подошёл к стене и на пыли пальцем изобразил сей незамысловатый математический знак.
Из Майи мгновенно выдуло остатки сонливости. Она напряглась и нахмурилась.
- Верховная. Здесь Верховная Ведма!
Она так и произнесла "Ведма".
Надо полагать, что с произношением слов, содержащих мягкий знак, в местном языке есть проблемы. Ясно и то, что слово "ведьма" введено Лещининым. Так же как и имя графа Шнырь.
- Есть предположения, что ей здесь понадобилось?
- Она за мной. Как-то очень мрачно. Но... Как она могла узнать, что мы прибыли в Замок Герин?
- Ещё одна угроза? - чисто для проформы спросил я.
- Нет. Если это не Марика... Если не Марика стала Верховной, то... Нет! Марика не могла стать Верховной. Я знаю расклад в Ковене Ведьм. Не могли её на место моей матери выбрать.
- Гм... Так у вас эти посты выбираются! - удивился я.
- И весь Верховный Совет Ковена Ведьм тоже. По правилам раз и навсегда прописанным Великим Нином!
Произнесено было как-то очень торжественно. Впрочем, надо думать что для баб-магичек, Лещинин воистину Велик. Ведь они живы потому, что он так захотел. И... Нет! Не только захотел, но и продавил своё решение, спасшее девочек с магическими способностями. Девочки выросли. И теперь, надо полагать, зубами держатся за каждую букву Устава Ковена Ведьм.
За время нашего совместного путешествия Майя много рассказывала об этом славном заведении. И если мне придётся здесь осесть -- надо в первую очередь задружиться с этими бабёнками. Чую, что кроме них реальных союзников у меня тут будет маловато.
Я поймал себя на том, что рассуждаю уже о себе, как о человеке встроенном в местное высшее сообщество.
Как бы не погореть.
Но с другой стороны, как бы я ни опасался, все другие варианты осесть здесь, и выкрутить таки то, что я хочу здесь получить - из разряда бреда.
Общество тут жёстко сословное. И если ты "не в том сословии" - тебе ничего не светит кроме как заниматься тем делом, что тебе укажут высшие. А это -- шить башмаки, торговать или выращивать буту.
Накрайняк -- будешь разных местных лечить. Шаг вправо -- шаг влево, равносильны бунту и впадению ересь.
Так что -- хош-нихош, но придётся корчить из себя принца и карабкаться наверх. С риском для жизни или как оно получится. А для этого...
Я оценивающе посмотрел на Майю. Та вернула мне вопросительный взгляд. Типа: чего хотел спросить?
Но вот спрашивать и, тем более, делиться своим внутренним раздраем, что воцарился в том числе и из-за неё, как-то не хочется. Чую, что будет только хуже.
Но! Что же мне делать?!!
Тень, стоящая за моей спиной...
И Майя, которая, похоже всё поставила на меня! Вона как за меня держится -- хрен оторвёшь. Да и жалко мне её. Реально жалко. Хоть и стерва она первостатейная.
Но ведь я обещал Лие! И ЧУВСТВУЮ, что обещание, данное ей, ВЫПОЛНИМО.
Вот откуда это чувство?
Из тех "степей", что и проклюнувшиеся способности видеть людей насквозь? Способности лечить? Способности ощущать живые объекты и ставить на них свои "маркеры"?
Или всё элементарно: у меня едет крыша?
Едет крыша от перенапряга. От всего того, что за последние месяцы на меня свалилось.
Да и мир тут, надо сказать откровенно... Шизоидный!
А что?! Не так?!! То, что я здесь вижу, что умею делать, в нашем родном -- глюки шизофреников. И где та грань между явью и навью?
- Пойдём погуляем по замку. Надеюсь, мы тут никого не побеспокоим почём зря? И не влезем куда не надо?
- Пойдём! - соглашается Майя, всё также крепко держась за мой локоть. - Я бывала здесь. Я могу показать его весь. Тебе.
Она ещё что-то хотела сказать, но тут со стороны лестницы ведущей на нижние этажи, послышались тяжёлые шаги и бряцание металла. Кто-то спешно поднимался наверх. Почти бегом.
Майя нехотя отцепилась от моей руки и недовольно посмотрела туда, откуда раздавались эти немелодичные звуки.
******
Шунга бежал по лестнице подгоняемый и стыдом, и страхом перед очередным нагоняем, который, как он был уверен, обязательно устроит граф за ту Промашку. Ту самую, что он допустил. И надо обязательно поспешить. Ведь если в замок прибыла Верховная Ведьма... То это неспроста!
Или Лея опять куда-то зашлют в рейд, или...
Да, хотелось бы сдать экзамен на шестой уровень, получить новые нашивки, подняться на очередную ступеньку выше. Но если граф осерчает... Не видать ему как своих ушей ни новой нашивки, ни вообще рейдов!
Уже когда оставался последний лестничный марш до этажа гостей, он сообразил:
"А что я буду делать, если Великолепная ещё спит?!!".
Но и ответ нашёлся сразу.
"Стану напротив её двери и буду ждать! Ведь моя непочтительность - позор для меня! И его как можно быстрее надо с себя смыть! И если выйдет этот... Сопровождающий... Да! Граф как всегда очень проницателен. Ведь была у Лея мысль! Было желание вытащить этого мрачного святошу на поединок! Но не удалось. А значит...
Значит надо стиснуть зубы, как будто ничего не случилось, и терпеть. Попытаться завоевать сердце прекрасной дамы каким нибудь другим способом, нежели через победу над этим Хадан. Да, он девятого... И шунге до него в магии, как до неба. Но ведь если заранее обговорить поединок без магии!..
Но это уже мечты. Не получится так, как написано в балладах. Не получится так романтично, как он на то рассчитывал. Не зря дед повторяет, что книжная романтика всегда разбивается о тупость бытия. Печально!".
Стиснув зубы и зажмурившись молодой Лей Десаи пробежал последние ступени и выскочил в коридор.
Свет жаркого дня, проникающий в коридор через узкие оконца слева слегка ослепили его, но стоило проморгаться, как радость и печаль снова навалились на него.
Радость, что принцесса всё-таки бодрствует и покинула покои.
Печаль, что рядом с ней этот Хадан.
Но делать нечего -- раз "накосячил", как говорил Великий, надо держать ответ. Надо извиняться. Честь превыше всего. Шунга прошёл на положенные десять шагов до Великолепной, припал на колено, и упёр кулак в пол. И прежде чем склонить голову в нижайшем поклоне, он успел заметить искреннее любопытство мелькнувшее на лице Хадан и гордую благосклонность на лице принцессы.
- Прошу простить меня Ваше Светлейшество за непочтительное поведение! Я не знал, что Вы высочайшего происхождения! - воскликнул Лей.
- Извиняю! - услышал он неожиданно голос Ле Вина. Хадан!
Лей в полном ошеломлении поднял взгляд и успел заметить как принцесса пристально смотрит на монаха. И что особо его поразило, в её взгляде не было ни грамма осуждения или удивления. Только немой вопрос смешанный с еле сдерживаемым весельем. Она перевела взгляд на шунгу и коротко бросила.
- Мы тоже!
Потом снова бросила взгляд на Ле Вина и встретила уже его вопросительный. Они синхронно усмехнулись, видно поняли комичность казуса. Ведь Лей обращался к Майе Кирин. О том, что Ле Вин как-бы тоже из Высших, шунга не подозревал. А теперь и совсем потерялся.
- Достопочтенный Вин, удостоил тебя, Лей большой чести. Гордись. И... Надеюсь, тебе, Славный Граф Шныр Десаи объяснил, что о нашем статусе надо помалкивать?
- О... О да! Великолепная! - заикаясь начал шунга. - Я... Я готов... Готов служить!.. Не жалея жизни! Буду хранить тайну! Клянусь!
И снова согнулся.
А ведь действительно: обращаясь к шунге, Хадан Ле Вин не употребил третье лицо. А говорил "я". Не "мы", как принцесса Кирин. Что тут же обозначило с одной стороны дистанцию(вполне традиционную) от принцессы, и весьма высокое благоволение со стороны... принца Ле Вина?
Вин -- принц?
А как ещё объяснить то, что они говорят между собой на равных?!
Но принц ЧЕЙ?!! Какой страны?!
Эти мысли вихрем пронеслись в голове незадачливого правнука графа Шнырь Десаи.
******
Сцена получилась презабавная. И ведь действительно: я, невольно показал Лею Десаи своё благоволение. По местным правилам, если я обращаюсь к такому как он с "я" - то показываю ему свою симпатию, поднимаю до своего уровня. Шунга от осознания таких нюансов явно потерялся.